Жестокое счастье

Черненок Михаил Яковлевич

— Между нами все остается по-прежнему? — спросил Вася.

— Разумеется!

В райцентр Цветков и Крыловецкая приехали с последней электричкой, уже в сумерках. Их хлебосольно встретила Галина Тюменцева, и Вася догадался, что Ирина предварительно созвонилась с подругой. За обильно уставленным столом во время ужина Ирина впервые при Васе выпила коньяк и закурила. Вася хотел ее упрекнуть, но после двух рюмок, выпитых натощак по усиленному настоянию игриво кокетничающей Тюменцевой, самому захотелось вот так же, как Ирина, небрежно взять в пальцы сигарету и задымить совсем по-взрослому… Вася даже потянулся

было к пачке, но, вспомнив своего тренера, который не терпел табака и спиртного, отдернул руку. Наотрез отказался он и от дальнейшей выпивки, хотя Ирина с Тюменцевой еще не раз пригубляли свои рюмки. Оказавшись среди них вроде как третьим лишним, Вася молчаливо слушал возбужденный разговор подруг и думал, что говорят они точь-в-точь, как две Лели Кудряшкиных, об импортных платьях, батниках и джинсах…

У тети, Марии Захаровны, Вася появился только к вечеру следующего дня.

19. Одного поля ягоды

Вася Цветков рассказывал Бирюкову свою невеселую одиссею так обстоятельно и толково, как будто отвечал хорошо выученный урок.

— Когда ты с Валерой Воронкиным познакомился? — спросил Антон.

Цветков вытер ладонью вспотевший лоб, помолчал и заговорил снова.

…Став невольным свидетелем утренней ссоры Галины Тюменцевой с мужем, Вася отказался больше здесь ночевать и встречался с Ириной лишь в то время, когда Тюменцева была на работе. Однажды в середине дня вместо Ирины Крыловецкой Васю встретил худощавый не совсем трезвый парень в футболке. Назвался он Валеркой.

— Сеструха с подружкой пошли отпускные у Галки на работе получать, наверняка там кирнут. До их прихода, сказали, чтоб я тебя развлекал. Выпить хочешь?.. — Парень открыл дверцу серванта. — Глянь, сколько добра у сеструхи без меня накопилось! Море разливанное…

Вася посмотрел на длинный ряд коньячных бутылок, усмехнулся:

— Приличный запасец.

Валерка взял крайнюю бутылку:

— Думаешь, куплено?.. Держи карман шире! Галке на производстве в большом количестве выдают этот антигрустин для добавки в разную стряпню, чтоб аромат южный появлялся. А Галка — баба битая. За экономию борется, излишки остаются. Во!.. Хорошо, когда спиртное так вот выдается. И денежки собственные сохраняются, и покуражиться задарма можно…

Сели за стол. Цветков пить не стал. Сослался на то, что занимается спортом.

— Подумаешь, спорт!.. — засмеялся Валерка. — Только здоровье им угробляешь, а радости ни на грамм. То ли дело: заглотишь бутылек на душу населения — любым чемпионом можешь себя представить.

— Представиться можно хоть императором, — возразил Вася. — Попробуй настоящим чемпионом стать…

— Я в своем деле всем чемпионам чемпион! Значит, категорически не будешь пить, пан спортсмен?..

— Не буду.

— Смотри… Как говорится, вольному — воля. — Валерка налил себе полную рюмку. — Ну!.. Будем живы да богу милы, а людям сам черт не угодит. Приговорю рюмашку для разгона…

Раз за разом он «приговорил» полбутылки, потом предложил:

— В картишки сбросимся?..

От нечего делать Цветков согласился. Начали в «подкидного дурака». Вася без труда запоминал вышедшие из игры карты и обыгрывал

Валерку, как первоклассника. В конце концов Валерке надоело проигрывать.

— Скучно. В очко кинем? — сказал он.

— На деньги не играю, — ответил Вася.

— Мы на деньги и не будем, мы — на «американку» Если сорвешь банк, любое твое желание выполняю. Мне подфартит — ты передо мной в шестерках. Понял?

Цветков усмехнулся:

— Можно такое желание закатить, что…

— Ну, мы ж не урки… По-крупному желать не будем. Так, по мелочевке: смешное что-нибудь отмочить, песенку про козлика спеть, стишки рассказать, ну так вот, а?..

Валерка виртуозно перетасовал карты и стал объяснять игру. Она показалась Цветкову совсем несложной. Дважды подряд Вася выиграл. В первый раз, выполняя его желание, Валерка прокукарекал по-петушиному, во второй — спел на блатной манер какие-то частушки.

— Ты где учишься? Или работаешь? — между делом спросил его Вася.

— Из школы меня выгнали за то, что букварь искурил, — Валерка хохотнул. — А от работы, пан спортсмен, кони дохнут и трактора ломаются…

В третий раз неожиданно для Васи банк «сорвал» Валерка. Он гордо откинулся на спинку стула:

— Кричи целую минуту: «Я дурак, я дурак, я дурак…»

— Отыграться можно?

— Валяй, пока я добрый, — великодушно согласился Валерка и с блистательной быстротой снова набрал двадцать одно очко.

— Сдавай еще раз! — запальчиво сказал Вася.

— Не, пан спортсмен, так неинтересно, — Валерка прищурился. — Слышь, сеструхина подружка толковала, что ты мастер по мотоциклу. Правда, да?..

— Правда. Дальше что?

— Дальше, как говорится, закон — тайга, прокурор — медведь. Не хочешь дураком кричать — вези меня на сеструхином «Восходе» до Заречного. Тут близко, дорогу покажу.

— Что там делать?

Валера достал из кармана пустую пачку «Мальборо» и две пятерки денег.

— Сеструха просила таких вот сигареток купить. Толковала, что в зареченском сельмаге они имеются. Деньжат специально дала. Я планировал на автобусе смотаться, да с тобой пробазарил время.

— Зачем Галке сигареты? — недоверчиво спросил Вася. — Она, по-моему, не курит.

— Ну ты, в натуре, следователь: «Что? Зачем?» Почем я знаю. Может, подружку улестить хочет, которая дымит как паровоз. Я тут без тебя малость кирнул с ней — компанейская девка!..

— Поехали! — оборвал Валерку Цветков.

До Заречного они докатили с ветерком. По ошибке зашли в промтоварный магазин, где разговорчивая продавщица и угрюмый молодой мужчина раскладывали только что привезенные товары. Из любопытства поглазели на витрину прилавка. Потом отыскали зареченский продмаг и купили пять пачек сигарет.

Возвращаясь в райцентр, Цветков гнал мотоцикл на всю «железку» и хмуро думал о Крыловецкой. С Ириной происходило что-то непонятное. С первого дня приезда к подруге она стала курить почти безостановочно. К тому же от нее постоянно попахивало коньяком, а с языка нет-нет да и срывались полублатные словечки Лели Кудряшкиной. Иногда Ирина словно спохватывалась, начинала ласкаться к Васе и на все лады костерить своего папочку за то, что он беспросветно портит ей жизнь…

Из невеселых раздумий Васю вывел испуганно-плаксивый голос сидящего за спиной Валерки: