Желание
Шрифт:
мы имеем дело.
– Конечно, - без колебаний сказала Линь И.
– Это может быть опасно, - сказала доктор Натарай. – Я бы не просила, если бы был
другой выход. Но я месяцами пыталась всего добиться честно, встречалась с теми, кто не
хотел меня слушать, и я добилась лишь нежелательного внимания преследователя и
покушений на жизнь, - хоть она говорила мягко, в ее словах был пыл.
– Они играют не по правилам… - сказал Арун.
– Так зачем нам
– Не переживайте, тетя. Мы рады помочь, - сказала Линь И. – Я начну немедленно. И,
Виктор, поищи что-нибудь полезное в своих источниках.
– Все для вас, тетя, - ответил Виктор.
Доктор Натарай протянула руку, и Виктор обхватил ее ладонь в редком проявлении
искренних эмоций. Обычно, если Вик и говорил, то с насмешкой, преувеличением или
сарказмом. Но не в этот раз. Он был готов найти виновника и выбить из него дурь. Я был
готов присоединиться к нему.
– Мы разберемся с этим, мам, - сказал Арун. – Мы быстро получим ответы.
• • •
Серый густой туман окутывал Тайпей. Я шагал бодро, руки были в карманах черной
джинсовой куртки. Рукава были слишком короткими, заканчивались в паре дюймов до
моих запястий, а ткань была такой застиранной, что стала темно-серой. Но это была моя
единственная куртка, и ее мне дала мама. Тогда она была велика, мама рассмеялась, когда
я примерил куртку: рукава доставали до кончиков пальцев. Мама смогла купить ее
дешевле.
– Ты дорастешь до нее, - сказала она и коснулась моей щеки.
Она так и не увидела меня в этой куртке. Она простыла, и простуда стала
пневмонией. Мы не могли позволить больницу или лекарства, что могли бы спасти ей
жизнь. В тринадцать я смотрел, как она умирает.
Я поежился и плотнее укутался в куртку.
«Встретимся в кабинете мамы, - написал мне Арун час назад. – Я переживаю за нее».
Арун был из семьи выдающихся ученых, и доктор Натарай поддерживала его
пытливый ум с момента, когда он смог задавать научные вопросы. В восемнадцать он уже
почти стал доктором по вирусологии в университете. Арун был гением. Он мыслил
логически и никогда не переживал без причины.
Я зашагал быстрее.
Студенты на мотоциклах появлялись, словно призраки, из тумана газов. Я много раз
ходил по этой дороге, обрамленной пальмами, чтобы встретиться с Аруном. Мы были
друзьями с тех пор, как я встретил его в своем любимом киберкафе четыре года назад, он
в тайне играл после школы. Огромная библиотека университета была в конце этой
широкой дороги, но, как и пальмы, я ее не видел. Я мог с таким же успехом идти по
пустыне,
Как и все, я носил на лице маску. Но это не защищало глаза от жжения, в них словно
бросали песок, каждый сдавленный вдох был на вкус как пепел и пыль. Горло было
раздражено, его жгло. Воздух был неподвижным. Грязь никуда не девалась.
Я бежал во мгле к месту встречи, к зданию доктора Натарай. В последний миг я
избежал столкновения с мотоциклом девушки с двумя длинными косами. Она удивленно
вскрикнула, темные глаза расширились над ее ярко-розовой маской, звук был резким и
неуместным, а потом она пропала из виду. Мы были глубоко на территории университета,
шум дорог Тайпея был лишь тихим гулом вдали.
Мои черные ботинки погрязали во влажной траве, а потом оказались на бетоне,
высокие арки здания появились передо мной, прямоугольные длинные и одинаковые окна
над ними горели, как пустые глаза. Я тут же заметил ярко-рыжие волосы Аруна и широко
улыбнулся, пока не увидел панику на его лице. Он бросился ко мне и схватил за руку.
Что-то точно было не так.
– Я так и не смог связаться с мамой, - сказал Арун, пока тащил меня за собой, мы
бежали к зданию. – Со вчерашнего вечера. Я пришел домой из лаборатории вчера поздно,
не увидел ее утром. Она всегда отвечает на мои сообщения.
Мы помчались по фойе, арки вели в разные коридоры. Наши шаги отражались эхом
по просторному помещению. Арун прижал ладонь к сканеру на стеклянном барьере и
потащил меня дальше, когда дверь открылась.
Мы шагали через две каменные ступеньки сразу. Длинные коридоры этим вечером
были пустыми. Многие уже ушли из-за завтрашнего фестиваля Цинмин, им нужно было
добраться до могил родственников, чтобы провести ежегодную уборку. Воздух был
спертым в душном здании, а со зловещей тишиной место казалось заброшенным. Мы
остановились перед кабинетом доктора Натарай. Деревянная дверь была заперта, Арун
постучал в нее.
– Ее дверь никогда не закрыта, тем более, не заперта, - сказал Арун. – А экран
внутри, судя по звуку, включен.
Мы переглянулись, волоски на моих руках встали дыбом.
– Мам? – крикнул Арун и толкнул дверь плечом. Она громко загрохотала, звук
разносился эхом по пустому коридору. – Помоги, - попросил он.
Мы досчитали до трех и бросились на дверь. Арун был коренастым, а я худым, но у
нас было немного мышц. Дверь выглядела старой, была изначально здесь, она недовольно