Жена кузнеца

Теплая Елена

– Ты можешь его выбросить в воду! – я вздрогнула от неожиданности и обернулась на голос.

За моей спиной стоял дед - шаман.

– Вы знаете, о чем я думаю?

Он наклонил голову и хитро улыбнулся.

– Ты умная! Я вижу, что ты сделала свой выбор.

– Какой? У меня был выбор?

– Да. Тебе дали выбрать, где тебе жить и сердце твое выбрало этот мир. И правильно девочка. Здесь тебя ждет хорошая и светлая судьба.

– Вот это да! Я ничего про выбор не знала и может быть, я выбрала бы себе не этот мир.

– Сердце знало!

– Хорошо. Я так понимаю, что уже ничего не изменить. Что за кристалл вы мне дали? Он разговаривает

со мной голосом мамы.

– Он разговаривает голосом того, кого ты хочешь услышать.

– А Мишутка. Он с кем разговаривал?

– Со своей мамой.

– Это как? Я ж его….

– Мама? Ты же знаешь, что это не так. Его мама очень тосковала о нем. В его смерти нет твоей вины. Он все равно рано или поздно ушел бы к своей маме.

– Но он же ребенок! Ему еще нужно было жить, и он ничего еще в своей жизни не видел!- расплакалась я от своих слов.

– Он прожил свою отмеренную жизнь! И в следующей жизни души его и мамы соединятся. Не плачь, ему там хорошо и он тебя тоже очень сильно любит.

Я успокоилась, посмотрела на реку, вспомнила Мишутку, хорошо, что с ним все хорошо. На душе стало как-то легче и как говорится, камень с души упал.

– Что мне делать с кристаллом?

– Ты можешь его бросить вводу. Им никто после этого не сможет воспользоваться.

– Хорошо. Спасибо. – Я повернулась к реке. Мысленно попрощалась с кристаллом и, боясь, что он опять в руках начнет светиться, кинула его в воду. Он булькнул и ушел под воду. Я повернулась, шамана уже не было. Как он умудрился уйти незамеченным, я не поняла. Я повернулась в сторону дома и увидела идущего ко мне навстречу Никиту.

– С тобой все хорошо? Лизка сказала, что ты исчезла из дома, и мы тебя все ищем.

Я кивнула утвердительно ему головой и обняла его. Так обнявшись, мы и пошли домой.

40 глава.

Мы сидели все за столом и обедали. На десерт я поставила яблоки, запеченные с орехами в середине, сверху перед подачей, я полила их медом. Все облизнулись от удовольствия.

– Лада. Мы с Соней уезжаем на рынок через два дня.

– А как же я? Ты меня не хочешь брать с собой?

– По дороге очень холодно ночевать и я не хочу рисковать тобой и нашей дочкой.

– Я прошу тебя, возьми меня. Мне нужна эта поездка, и я обещаю, что буду себя беречь! Посмотри, я пью все отвары, что мне прописывает Северина. Я себя хорошо чувствую.

– Если Северина разрешит тебе ехать, ты поедешь! Если нет, то больше меня не проси, я тебя не возьму.

Я улыбнулась ему и ждала с нетерпением окончания обеда, чтобы дойти до Северины. По дороге я заглянула к Соньке, посмотрела на их дом. У меня все никак не находилось времени, что очень работу, проделанную ребятами. Дом получился добротный, как все бревенчатые дома. Заглянула в дом. Полы еще не везде были постелены, поэтому все перемещались по доскам. Сени уже были застелены соломой, так как, по-видимому, здесь пока полы делать не будут, и утеплили их, чем смогли. Соньки дома не было. Только Ярослав возился с погребом. Видно

делал его глубже.

– Здравствуй, Ярослав!- я покричала под пол.

– Здравствуй, Лада! – ответил мне хозяин, выползая из подпола. – Ты к Соньке пришла?

– Ага, где она?

– Она пошла к соседке, попросить у нее молока.

– Хорошо. Я тогда ее тут подожду. – Ярослав махнул мне утвердительно головой и скрылся под полом.

Я огляделась и присела на лавку, стоящую на кухне. Сидела и рассматривала Сонькино хозяйство. Понравилась плита, которая пристроена к печке. Я себя мысленно, погладила по голове. Приятно, когда ты, чем - то можешь помочь другим. Умывальника пока нет, но раковина уже была сделана. Видно, что аккуратнее и продуманнее. Видно гончар уже не первую мойку делает. Она приобрела, плавные изгибы и стала глубже. Мне такая мойка, тоже понравилась. Вода на пол не будет выплескиваться, да и дети очень любят играть в воде. Сердце сжалось от тоски, при воспоминании о Мишутке.

В этот момент открылась дверь и в дом с крынкой молока зашла Сонька.

– Лада, ты ко мне? Что-то случилось?

– Нет, я иду к Северине. Никита не хочет меня с собой брать, сказал, если только твоя сестра разрешит, то он возьмет меня.

– Понятно. Я бы тоже, как и Никита тебя не брала бы с собой.

– Ну, Соня, ты хоть прими мою сторону. Мне и так дома тоскливо находиться. Я везде вижу Мишутку.
– Из моих глаз покатилась слеза, и в груди заныло от тоски.

– Ладно, успокойся. Только обещай, что если Северина скажет, что нельзя, ты останешься дома, и не будешь уговаривать Никиту. Это для безопасности твоего ребенка!

Я покивала головой в ответ.

– Сейчас я доделаю свои дела, и мы вместе с тобой сходим. И я ответ буду знать. – Вот это да! Она со мной как с малым ребенком. Ладно, в этом положении хоть чуть- чуть покапризничаю, а то здесь совсем это не принято. Здесь мужики считают, что это не болезнь и бабе можно все, а если не смогла ребенка выносить, то бракованная и ни к чему не годная.

Сонька быстро подвигала на печке посуду. Что-то побросала в емкости, помешала и мы пошли из Сонькиного дома к Северине. Дом ее был на окраине поселка, ближе к лесу. Он ничем практически не отличался от обычного дома. Все как у всех.

Мы зашли с Сонькой в дом.

– Северина, ты дома?- позвала сестру Сонька.

– Да, заходи!

Мы прошли в дом. Весь дом был увешан травами. Травы были везде, и запах стаял бесподобный. Северина что-то толкла в ступке на столе. Рядом лежали холщовые мешочки открытые, и она туда засыпала те травки, которые потолкла.

На полу сидела девочка лет пяти, такая же, как Северина. Очень серьезная, глаза как у мамы и она их не спускала с нас. Мы зашли в дом, поздоровались с хозяйкой и сели рядом с ней на лавку. Девочка отложила свою куклу из соломы и подошла ко мне. Она приложила свою руку на мой живот и молча, смотрела на меня. Рука была очень теплая, и я смотрела то на девочку, то на Северину.

– Не бойся! Она разговаривает с ней. Мария сильнее меня в этом плане и может даже поговорить и успокоить малыша. Это было бы очень удобно при родах, но она пока маленькая и я ее с собой не беру.

Я посмотрела на девочку. Она смотрела долго на живот и потом подняла глаза на меня:

– Хорошо, что ты выбросила кристалл, теперь я смогу быть с тобой в этой жизни, а не разговаривать через стекло.

– О чем она?- у меня по спине поползли мурашки. Никто не знает, а том, что я очень боялась кристалла и выкинула его в речку.