Жены Натана
Шрифт:
«У тебя есть Рахель и Ярон, – говорит Дана. – Пришло время, чтобы у вас были еще дети». – «Что вдруг тебя этот беспокоит?» – удивленно спрашиваю. «Меир, не обижайся. Ты человек чувствительный и умный. Мы сможем вчетвером отлично уживаться, Когда я рядом с Натаном, он тебя никогда не обидит. Подумай об этом. И знай, что Натан должен будет вести себя, как настоящий супруг. Я объявила ему, что в каждую его заграничную поездку больше трех дней он будет обязан брать меня».
Ярон возвращается к последнему блюду. Теперь и Рахель садится на более долгое время за стол. Мне вообще непонятно, почему она оставляет нас вдвоем с Даной, а сидит с нами лишь тогда, когда за столом Ярон. Дана, с уже знакомым
– 38 —
Однажды утром Натан вызывает меня к себе в кабинет. «Он говорит, чтобы ты оставил все свои дела, и пришел», – сообщает секретарша. Меня охватывает нехорошее предчувствие. Может, следует позвонить Рахели и посоветоваться. И все же я тороплюсь к Натану, благо, ремонтируемый дом, в котором находится мой офис, почти рядом с главным зданием фирмы. В кабинете Натана много сотрудников. Он выглядит очень уставшим, без конца глотает маленькие кубики сахара. Дана сидит сбоку и, главным образом, поглядывает на него.
«Узи сильно нас подвел, – говорит Натан. Окружающие его люди молчат, постукивают по клавишам компьютеров и не сводят глаз со страниц с данными, выпущенными печатным устройством. – Он не следил с необходимой тщательностью за действиями и делами Хаггая. Нас ввели в огромные расходы, и я хочу получить от каждого из вас точные данные».
Я усаживаюсь. Натан даже не приветствует меня, и мне вообще не понятно, с какой целью он меня вызывал. Дана подходит к нему, шепчет что-то на ухо, он отвергает ее предложение и просит, чтобы было тихо.
Секретарша спрашивает, голоден ли кто-то. Натан просит принести все, «что есть». «Не забудьте принести Меиру фрукты», – добавляет Дана. Я смущен, ощущаю в душе радость. Вероятно, блюда уже были готовы в соседней комнате, ибо тут же вносят большое количество еды, и несколько работников раскладывают ее на тарелки. Не понимаю, кому в такой час нужно столько еды. Натан тут же начинает есть, и Дана время от времени приносит ему добавку. Он ест и говорит, задает вопросы, дискутирует почти с каждым из отвечающих. «Почему вы не способны дать мне сразу четкий, исчерпывающий ответ. Только, когда я разъясняю и начинаю сердиться, вы отвечаете по делу».
Выносят пустые тарелки из-под съеденных присутствующими фаршированных баклажан и вносят мясные блюда. Натан продолжает говорить вне всякой связи с трапезой. «Узи я увольняю, – внезапно объявляет он. – Но это дело простое. Главный вопрос в том, каков наш истинный долг и как с ним рассчитаться. Даже не осмеливайтесь мне предлагать продать какую-либо из моих коллекций. Ни одной вещи из мебельных гарнитуров. Думайте над реальным выходом из создавшегося положения. Тот, кто завершил трапезу, свободен. Возвращайтесь вечером с вашими предложениями. Каждый обязан думать самостоятельно. И не предлагайте мне коллективные планы».
Люди предпочитают оставить недоеденными свои блюда и поскорее покинуть кабинет шефа. Дана смотрит на меня и молчит. Натан не просит меня остаться для личной беседы. В кабинете уйма грязной посуды, Натан поигрывает огрызками еды, просит у Даны салфетку, вытирает губы и руки, проверяет чистоту своих ногтей и разворачивает обертку, в которой новая книга по искусству, кладет ее
– 39 —
Возвращаюсь домой с мыслью, что все еще не перестал получать удовольствие от возвращения после больницы, выздоравливания в доме Натана, долгого путешествия в Галилею. Приятно мне, что Ярон открывает дверь. «Мама ушла в поликлинику на какое-то исследование», – сообщает он. В последнее время Рахель занята своим здоровьем, считая, что именно сейчас время найти для своего тела нужный баланс. «Когда была в сильном напряжении, не могла я заняться собой», – объясняет она нам.
Ярон спрашивает меня, что со здоровьем Рахели, и ушло ли напряжение, которое было между нами. Ярон уже явно зрелый человек. Давно я не проверял развитие его тела и лица. Совсем не знаю, чем он занимается, с кем общается, и что с ними обсуждает. Отвечаю ему, что мать здорова, и мы, в общем-то, успокоились. «Если бы она была по-настоящему здорова, у вас были бы еще дети. Почти нет семей, подобных нашей, с одним ребенком». – «Какие семьи ты имеешь в виду?» – «Я уверен, отец, что ты понимаешь, о чем я говорю. Люди, придерживающиеся традиций, как мы, должны жить по-иному. Мы, в общем-то, не говорим об этом, но мама, и еще больше ты, сбиваете меня с толку своим образом жизни».
К вящей моей радости является Рахель и застает нас близко сидящими друг к другу, серьезно разговаривающими и молчащими. Рассказываю ей о том, что происходило в кабинете Натана. Она задумывается. Затем предлагает пойти вечером вместе со мной. «Мы сейчас вместе, и важно, чтобы Натан знал, что твое положение улучшилось. Он явно готов тебе навредить, если ему покажется, что твоя сопротивляемость ослабела. У меня такое ощущение, что здесь какое-то серьезное, запутанное и опасное для тебя осложнение». Я говорю, что положение не видится мне таким серьезным и опасным. Рахель настаивает на своем. «Быть может, следует позвонить Дане», – внезапно говорит она. Я иду немного отдохнуть. Слабость, которая всегда скрыта во мне, снова начинает проявляться и усиливаться. Надо дать отдохнуть голове. Хорошо, что я еще способен убедить собственную голову прилечь на подушку и расслабиться.
Вечером выходим вместе. Ярон тоже хочет к нам присоединиться, но Рахель деликатно спрашивает его, есть ли у него какое-то предложение, на что он отвечает, что хотел бы сам получить впечатление от поведения Натана. Рахель считает, что это ни к чему, но будем держать его в курсе по телефону.
Рахель ведет машину, я сижу рядом. Так лучше, ибо слабость моя не проходит, и Рахель беспокоится, смогу ли я с достаточным вниманием сидеть за рулем. Большинство учреждений уже закрыто, и город мне кажется более пустынным, чем обычно в эти часы. В здании фирмы Узи ожидает нас в большом зале. «Ты знаешь, что Натан хочет меня уволить? – тут же спрашивает меня. – Пока сказал мне следить за всем тут, внизу, но он готовит мне плохой сюрприз. Я должен поговорить с тобой, Меир. Только ты сможешь объяснить ему то, что необходимо. Не забудь встретиться со мной после вашей встречи». Узи проводит нас в зал заседаний Натана, где проходят встречи и инструктаж сотрудников фирмы.