Жена Кощея

Казьмин Анатолий Антонович

Ой, ладно. Главное я уяснил: на Хопре мы. На юге и востоке – Волга, на юге же – Дон. Ещё южнее и восточнее – Каспий и пока хватит с меня. Разберусь со временем и по необходимости, а сейчас наши уже все в Канцелярии собрались, да вон и в дверь кто-то стучится, наверняка Ильяс с сыном-переводчиком.

Так и оказалось. А сынуля этот ничего такой, видный молодой мужик, высокий, стройный, плечи широченные, а талия наоборот. И волосы, что странновато, не чёрные, а тёмно-русые. Да и в целом, скорее нашей внешности, чем арабской.

Одень его в штаны да расписную рубаху, так от наших парней и не отличить. Хотя, что-то в нём такое неуловимое, властное проскальзывает, не хлебопашец уж точно. А в общем, красавец мужчина. Мечта Гюнтера.

– Сын мой, – с гордостью представил парня Ильяс, – Басиль.

– Василий Ильич, значится по-нашему, – тут же внёс коррективы Михалыч. – Ну и прошу за стол тогда, гости дорогие.

– Господин… – Василий, усевшись с отцом за стол, вопросительно посмотрел на меня.

– Фёдор Васильевич, – подсказал Михалыч. – Так и зови.

– Фёдор Васильевич, – наклонил голову Василий. – Отец велел рассказать тебе о путях наших торговых, о притеснениях, кои мы постоянно терпим. Спрашивай, господин.

– Вот так сразу? – задумался я. – Хм-м-м… А чего это ты какой-то не арабский, а? Ну, больше на наших похож.

– Стратег! – хихикнул дед. – Сразу с главного начал.

– Ну, интересно же, – слегка смутился я. – Пардон, если что.

– Да небось, девчушку какую нашу купил на невольничьем рынке, в полон угнанную, – хмыкнул Михалыч, – вот и получи смешение кровей и культур.

– Моя мама – свободная женщина! – вскинул гордо голову Василий. – Из росов, да, но свободная!

– Ну и хорошо раз так, – примиряюще выставил я вперёд ладони. – Проблем нет.

А Василий вдруг хихикнул:

– Отец три года к ней свататься ездил да всё от ворот поворот получал.

– Да-да! – закивал Ильяс. – Три года, дарагой! А потом мы с моей несравненной Надя джан просто бежать и прятаться! Старый князь ох и злой был! Но когда мы честно поженились, успокоился немного и благословил нас. Ну а как Басильчик родился, тут мы савсэм в мире жить стали!

– Мы раз в год, – закивал Василий, – а в гости к брату Ставросу выбираемся всей семьёй.

– Ставросу?! – поразился я. – К нашему Ставросу? Из Кристополя?

– Ну да, дарагой, – развёл руками Ильяс, – Надя джан – тётка его.

– Ну надо же… Ну, классно.

– Вы и нам тогда свои, гости дорогие, – заявил Михалыч и тут же притворно пригорюнился: – Охохошеньки… Придётся и вас от налогов освободить…

– Аристофан, займись, – кивнул я бесу.

– Спасыба, дарагой! – растрогался Ильяс. – Моя семья – твая семья!

– Ну и отлично. Давайте к делу. Василий, что у вас за проблемы такие?

– Смотри, господин, – он вытащил из-за голенища сапога свиток и развернул его на столе. – Карта земель тех, через которые мы к тебе идём.

– Ага, ага, – оживился я. – Интересно. Только не гигиенично.

– Вот

тут, – он провёл ладонью над большой площадью южнее Каспия, – Халифат. Там порядок, закон, армия.

– Халифат? – я обернулся к Михалычу.

– Арабы, внучек, – кивнул он. – Хорезм, Армения, Ирак, Сирия, Персия…

– До фига, короче, – перебил его Аристофан.

– Закон… – проворчал Ильяс. – Бакшиш! Тому дай, этому дай…

– Потом, отец, – дотронулся до его плеча Василий и снова повернулся ко мне. – А вот с Хазарского моря и начинаются беды.

– Каспий, внучек, – тихо пояснил дед.

Я кивнул. В курсе уже.

– Старики говорят, – продолжил Василий, – раньше легче было. Хазары за проезд брали конечно, но ярлык на весь оставшийся путь выдавали, как в других ханствах.

– А теперь?

– Каганат! – брезгливо поморщился Ильяс.

– Как хазары веру поменяли, так и стали потихоньку и все дела свои в ханстве менять, – брезгливо передёрнул плечами Василий. – Были воины, стали торгаши.

– Дарбанд проходишь – плати! – пожаловался Ильяс. – Самандар проходишь – плати! В Атиль нос сунешь – плати!

– Дербент, Семендер и Итиль по-вашему, – пояснил Василий. – Всё верно отец говорит. Дорога хорошая, знакомая, но поборы такие, что многие к вам уже и не хотят с товарами идти. Хорошо хоть Дербент под Халифатом уже сто лет находится.

– А с востока Каспия нет к нам дорог? – склонился я над картой.

– Как не быть, дарагой? – удивился Ильяс. – Только там ещё хуже.

– Кочевники, – коротко пояснил Василий. – Совсем дикие.

– А чего енто ваш Халифат, хазаров-то не придушит? – прищурился Михалыч. – Раз такой он у вас могучий. Али не могучий?

– Халифат сильный, дедушка, – подтвердил Василий, – на хазар этих не один раз походами ходил да только… И каганат не слабый. Вроде и прижмут хазаров, а через короткое время они опять свой грабёж начинают.

– А как вообще пути торговые на Русь идут? – спросил я.

– Смотри, Фёдор Васильевич, – Василий стал водить пальцем по карте. – От нас, из Халифата, то есть, мы в основном по западному берегу Хазарского моря идём. Потом вдоль Волги вверх подымаемся, а как до волока дойдём, то уже поворачиваем кто куда. Кто по Дону на запад движется, кто к вам на Русь, на север и северо-запад, а кто и на северо-восток через Волгу.

– Понятно, – задумчиво протянул я, разглядывая карту.

– Есть пути ещё из Индии, Китая, господин, но у нас другая дорога. Про них я плохо знаю.

– Великий шёлковый путь, – пробормотал я. – Ничего и до них доберёмся. – Я повернулся к Василию. – Значит, по всему пути вдоль Каспия, с вас хазары мзду тянут?

– А как Итиль пройдём, – кивнул Василий, – так разбойники нападать начинают.

– Хазары! – вклинился в разговор Ильяс. – А после волока, там уже тваи бандыты, дарагой!