Жених для васконки
Шрифт:
Некроманты по одному кланялись, когда Николя называл их по именам.
— Очень приятно, — мы с девочками повторно сделали реверанс. — Позвольте и мне познакомить вас с моими подругами: мадемуазель Аврора, мадемуазель Армель и мадемуазель Полин.
— Музыка вот-вот начнется, — улыбнулся между тем юноша, — если у вас еще с подругами нет партнера на павану, может быть, вы согласились бы на нас в качестве кавалеров?
— Удивительно все-таки! Нас четверо и вас тоже, — «восхитилась» Полин, выразительно посмотрев на меня.
А я что? Я и сама
Для создания хорошего образа (как говорил дедушка), одно время даже издавался роман о бравом некроманте месье Валентине. Но там было столь «красочно» описаны подробности всех его приключений, что выпуск журнала прекратили весьма быстро. Не помог даже веселый нрав главного героя. Мне тоже было жутко читать о разных страшных тварях, я даже не могла потом уснуть ночью.
Между тем, некроманты оказались правы: артефакт прекратил мерно гудеть и послышалась музыка. Скоро нужно будет выходить вслед за открывающей парой в строй! Остальные студенты, уже разбившись на пары, выстроились в ряд, ожидая своего выхода. Так можно совсем в хвосте стоять!
— Благодарю, месье, — кивнула, отвечая за всех, так как девочки предпочитали отмалчиваться, — мы будем рады.
Юноши снова коротко поклонились, принимая мой ответ. Месье Николя протянул мне руку и я, выдохнув, позволила увлечь себя к общему строю.
Вот только первые шаги показали мне, насколько трудно мне придется: пока я стояла и даже дышала через раз, не шевелилась, — воздуха хватало, но стоило сдвинуться с места… ребра сдавило с новой силой.
— Вы побледнели, мадемуазель, с вами все хорошо?
— Великолепно, — прошептала, едва успевая за некромантом, который тоже, похоже, решил не плестись в хвосте процессии.
Мадам Франсуаза и месье Бастиан уже начали танец и степенно продвигались вперед. Эрик, выполняющий роль церемониймейстера, спешно расставлял наши пары — из-за небольшого пространства учебной бальной залы, нас выставили в два ряда, хотя подобное и не допускалось на официальном мероприятии, слишком велик риск столкнуться при поворотах. Слева от нас с месье Николя поставили Армель и месье Пирра. Подруга подмигнула мне, радостно улыбаясь: маркиза всегда любила танцы, а потому сейчас наслаждалась уроком.
Как же хорошо, что открывает любой вечер именно павана, а не гавот, иначе мое сердце выпрыгнуло бы прямиком через горло! Пары постепенно вступали в общий поток, и все ближе была наша месье Николя очередь. Ох, вспомнить бы какие там движения! Вроде бы все просто сначала простой шаг, потом двойной? Или два простых, а потом двойной?** Хотя чего переживать? Посмотрю, как это
— Нежнее, мадемуазели! Помните, что павана — это поступь райских птиц! — строго сказала мадам Франсуаза, перекрикивая музыку.
Учительница уже прошла до конца бальной залы и они с месье Бастианом, отпустив руки друг друга, разошлись в разные стороны подобно ручейку. И хотя в действительности на настоящих балах предполагалось, что пары будут обходить весь зал (это один из самых длинных танцев), чтобы все придворные могли хорошенько рассмотреть каждого гостя, наша танцевальная комната был слишком маленькая, тут разве что пару шагов и сделаешь. Теперь мадам Франсуаза внимательно следила за движениями девочек, отмечая каждую неточность. Страшно представить, что устроит учительница на следующем уроке тем, кто не смог выполнить все па идеально!
— Мадемуазель Эвон, вступайте, — тихонько подсказал мне Эрик справа.
Наш «церемониймейстер» оказался большим умницей и подсказывал всем парам, когда нужно делать первые движения, чтобы расстояние между парами было идеальным. Если бы не он, думаю, ошибок в наших рядах было бы значительно больше.
Шаг вперед. Остановиться. Два шага вперед.
Пока я делаю все правильно! Это точно, вон и мадам Франсуаза, когда я завершила первый круг до разворота, кивнула. А ее одобрение немало значит.
Однако я буквально чувствовала, как мне становится хуже — несмотря на размеренную поступь паваны, дышать становилось все тяжелее. Определенно перерывы между танцами придумали, чтобы дамы в корсетах могли перевести дух, а никак не музыканты.
Пара шагов вперед и я с надеждой посмотрела на окно, которое находилось все ближе. Еще немного и мы с месье Николя разойдемся, завершив круг. Никогда павана не давалась мне столь тяжело, а ведь я думала, что мое тело уже привыкло к жестким тискам корсета.
— Неплохо, мадемуазель Эвон, — кивнула мадам Франсуаза. — Хороший шаг, так на вас не похоже.
Щекам стало жарко от такой похвалы. Это все заслуга корсета! Однако на что-то это пыточное изобретение да годится, если уж даже мадам расщедрилась на комплемент. Обычно учительница была недовольна моим умением танцевать, говоря, что я похожа на нетерпеливую лошадь.
Коротко поклонившись друг другу, мы с месье Николя отошли в сторону, освободив место для остальных пар.
— Мадемуазель Эвон, вы побледнели, — обеспокоенно сказал некромант, вглядываясь в мое лицо. — Может быть воды?
Кивнула, будучи не до конца уверена, что смогу ответить ровно, ведь даже дышать приходилось через раз.
Николя отвел меня к подругам и, коротко поклонившись, поспешил к столикам с водой. Несмотря на то, что наш урок можно было весьма условно назвать «настоящим балом», пажи принесли напитки и легкие закуски.
— Великолепно, Эвон, — Аврора сжала мои руки, восхищенно оглядев с головы до ног, — ты была такая величественная, как королева! Порхала как те самые «райские птицы», о которых говорила мадам Франсуаза.