Жизнь на грани...
Шрифт:
Скудно обставленный отель мало впечатлил, но и так сойдет. Лейла спала на кровати, я сидел в кресле и смотрел репортаж из Нью-Йорка. Жертв по предварительным подсчетам 2977 человек, но это официально, а сколько пострадавших неизвестно. До Пентагона они не добрались, что радует. Но...Блять! Сколько людей! И все это на руках Мухаммеда, его сыновей и еще 19 человек. Мать их так! Тупые идиоты, разве бумаги в багаже Мухаммеда не дали возможность предотвратить это? там же чёрно по белому было написано кто, где, когда и зачем! Ярость требовала выхода, а здесь нет ни груши, ни девочек.
– Где мы?
– вздрогнул и на рефлексах выхватил пистолет из кобуры. Обернулся, девочка смотрела на меня и ждала ответ.
– Мы в отеле. Скоро выдвигаемся. Я закажу ужин, поешь и поедим.
– Быстро отвернулся от нее, так как в глазах ее застыл вопрос, на который ей ответа лучше не знать.
– Папа не звонил?
– Нет, давай приходи в себя, я с тобой нянчится, не собираюсь. Я не твои братья и отец, поэтому не задавай глупые вопросы, а лучше вообще помалкивай.
– Я не считаю свой вопрос глупым, а если вы ругаете маленького ребенка, потому что у вас нет настроения, вы слабый человек.
– Чего? Ты меня щас слабаком назвала малявка?
– заорал я. Лейла вся сжалась, но гордо вскинула голову и упрямо посмотрела в глаза. Страх был в них, черт я ее напугал своим ором.
– Настоящий мужчина никогда не будет орать на ребенка, тем более срываться на нем.
– сказала она и опять глянула на меня так, что сердце дрогнуло. Да, что за херня творится?
– Ладно, прости. Будь добра, быстро привести себя в порядок и поесть. Мы и так отстаем на шесть часов.
– Девочка лишь кивнула и ушла в ванную. Неплохо же ее Мухаммед выдрессировал раз она такая послушная, правда, с противным характером. Да, помучаюсь же с этой козявкой маленькой.
"Мактаб-Аль-Кадамат" - ныне известна как "Аль-Каида".
Черт. Она меня боится. Млять надо было ее к отцу отправить. Вот нахрена мне этот геморой с этой козявкой? Нет, млять, я мужик и с девчонкой справлюсь.
Не подумал я, однако. Девчонке придется тяжело в России. Лейла почти была изолирована от общества в том смысле, что кроме отца, трех братьев, няни с обслугой ни с кем не общалась. Интернет и комп у нее имелись, девочка она умная не смотря на возраст. Три языка в совершенстве: английский, арабский, русский. Ее отец и братья были ею горды. Девочку прятали, как могли, и им это удалось. Она подготовлена к чп. Стрелять умеет, рукопашке научу сам. Но вот что делать с общением?
Лейла воспитывалась по другим обычаям, у нее другой менталитет, ценности, другое отношение ко всему. Мохаммед может и не соблюдал все писания Корана, но дочь его насколько я знаю, соблюдала все. Ладно, ее отец позаботился об отношении ко мне как доверенному человеку, а вот как к мужчине нет, то есть я ее пугаю именно как мужчина, так как им запрещено находится с ними наедине. Ей придется обо всем этом забыть, изменится или мне придётся ее сломать. А я этого не хочу. Да, трудностей
Жить мы будем вместе, это ладно. Но млять, придется дом покупать, я не буду водить девок в квартиру где есть ребенок, и пьянок с парнями устраивать тоже. Значит квартира для гулянок и ебланок, а дом... Дом для нас, и если там появится женщина, то только та на которой женюсь и брошу весь мир к ногам, не для однодневок, которые кроме бабла ничего в жизни не ценят.
Вот не знаю как, а это козявка уже расположила меня к себе. Иначе, с какого мне хочется в ее глазах видеть уважение и доверие, а не дикий страх?
Два часа назад мы проехали границу РФ, никаких вопросов у пограничников не было и мы спокойно двинулись дальше. Никогда больше не буду ездить на машине так далеко. Мало того, что помыться и поспать нормально нельзя, так постоянно видел Лейлу в зеркале, ее страх, волнение, беспокойство за отца. Это меня буквально добивало. Один раз остановились в гостинице на ночь, малышке нездоровилось, тошнило, может, перенервничала просто, но врача я вызывать не стал. Нам ни к чему лишнее внимание...
Так я за время пока Лейла спала, позвонил одному знакомому попросил, подобрать мне дом, желательно не далеко от Москвы, двух этажей вполне хватит, меблированный, участок не большой. Если что не понравится, Лейлу, попрошу поменять, она вроде девочка развитая не по годам, значит справится.
Да, видел, КАК Лейла отреагировала на здешнюю молодежь. Презрение, и осуждение явно читались на ее лице и еще какая-то доля отвращения, пожалуй. И мне это понятно, она привыкла к другой культуре поведения, а тут девки в поясах ходят иначе ЭТО не назовешь. Мне стало стыдно за свой народ, свою страну перед этой маленькой девочкой, которой придется здесь жить или умереть!
В Москву мы приехала спустя сутки, за эти 24 часа девочка не сказала и слова, просто и без интереса смотрела в окно, еще спала... и все. Есть я ее заставить не смог. Под глазами появились синяки, вид усталый, измученный. Я мог понять ее поведение, но это не значит, что я мог его принять.
Жил я на Арбате, в старом еще довоенном доме, квартира на четвертом этаже, четыре комнаты, высокие потолки. Этакое зажиточное жилище холостяка. Лейла остановилась в прихожей и умоляюще посмотрела на меня.
– Не смотри на меня так!
– рявкнул я, девчонка вздрогнула.
– Мы здесь пробудем максимум неделю, потом переедем в дом, там сможешь делать все что захочешь и где захочешь. Но сейчас пока поживешь в одной из комнат, на улицу выходить без меня нельзя, в квартире твори что угодно, интернет и комп есть, но писать кому-то я тебе не рекомендую. У меня будут дела, поэтому сейчас сбегаю в магазин куплю продукты и уйду, а ты располагайся.
– Быстро вышел из квартиры. Млять да что происходит-то? На меня ее эти взгляды как валерьянка на кота действует, сразу хочется ее обнять и успокоить, пообещать, что все будет хорошо. Господи, о ЧЕМ я думаю!?