Жена врага. Ты станешь моей
Шрифт:
И тут что-то врезается в ногу. Что-то теплое, легкое, маленькое. Смотрю вниз и вижу светлую голову маленького мальчика.
Влад… Цепению. А он тем временем шипит и бьет меня маленькими кулачками:
— Отпусти!
Эльвира
Молча смотрю в его глаза. Сафонов — первый человек, который так сильно меня пугает, но при этом я чувствую притяжение. Очень странное чувство — как можно ощущать влечение к
Олигарх передавливает мне шею предплечьем.
— А теперь объясняй.
Силу он кажется не рассчитывает. Сафонов так давит, что даже если я и хотела бы что-то сказать, я не смогла бы это сделать.
И тут его хватка ослабевает. Скашиваю взгляд: маленький Влад пытается оттолкнуть от меня своего отца.
От этого зрелища я застываю: они все-таки встретились, все получилось.
— Отпусти! — шипит мальчик.
Сафонов смотрит вниз, потом на меня. Следом он неуверенно протягивает руку к голове ребенка, кладет огромную ладонь на детскую головку и я чувствую в этом движении бережность ювелира. Сафонов словно бы прикасается к сокровищу.
Но Влад тут же отскакивает, встряхивает головой и выдает:
— Отпусти маму!
У меня внутри все переворачивается.
Вот тут, малыш, ты не совсем прав.
Но мне кажется, я понимаю, почему он так сказал. Я наверное похожа на то единственное воспоминание, которое сохранилось у мальчика об этой женщине. А все, о чем он мечтал наверное все свои пять лет — увидеться с ней.
Влад по-детски огромными глазами смотрит на меня. Я вижу надежду и доверие в его взгляде. Я просто не могу сказать “нет” этому мальчику.
И не имею права сказать “да”.
— Я… — вырывается.
— Это не твоя мама, — олигарх перебивает. — Твоя мама…
— Сафонов, нет! — я понимаю, что Валерий собирается сказать дальше, но он договаривает:
— Умерла…
Влад снова на него набрасывается, в ярости колотит своими маленькими кулачками. Сафонов только что задел самую большую рану этого человека, перечеркнул все его мечты.
Олигарх разворачивается к сыну.
— Она не твоя мама. Это… обманщица. Она тебе врала.
Неужели Сафонов считает я говорила его сыну, что я его мать? Да как он мог подумать обо мне такое?!
Влад отступает от отца на шаг и выдает:
— Это ты обманщик! Уходи!
— Я твой отец…
Голос Сафонова дрожит на последних словах, это странно слышать от такого сильного мужчины. Такое чувство, что под личиной самоуверенного зверя проступает настоящий человек, любящий отец.
— Ты врешь! Ты! — кричит мальчик и даже меня его слова режут как по живому.
Лицо Сафонова вдруг снова становится каменным.
— Послушай…
— Отпусти нас… — Влад замолкает, когда на его плечи кладет руки огромный мужчина
Мальчик смотрит вверх.
— Поехали, я дам тебе конфет, — неожиданно ласково говорит этот громила, а потом смотрит на Сафонова и я вижу, как его глаза начинают блестеть. — На сегодня хватит, Валер.
— Мурат… — Сафонов шипит.
— У тебя кровь из уха, — не останавливается тот. — Ты вообще им слышишь?
Сафонов передергивает плечами в ответ.
— Мы нашли твоего сына, — настаивает Мурат и тут Владик вырывается из его рук. — Теперь мальчика надо в безопасное место. Карский начеку.
— Я не поеду с вами! — кричит ребенок.
Сафонов крепко сжимает челюсть и, кажется, кулаки.
— Ты напугал его, — говорит Мурат и затем обращается к мальчику подчеркнуто спокойным тоном. — Не хочешь конфет, добро. Что если дам тебе машинку? А порулить?
— Не буду с вами ехать! — практически рычит мальчик.
Я вдруг ловлю взгляд Сафонова на себе. Его глаза горят как угольки и мне кажется, если я могла бы, то расплавилась.
— Я забираю ее, — указывает в мою сторону.
— Мы с ребятами расспросим ее сами и все выясним, — вздыхает Мурат. — Тебе надо выдохнуть.
— Я забираю девицу, — как заведенный повторяет Сафонов.
— Валера, слышь…
Сафонов подходит к нему и хватает за плечо, так, что Мурат даже немного поворачивается на месте.
Олигарх смотрит на меня, потом на мальчика.
— Отказываешься ехать, тогда я забираю ее одну, без тебя.
Влад сжимает челюсти. Сейчас он просто копия своего отца.
— Мы договорились? — произносит Сафонов. — Поедешь?
Влад медленно кивает.
Тогда олигарх разворачивается к лифтам и делает жест, предлагая следовать за ним.
— Ненавижу! — кидает ему в спину Влад и мне вдруг кажется, что плечи Сафонова на одно короткое мгновение как будто вздрагивают.
Олигарх выглядит так, словно в него только что попала пуля, он останавливается, разворачивается. Я вижу как плотно Сафонов сжимает губы, как будто удерживает внутри что-то, что рвется с языка.
— Я искал тебя четыре года, — доносится до меня его раскатистый бас.
И Влад вдруг оборачивается ко мне.
— Это тот дядя из Германии?
Если Сафонов мог бы, то прожег бы во мне дырку взглядом наверное. Я думаю об этом и поэтому молчу. Должно быть, Сафонов снова решил, что я и тут врала его сыну.
— Нет… — едва слышно выдыхаю я. — Это…
— Хватит! — Сафонов решительно шагает к лифтам и я молча гляжу на то как развеваются полы его плаща.
Похоже, только что произошла самая большая на свете ошибка.
Нас с Владом обступают люди Сафонова и следом провожают в черную машину с тонированными стеклами.