Жена для Главы Ковена

Алора Анна

Тася побрела в ванную, и едва открыв дверь. В голове у девушки не было ни единой мысли. Ни единой разумной, и ни единой не разумной.

Хотя могли бы и появиться.

Но хорошо о всяких необычностях читать в книжках, а вот когда совершенно небывалое случается в твоей жизни, тут почему-то все по-другому.

Нет никаких мыслей. Только ощущения. Только страхи, выползающие из глубин, грозящие затопить тебя, снести рекой паники.

Впрочем, не дремлют и включаются защитные механизмы, не дающие обилию чувств

пойти в разнос.

И девушка просто выключилась, бессознательно отстранилась от происходящего, снимая, как сомнамбула, промокшую почти насквозь ночную рубашку. Автоматическим движением руки включила душ. Упругие струйки теплой, насыщенной местными минералами, пузырящейся воды, пролились благодатным дождем на упругую Тасину кожу.

Вода лилась и лилась. Тася стояла, запрокинула голову, ловя ее ртом, и медленно приходила в себя. Пить хотелось страшно. Вода оказалась мягкой, приятной на вкус, чуть щекочущей и с небольшой кислинкой. Нарзан, да и только. Наконец она согрелась, расслабилась и перестала дрожать.

Провела руками по волосам, желая промыть их, как следует, и тут заметила одну странность.

Ее волосы, от природы прямые и гладкие, хоть и довольно тонкие, но достаточно густые, обычно промывались быстро и легко.

А сейчас…

Сейчас это ведь черт знает что!

Девушка кинулась к зеркалу, которое здесь висело с обратной стороны двери, и, взглянув на себя, обомлела.

Ее волосы… Ее стильное боб-каре…

Волосы стояли дыбом, и на ощупь были жесткие, прямо как проволока.

Мало того, они теперь и напоминали пружинки.

Нет, Тася временами отваживалась на химию, и была у нее знакомая парикмахерша Нелька. Хорошо делала, волос был как живой.

Но тут…

– Боже мой! Да я пугало, чистое пугало… Хоть соломой набивай да в огород ставь… – девушка кинулась обратно в душ, и с удвоенной силой принялась мыть-перемывать волосы, используя все местные средства, которые стояли на полочке в ванной. Брала она не все подряд, одно за другим, а исключительно по наитию. Интуиция, которая была ей присуща от рождения, обычно не подводила. Да, собственно, наверное, как и у всех женщин.

Ведь интуиция, способность почувствовать, понять другого у нас в крови.

А уж их как эти средства пахли… Нет, какое там пахли. Они благоухали!

Но Тасе нашей было не до запахов, и даже сейчас, в эту минуту, не до лорда Кивали Сияющего и его дочери.

Хотя, по большому счету, это не совсем верно. Ведь внешний вид, девочки, так нам важен почему?

Вот не очень-то верила Тася тем, кто уверял, что хочет быть красивой только для себя, родной.

– Все для мужиков. Для них. Да, для лорда, – призналась себе Тася, наконец кончая втирать в волосы пятое по счету средство.

Смыв его под теплой водой, девушка отжала волосы как следует и, замотав голову мягким, приятно

пахнущим свежестью полотенцем, выключила душ.

Очередной раз вылезла из ванной, и скорей к зеркалу. С замиранием сердца, с опаской сняла полотенце с головы, и медленно подняла глаза.

Пока еще закрытые.

– Ой, как страшно открывать-то, мамочка дорогая, – подумала девушка, – но делать нечего, надо.

И Тася открыла глаза.

– А что? Довольно миленько…,- девушку пробил нервный смех, когда она увидела результат своих непомерных усилий.

Волосы теперь не стояли колом, а легко пушились во все стороны, превратив ее голову в некое подобие одуванчика в последние дни его жизни.

Да и цвет волос, как ей показалось, тоже изменился. Он был достаточно темным, но некоторые прядки стали отливать явной рыжиной.

– Странно, как все это странно. Однако все лучше, чем было, – и Тася вышла из ванной.

Ей очень не хотелось, чтобы хоть кто-нибудь, а в особенности этот несносный лорд, увидел, во что превратилась ее прическа.

Был у девушки в жизни случай, когда она покрасила сама волосы недорогой, но качественной, как уверяла продавщица, краской производства то ли Италии, то Франции.

Так там получился этакий зеленоватый цвет, вместо обещанного цвета шоколада.

И здесь нечто похожее.

Девушка тогда повязала голову косынкой, и на следующий день отправилась к Нельке.

Здесь вот нет ни косынки, ни Нельки. Зато есть он. Мужчина ее мечты.

– Ничего, найду что-нибудь. Еще в шкафу надо посмотреть, много ж одежек приносили. И шарфики они носят, вроде бы, – и девушка направилась к шкафу.

Она думала только о том, как скрыть волосы, а вот о случившимся с ней думать не хотела от слова совсем.

Однако задуматься все же пришлось.

Потому что стоило только Тасе выйти из ванной и направиться к шкафу, как ее взгляд споткнулся о четкие, гладкие, словно проплешины, следы босых ног, на некогда пушистом в этих местах ковре, устилавшем всю комнату.

Ее ног.

* * *

А вот лорду Кивали Сияющему, возвращающемуся к себе после бессонной, полной открытий ночи, закончившейся полным его фиаско, не так повезло, как нашей Тасе.

Мало того, что лодыжка побаливала, так еще навстречу лорду попалась вездесущая домоправительница. Сети Лована только что вышла из комнаты девушки, и направлялась на кухню, очередной раз проверить, насколько хорошо выполнены ее распоряжения.

Увидев несколько помятого мужчину, да еще прихрамывающего, она всплеснула руками:

– Сияющая Мать! Сейчас, сейчас я помогу вам, милорд, – и она стала быстро спускаться навстречу лорду. Ну как быстро, настолько, насколько это возможно матроне с весьма достойными формами.