Жернова истории-2
Шрифт:
Лида тоже времени не теряла, приготовив провизию на завтра, ибо на природе предстояло провести почти целый день. В простую холщовую сумку она сложила копченую свиную ножку в пергаментной бумаге, банку с квашеной капустой с горловиной, аккуратно обвязанной вощеной бумагой, сложенной в два слоя, полкраюхи подового хлеба в чистой полотняной тряпице и квадратный орлёный штоф зеленого стекла… Не с тем, что вы подумали, а с обычной кипяченой водой.
Вот не люблю я вставать рано утром, под трезвон будильника, тем более — в воскресенье! Но ничего не поделаешь, поезд на Малоярославец уходит в такую рань, что без будильника и не проснешься, чтобы к отправлению не опоздать.
Дожидаться рано утром
Сидеть на жесткой лавочке вагона, прижавшись к плечу жены, и склонив голову к ее голове, не обращая внимания на мелькающие за окном виды, можно было бесконечно долго. А час — это так мало… Но поезд неумолимо приближался к цели нашего сегодняшнего путешествия. Не доезжая остановку до Наро-Фоминска, на малом полустанке со старорежимным названием «Зосимова пустынь», я быстро спускаюсь по крутым ступенькам на платформу (хотя какая там платформа — так, усыпанная гравием площадка…), оборачиваюсь и подхватываю за талию Лиду, опуская ее рядом с собой.
Женский монастырь, обосновавшийся в прошлом веке в этих местах, был закрыт еще в 1922 году, однако его обитательницы никуда не делись, образовав довольно успешно функционирующую сельскохозяйственную артель, во многом продолжающую удерживать монастырские порядки. Впрочем, нам сейчас было совсем не до этого. Мы направились немного вперед по правую сторону от железной дороги (если смотреть по ходу движения нашего состава), в противоположную сторону от монастырской обители.
Миновав домики маленького пристанционного поселочка, мы столкнулись с нешуточным препятствием — путь нам преградила болотистая пойма речки Гвоздянки. И хотя через само русло были проложены мостки, обширные пространства вдоль речки были, по весеннему времени, так насыщены влагой, что, пожалуй, через эту грязь и в сапогах было бы пройти не просто — а у нас на ногах были ботиночки. В конце концов, двигаясь странными зигзагами, чтобы выбирать места не то, что посуше, а просто такие, где можно было не утонуть по колено, мы, знатно извазюкавшись в грязи, все-таки перебрались на ту сторону.
По еле заметной тропе мы углубились в лес, а когда тропка окончательно пропала, просто двигались дальше, выбирая направление на ближайшую возвышенность, надеясь на то, что там будет хотя бы малость не так сыро. Добравшись до вершинки, приступили к тренировкам. Недалеко был Наро-Фоминск, где стояли воинские части, так что выстрелы в здешних окрестностях не должны были привлекать слишком уж пристального внимания.
Настрелявшись (насколько хватило взятого с собой запаса патронов), умаявшись от непрерывного движения, и еще немного добавив грязи на свою одежду, мы устроились перекусить. Расположившись на предусмотрительно захваченном мною клеенчатом дождевике, мы с Лидой быстро умяли всю свою провизию, и, немного передохнув, отправились в обратный путь. Мои новые (ну, пускай не новые, а подержанные, но только что купленные) мозеровские часы показывали, что надо торопиться, чтобы успеть на обратный поезд…
Неделя перед майскими праздниками пролетела незаметно. В последний рабочий день, в четверг, 30 апреля, мой свежеиспеченный помощник Сергей Илюхов
После прочтения нескольких страничек рукописного текста (машбюро напрягать моему помощнику пока не по чину, ибо официально он пока числится студентом-стажером), откладываю листки в сторону и ненадолго задумываюсь. Работа, конечно, выполнена не без серьезных пробелов — в которые моего помощника надо будет непременно ткнуть носом, — но главное из нее все же прорисовывается. Поскольку Сергей теперь делит со мной кабинет, окликаю его и начинаю воспитывать:
— Так, Сергей Константинович, первое и главное — похоже, мы с вами будем работать и дальше. Помощник из вас должен получиться. Но… — тут к месту краткая пауза, — теперь второе и не менее важное. Чтобы наше сотрудничество продолжилось и приносило пользу нам обоим, вам следует еще серьезно над собой поработать.
Беру в руки исписанные его почерком листочки и поясняю:
— Описательную часть, касающуюся работы ОСВОК, вы, Сережа, исполнили совсем неплохо. А вот анализ страдает серьезными упущениями. Вам удалось схватить общий замысел того, что можно назвать «пятилетним планом ОСВОК», но в то же время вы не дали оценку этого замысла, и не смогли показать, какое экономическое обоснование специалисты ОСВОК подвели под свои плановые наметки.
— Но, Виктор Валентинович! — вспыхивает мой новый помощник. — Кто я такой, чтобы давать оценку работе ОСВОК?
— Так, Сергей, — в голосе моем сразу прорезались весьма строгие нотки. Заразу эту надо драть с корнем: на хрена, простите за выражение, мне нужен сотрудник, готовый стать в позу «чего изволите?». — Ты эти замашки брось, а то не сработаемся. Ишь, чем вздумал прикрываться! Кто ты такой? Для начала достаточно, что ты гражданин СССР, не лишенный ума, и получивший довольно приличное экономическое образование. Ты ведь член РКСМ?
— Конечно! — с некоторым даже вызовом откликается Илюхов.
— Тогда должен понимать задачи социалистического строительства, стоящие перед СССР. На только вчера завершившейся партийной конференции об этом было сказано достаточно ясно! И нечего тут намекать на чинопочитание и тащить в наши советские учреждения худшие привычки царской бюрократии! — Политическая демагогия, скажете вы? Она и есть, но без нее мозги моему помощнику не прочистить. — Я что, должен тебе в пример ставить наших беспартийных спецов, бывших меньшевиков, кадетов, а то и монархистов? Он, вон, не стесняются перед самыми нашими грозными партийными деятелями свою точку зрения отстаивать, хотя знают, что это может обернуться для них самыми жесткими политическими выводами. Этих спецов Дзержинский с Пятаковым не пугают, несмотря на всю репутацию последних. А член коммунистического союза молодежи на их фоне собирается демонстрировать политическую трусость?! Если ты даже во внутреннем служебном документе боишься свое мнение иметь, что будет, если в открытую выступать придется?
Сергей под моим напором совсем стушевался и поторопился перевести разговор на другую тему:
— А почему вы говорите, будто я не рассмотрел, что спецы из ОСВОК в основу плановых установок положили? Я же там указываю, как они свои цифры рассчитывали…
— То, на что ссылается твоя записка — это в большей мере техническое, нежели экономическое обоснование, — прерываю его оправдания. Но где тут анализ доходности государственной промышленности, динамики себестоимости и прибыли, возможностей повысить норму накопления, изменения бюджетных и кредитных ресурсов? Где анализ динамики заработной платы и вообще доходов городского и сельского населения, и, соответственно, динамики и структуры спроса городского и сельского рынков?