Жажда любви
Шрифт:
«Да», «нет», отрывистые фразы, односложные ответы — все это было так нереально!
Она направилась к двери, но Жюльен снова загородил ей дорогу.
— Нет, нет, раз уж вы пришли, я не отпущу вас так скоро!
Он смеялся и не выпускал ее руку.
— Несомненно, все это какое-то чертовское недоразумение, новые штучки моего старого хрыча-папаши! Но почему бы нам не воспользоваться приятной минутой, которую дарит нам случай? Вы чертовски хорошо сделали, что приехали ко мне.
Самодовольный, наглый смех не прекращался.
Саре хотелось кричать,
Она пришла сюда — после всего того, что было, после целого года страданий — в надежде встретить человека, ради которого она вынесла все эти страдания и мысль о котором только и поддерживала в ней бодрость духа, и вот перед ней кто-то совершенно чужой, с другим выражением лица и изменившимся голосом.
Она бессильно опустилась на шелковые подушки дивана. Жюльен придвинулся к ней ближе, обнял ее и поцеловал в маленькую нежную ямочку на шее под отворотами тяжелого манто.
Его голова склонилась к ней на грудь, как много раз склонялась в далеком прошлом.
— Нас нет, мы умерли, — беззвучно прошептала Сара, — все это сон, Жюльен.
Он повернул к ней свое возбужденное покрасневшее лицо.
— Нет, — запротестовал он, — не похоже на сон, дорогая! И я живой, и вы живая! Разве вы не чувствуете моей близости?
Он прижался к ней еще крепче.
— Я не знаю, зачем вы здесь, но вы здесь, и с меня этого довольно. Было время, когда я проклинал тот час, когда встретился с вами. Теперь я его больше не проклинаю, — он хрипло засмеялся, — хотя многое и изменилось с тех пор. Я оказался не тем, за кого вы меня считали, вы — не такой, какой я представлял вас себе. Значит, мы квиты. Когда я увидел вас в первый раз, у меня были очень превратные представления о женщинах; с тех пор я многому научился, особенно здесь, в экзотической атмосфере Африки, где так легко разобраться в женщинах тому, кто им нравится.
Он прижался щекой к ее щеке; от него сильно пахло вином.
— Красавица, — прошептал он, — я не встречал подобной вам...
Сара отпрянула назад, как от удара; его низкое поведение давало ей силы уйти; она высвободилась из его объятий и стояла теперь перед ним оскорбленная, с разбитым сердцем, но в полном самообладании.
Жюльен повалился на кушетку; его глаза были полузакрыты, глупая и вместе с тем злая улыбка застыла на его губах.
— Я не встречал подобной вам женщины... — снова забормотал он, и при звуке этого голоса, дрожавшего от чувственного возбуждения, Сару охватил прилив такого бешенства, на которое редко бывают способны люди ее характера.
— А я никогда не встречала мужчины, который пал бы так низко, как вы, — прошептала она, — никогда, слышите? И только подумать, что из-за вас погиб Шарль Кэртон, а я год высидела в тюрьме, из-за вас, из-за такого человека...
Она беззвучно засмеялась, страдая от этого смеха и смеясь только для того, чтобы не разрыдаться.
Спешить на это свидание, после всего того, что было, после всех мучений и горя, спешить в объятия своего возлюбленного —
Она чувствовала себя оскорбленной до глубины души.
Как жаждала она прикосновения этих властных сильных рук, опора которых казалась ей спасением от всех бед, верной защитой от превратностей судьбы...
И вот теперь он держал ее в своих объятиях, и она не испытывала ничего, кроме гнева, недоверия и отчаяния.
Эти губы, которые некогда прижимались к ее губам, которые шептали ей дивные слова любви, которым она разрешала прикасаться к своей шее в том интимном поцелуе, который освещается только, только истинной любовью, возвышающей даже страсть, эти губы только что нанесли ей своим поцелуем неизгладимое оскорбление. Она машинально поднесла руку к шее, словно хотела стереть следы этого поцелуя.
Жюльен следил за ней с недовольным видом.
Он не успел напиться как следует к моменту прихода Сары; потрясение, которое вызвало в его душе ее появление, временно отрезвило его, но теперь, находясь под гипнозом ее красоты, он внезапно перешел от игривого к опасному чувственному возбуждению.
Они померились взглядами, как враги: она — неподвижно застыв на своем месте, он — полулежа на мягких подушках, она — с чувством горечи и унижения, он — с хладнокровной решительностью дикаря, который не желает выпускать из рук добычи.
Как только она направилась к выходу, он вскочил на ноги и с легкостью, которую трудно был ожидать от такого отяжелевшего человека, преградил ей дорогу.
— Вы пришли ко мне, потому что вам этого захотелось, — хрипло сказал он, — теперь останетесь, потому что этого хочется мне.
Сара посмотрела на него и не узнала его; его глаза дико блуждали, он нелепо размахивал руками, а на губах была все та же отвратительная, злая усмешка.
Сарой снова овладело бешенство, от которого она чуть не задохнулась.
— Что вы за человек, во что вы превратились? — крикнула она ему в лицо. — Вы позволяете себе так обращаться со мной, вы...
Жюльен изумлено взглянул на нее, высоко подняв свои темные брови, которые казались еще темнее по сравнению с его белокурыми волосами, и пожал плечами с видом человека, который ничего не понимает.
— Разве я обращаюсь с вами не так, как вы бы этого хотели? Неужели? — сказал он небрежно. — Вы сами разыскали меня, — я не искал ничего, кроме свободы, — вы явились! Так почему же мне не... как вы думаете... почему бы мне не...
Он грубо схватил ее за руку.
— Зачем вы дурачите меня, Сюзетт, зачем мы понапрасну тратили время на сантименты? Очевидно, я вам нравлюсь, иначе вы бы не пришли, а когда я думаю о прошлом, то говорю себе, что вы дивно умели играть в любовь и со мной и с Кэртоном. Кэртон сошел с дороги. Если вам не приелись старые мотивы, то свобода здешних нравов будет нам благоприятствовать в этом отношении. Что вы об этом думаете?
Он снова засмеялся.
— Да, черт возьми, вы, вероятно, заметили Лулу? Не беспокойтесь, я вышвырну ее в одну минуту, если только...