Жена для Главы Ковена
Шрифт:
И Тася, как настоящая женщина, сделала первый шаг. Точнее, шагать ей не пришлось совсем. Она просто, ни о чем не думая, повинуясь неясному томлению своей измученной одиночеством и возникшим чувством души, потянулась губами к щеке мужчины.
Той самой, левой. Обезображенной багровым шрамом с неровными краями.
Нежным поцелуем коснулась уголка его губ.
Кивали Сияющий застонал, и, невзирая на боль
Сейчас он в полной мере ощутил свое уродство, и этот шрам, который его только радовал в последние шесть лет, позволяя держаться подальше от определенного рода дам, желающих не столько его любви, сколько титула леди Сияющей, этот шрам сейчас казался такой помехой.
И сейчас… сейчас лорд не мог поверить в искренность чувств девушки.
Тася посмотрела на него с удивлением и обидой. Ее сердце все еще билось как сумасшедшее, и она ничего не могла понять.
Девушка, своим женским чутьем и интуицией явно чувствовала, да что там, знала наверняка, что привлекает мужчину, и сильно. Это возникшее с первого взгляда притяжение не могло быть наваждением.
Она не могла ошибиться.
Ну нет. Не в этот раз.
Ей и в голову не могло прийти, что мужчину на самом деле так волновал этот несчастный шрам.
– Простите, леди, – хрипло, прерывающимся голосом проговорил Кивали и встал – таки на ноги.
– Позвольте, – он подал руку девушке, желая помочь той подняться.
Лорд закрылся от нахлынувших на него чувств, спрятался за дежурными фразами.
Тася со злостью, которой никак не ожидала от себя, отдернула руку, и встала сама.
Она вызывающе посмотрела мужчине в глаза, дежурно улыбнулась, не желая показывать всю глубину боли и обиды, которые клокотали в ее душе.
И, не оборачиваясь, гордо подняв голову, пошла прямо по разбросанным цветам, обеими руками придерживая развевающийся подол ночнушки,
По ее щекам текли слезы. Девушке было обидно и горько, очень горько.
Маг. Вот тебе и маг.
Мужчина ее мечты прямо здесь, и прямо сейчас пренебрег ею.
Кивали Сияющий смотрел ей вслед, и чувствовал себя полным невеждой, да что там, полным дураком. Он неплохо разбирался в женщинах, по крайней мере, думал, что неплохо. Злость и обиду Таси он почувствовал как свою, настолько его душа за считанные дни сроднилась с ее душой.
– Сияющая Мать!.. Да не нужно и такого сродства душ, достаточно простого знания женской природы. Я кретин. Что мне стоило ответить ей, покрыть поцелуями нежное лицо и эти ждущие, чувственные губки, похожие на распускающийся бутон аниолы?!
Разве не этого я желал больше всего на свете?!
При этом воспоминании адреналин мощной волной прошел по всему телу лорда, заставляя сердце громко стучать и вызывая прилив крови как раз к тем местам, которые очень бы пригодились, стоило ему повести себя иначе.
Он не понимал
Он, маг Огня, да не просто маг, а Маг первой ступени, дернулся от одного невинного поцелуя?
Только от того, что нежные губы этой девушки, вызывающей у него желание каждый раз, стоило только ему увидеть ее темные короткие волосы, почувствовать ее запах, запах меда и знойного лета, пришелся как раз туда, откуда шел памятный шрам?
Мужчина страдал. Лорд удивлялся себе. Почему его никогда не волновал это шрам, когда другие дамы добивались его внимания, оказываясь в его постели? Мужская природа брала свое, и периодически он оказывал требуемое внимание самым настойчивым.
Но Кивали всегда если не видел, то чувствовал, как они опускали глаза, когда их взгляд падал на шрам. Тогда это его не волновало. Он получал от женщин то, что хотел. Они с радостью отдавали себя в его объятия, в его власть. Надеясь, конечно, на большее.
Однако за все шесть лет никому не удалось этого “большего” добиться.
Стать леди Сияющей.
Неужели Тасе этот шрам не противен, он ее не отталкивает? Возможно, иномирянке тоже очень хотелось стать леди Сияющей, и все дело именно в этом…
Возможно.
Но нет, сердце говорило о другом. Оно, столько лет покрытое ледяным панцирем, таяло только от одного воспоминания об этой хрупкой, но такой решительной девушке.
Она была так близко, она сама потянулась к нему. Он ощущал ее трепещущие губы и робкий поцелуй, который, казалось, горел на его щеке.
Мужчина коснулся уголка своих губ, и застонал как раненный зверь.
Он стоял и смотрел окаменевшим взором на разбросанные аниолы. Такие нежные, такие душистые и полные когда-то жизни. Как он мечтал положить их на подоконник девушке, укравшей ее сердце.
Как он мечтал бросить их к ее ногам.
Ну что ж, бросил. Лорд горько усмехнулся и двинулся, слегка подволакивая ногу.
Дошел до того места, где цветы лежали неровной горкой, и стал обеими ногами, невзирая на боль в левом голеностопе, с недюжинной силой топтать бедные растения, пока от них не осталась небольшая кучка растерзанной зелени.
Выпустив пар, несчастный лорд Кивали Сияющий, глава магического Ковена, гроза магов всего герцогства Лонельского, повесив голову, побрел, прихрамывая ко входу в родной дом.
На душе было мерзко. Как кошки нагадили, сказала бы Тася.
Тася, размазывая слезы по щекам прямо рукой, вбежала в здание, и как разъяренная тигрица бросилась по лестнице на второй этаж. Ее босые ноги шлепали по гулким ступеням, которые еще не успели застелить ковровой дорожкой.