Жена моего мужа

Донцова Дарья

Я сделала вид, что верю, и ушла. «Вольво» мерз под проливным дождем. Экая гадкая погода, но мне предстоит еще, наверное, долго просидеть в машине, наблюдая за подъездом.

Точно знаю, что портфолио, или, иными словами, просто альбомчик с фотографиями, требуется манекенщикам. От абитуриентов ВГИК ничего подобного не требует. И очень хочется поболтать поэтому с красавчиком «племянником». К тому же Леня Бесчастный жуткий врун. Назвал невзрачную Яну хорошенькой мордашкой и сообщил, что встретил ее в ресторане. Совершенно невозможная вещь!

Глава 30

Время

текло и текло. Я прочитала до конца «Кровавые пальцы», замерзла, проголодалась и чуть не описалась. Как, оказывается, трудно вести наружное наблюдение. Еще хорошо, что дом старый, квартир не так много, и дверь подъезда распахивается довольно редко. Дождь усилился, превратившись в ливень. Бесконечные струи быстро бежали по ветровому стеклу, дворники едва справлялись с работой. Часы показывали ровно девять. С чего это я решила ждать «племянника»? Может, останется ночевать у «дяди»! Вон как хлещет. Нет, надо собираться домой, никаких сил нет, сейчас умру, и сигареты закончились. Ладно, сначала позвоню своим и сообщу, что жива и здорова. Зловредный телефон опять провалился в дырявый карман и болтался у щиколотки. Но не успела я нагнуться, как раздался стук двери и на улицу выскочил «племянничек». Парнишка одет как раз по погоде – белые брюки, светленькая маечка, на ногах сабо.

Пару минут Володя безнадежно вглядывался в дождь, потом, очевидно, плюнул на одежду и пошагал, зачерпывая воду в свою обувь, которая явно не годилась для этой погоды.

Я включила мотор, тихонько подъехала к парню и крикнула:

– Садись, подвезу!

– Ну спасибо, – обрадовался Вова и плюхнулся на переднее сиденье, – только до метро какого-нибудь подбросьте.

– Где живешь-то? – поинтересовалась я.

– На Ленинградском проспекте.

– «Динамо» подойдет? Мимо поеду.

– Отлично, прямо до дома, – заликовал «племянник» и быстро добавил: – Только у меня всего двадцать рублей.

– Неужели стану со знакомых деньги брать, – усмехнулась я.

– Мы разве встречались? – удивился парень, близоруко прищуриваясь.

– Да только что, Вовочка, у господина Бесчастного на кухне.

– Так вы из милиции, – погрустнел попутчик. – Чего хотите?

– Давно обедал? – ушла я от ответа.

– Ну, – помялся Вова, – в общем, не помню… Я на работе ем, бесплатно.

Я притормозила у маленького ресторанчика «Телевизор».

– Пойдем перекусим, угощаю.

Мы устроились в самом углу абсолютно пустого зала и принялись за шашлык.

– Где ты работаешь?

Володя картинно тряхнул подсыхающими прядями.

– В клубе «Вверх-вниз».

– Официантом?

– Танцором, исполняю стриптиз.

– Так ты «голубой»?!

– Бисексуал, – оскорбился собеседник, – и потом, какое кому дело до моей ориентации…

Вот здесь он прав. И я принялась допрашивать «племянника» с пристрастием. Глуповатый и трусливый стриптизер сопротивлялся недолго. С Леней его связывают давние «творческие» взаимоотношения. Бесчастный снимает порнографические ленты, пользующиеся популярностью.

Работать в порнобизнесе тяжело,

и у Вовы возникла стойкая аллергия на занятия сексом. Леня же, наоборот, частенько оставляет у себя «актрис». Берет он «исполнителей» в самых разных местах. Иногда пользуется услугами профессионалов – проституток и танцоров из стриптиз-баров. Частенько дурит головы абитуриентам театральных вузов, обещая наивным детям мировую известность и съемки в Голливуде.

Сам Бесчастный наркотиков не употребляет, но большинство «артистов» сидит на игле. Володе казалось, что режиссер специально подсовывает глупым девчонкам «дурь». За снятую ленту выплачивает гонорар. Вова с гордостью назвал цифру – тысяча долларов, но потом прибавил:

– Я суперпрофессионал, поэтому такой отличный заработок.

Леня не гнушается никакими съемками. Бывает, заказчик приносит свой сценарий. Володе пришлось поучаствовать и в групповухе, и в садомазохистских сценах, и в гомосексуальных оргиях. Платили за все одинаково.

– Как же его жена к этому относится? – удивилась я.

– Никак, – пожал плечами Вова, – бизнес есть бизнес. Квартира-то огромная, а киностудия только в одной комнате, ну еще в туалет ходим и в ванную. Да ее целыми днями дома нет, работает до ночи, а где – не знаю.

Кто такие Андрей Медведев и Яна Соколова, стриптизер не знает и ничего о них не слышал. Худенькой некрасивой девушки с рыжим «ежиком» на голове не видел. Леня всегда закрывал двери в коридор, если приходил кто-то из посторонних.

Я довезла парня до метро «Динамо» и понеслась в Ложкино. Было уже около одиннадцати, небось все по спальням разбрелись…

Но дом встретил ярко освещенными окнами первого этажа. Из гостиной доносились возбужденные голоса.

– Мамочка, – закричала выскочившая в холл Маня, – у нас новость!

Щеки девочки раскраснелись, глаза горели, волосы в беспорядке…

– Что случилось? – испугалась я.

– Гера сделал предложение Тамаре, и она его приняла!

Ну наконец-то Римме Борисовне удалось пристроить свое сокровище. Интересно, как молодым удалось договориться, оба молчат, словно воды в рот набрали.

В гостиной царило радостное оживление. Римма Борисовна чуть не упала, бросаясь ко мне на шею.

– Дашенька, только представь, какая радость!

Новости выливались из свекрови потоком. Обычно довольно сдержанная, даже чопорная, сегодня она радовалась, как ребенок, получивший вожделенный подарок.

Гера останется жить в Москве. Вчера он ходил на смотрины к будущим родственникам. Академик вполне благосклонно отнесся к выбору дочери. Жить молодожены станут в двухкомнатной квартире Тамары, да еще Гере обещали подыскать в Москве место работы. Римма Борисовна просто помолодела на двадцать лет, сбывались все самые смелые мечты. С тех пор как ее старший сын, а мой третий муж, уехал на постоянное жительство в Австралию, у бедной женщины осталась одна отрада – младшенький Гера.

Тамара выглядела слегка обалдевшей. Перед девушкой на столике громоздились кучи модных журналов. Шел выбор фасона для подвенечного платья.