Жандарм 5
Шрифт:
— Первым делом, господин, вам необходимо к стряпчему, — стал он рассказывать мне процедуру вступления в наследство. — Чтобы все оформить по закону. И чем скорее, тем лучшее. Сегодня или завтра было бы идеальным решением. Увы, некоторые документы мне просто недоступны, и их вы сможете получить лишь после официального вступления в наследство. К тому же часть документов хранится в сейфе, запечатанном на кровь вашего рода. Получив доступ ко всему, уже можно будет более полно ознакомиться с делами рода. Сейчас все, что я могу вам рассказать — это о делах поместья и паре деревень, которые принадлежат
— Тогда так и сделаем, — кивнул я мужчине, поблагодарив за совет.
Вечером я снова собрал всю семерку алеутов, на этот раз в кабинете деда. Правда пора привыкать называть его своим.
— Итак, — начал я, — вы недавно били себя пяткой в грудь, как вы хотите меня охранять. Тогда начнем с главного — зачем вообще аристократам охрана. Основная задача безусловно — защищать. Но есть несколько ключевых «но», из-за которых вы в ближайшее время рядом со мной ходить не будете.
Переждав пару минут, пока парни возмущенно поперешептывались, я поднял руку, призывая их к молчанию.
— Первое «но» — наличие охраны у аристократа говорит о том, что он боится за свою жизнь. И вот ответьте мне: почему я должен бояться за свою жизнь, если мой род ни с кем не воюет, покушений на меня не было, и никто мне открыто ничем не угрожал?
Молчание мне было ответом.
— Вот и я том же. И ваше присутствие рядом со мной будет воспринято нашим обществом, как трусость. Причин таскать охрану у меня сейчас нет, а вы — вот они. Репутация и моя лично и моего рода упадет. Вы этого хотите? Печетесь о собственной чести, а сами стремитесь покрыть меня позором?
Парни потупились.
— Второе «но». Есть места и события, куда аристократы все-таки ходят с охраной. Но не для защиты себя и своей жизни, а для показа своего статуса. И в этом случае охрана — это «лицо» аристократа и его рода. Смотрят на все: внешний вид, поведение, манеры. Ну и конечно умение защищать и беспрекословно подчиняться. И? Вы можете похвастаться хоть чем-то из выше перечисленного?
Снова молчание.
— Потому с этого момента вы сидите здесь и учитесь! — жестко припечатал я. — Языку, этикету, одежду еще вам прикуплю — будете учиться ее носить, — парни удивленно вскинулись. — И не смотрите на меня так. Тот же пиджак с брюками тоже носить надо уметь. Особенно охране, у которой с собой обязано быть оружие. Причем оружие скрытного ношения, а сам охранник должен быть способен его быстро выхватить, а не только стрелять метко. Короче, я все сказал. Куда бы я в этом городе не пошел, с собой я вас брать не буду. Это понятно?
— Да, Григорий Мстиславович, — вразнобой понуро ответили мне парни.
— Надеюсь на это.
— А учить вы нас когда будете? — робко спросил Феофан. — Ну… умению охранять. Вы обещали.
— По вечерам, как время будет свободное, — буркнул я. — Но не сегодня.
На следующий день я по совету Василия Павловича отправился к стряпчему. Адрес стряпчего, с которым работал мой дед, дал мне управляющий, так что с собой мне кроме паспорта ничего не нужно было брать. Все бумаги были подготовлены заранее Евдокимом Панкратьевичем. Так звали пожилого мужчину с круглыми очками.
— Ну-с, Григорий Мстиславович, — подслеповато щурясь, протянул он мне папку с документами. — Ознакомьтесь
В папке были документы на землю, принадлежащую нашему роду, банковские счета и документы на недвижимость. Оказалось, что кроме двух деревень роду принадлежат два доходных дома в Твери. Сколько денег на счетах указано не было — с этим надо идти в банк.
Подписав расписку о получении и официальном вступлении в право наследования, я уже хотел уходить, но старик остановил меня своим скрипучим голосом.
— Если позволите, молодой человек, дам вам совет.
— Какой? — я сел обратно на стул перед стряпчим.
— Посетите ближайшее дворянское собрание. Представьтесь обществу. Конечно, если вы этого не сделаете, никто сомневаться в вашем праве не будет, но вот работать с другими дворянами вам станет сложнее. Посчитают неуважением. А связи… — протянул старик и покашлял. — Связи решают. Да. Без них в этой жизни далеко не уйдешь и не заберешься.
— Благодарю, — кивнул я Евдокиму Панкратьевичу и все же встал со стула. — Пожалуй, воспользуюсь вашим советом.
Забрав папку, я сходил до банка, где получил выписку по счетам, и после вернулся в поместье. А уже там пошел в кабинет, по пути вызвав управляющего. Теперь можно уже подробно все изучить и подумать, что мне делать с доставшимся наследием деда.
— Слушаю, господин, — с полупоклоном зашел Василий Павлович.
— Присаживайся. Будем сейчас с тобой смотреть, как нам дальше жить, — неловко пошутил я.
Попутно я еще и в сейф залез, который был вмонтирован в ящик стола. Достал и оттуда документы. И обложившись бумагами, мы с мужчиной принялись подробно изучать все имущество рода Бологовских. Особое внимание я уделял доходам и расходам, прикидывая тут же, что можно было бы «улучшить» в первой статье и как сократить вторую.
В итоге вырисовалась не слишком оптимистичная, но и не совсем мрачная картина. Особо порадовали банковские счета — почти сто пятьдесят тысяч! Однако вникнув, понял, что не все так радужно, как показалось на первый взгляд. Примерно половина денег, что там лежала, получена от реализации сельхозпродуктов, которые по осени сдали в качестве налога крестьяне с моих деревень. То есть это разовый годовой доход. В остальное время деревни налогов не платят. И с этого дохода потом весь год оплачивается зарплата слуг, налог на землю, да учеба той же Кати.
Еще половина суммы накопилась за несколько лет от выплат деду его пенсиона. То есть новых поступлений уже не будет. На что копил старик, не знаю, но сумма только кажется большой. По факту — в Москве эскортницы столько за три месяца зарабатывают. Естественно я элитных имею в виду.
Доходные дома приносили и вовсе сущие копейки по меркам аристократов. Чуть больше двухсот рублей в месяц с каждого дома. А все потому, что они были для малоимущих. Да и Василий Павлович поведал, что оба дома уже требуют ремонта и более менее обеспеченные рабочие переселяются к нашим конкурентам. Тверь — город маленький, тут за каждого квартиранта биться надо. К тому же как я понял деньги с доходных домов тут же тратятся — на одежду, машину, да докупку провизии. Часть-то конечно идет от крестьян, но многое надо покупать на стороне.