Жандарм 5
Шрифт:
В итоге жилье для них я нашел. В трех кварталах от моей квартиры был доходный дом для малоимущих. Вот там и снял для них секцию в три комнаты. Столоваться будут здесь же — на первом этаже хозяин доходного дома организовал дешевую столовую.
Решив этот вопрос, отправил парней обратно в гостиницу за их вещами, а сам вернулся к себе. Время было уже позднее, пора бы и отдохнуть.
С порога меня встретил умопомрачительный запах блинов. Зайдя на кухню, увидел Глафиру Матвеевну, уже почти напекшую целую стопку этой вкуснейшей выпечки. На столе стояла баночка с
— А я вот побаловать вас решила, — улыбнулась женщина. — В честь приезда.
— Спасибо, не откажусь, — потер я руки.
И тут же схватил один блин и щедро зацепил им сметаны. Пока наслаждался домашней выпечкой, пришла Ольга. Глафира Матвеевна и ее за стол усадила, а сама вскоре закончила с готовкой и стала мыть посуду, поглядывая на нас.
— Эх, красивая вы пара, — не выдержала женщина и умильно улыбнулась.
Я чуть не поперхнулся, а Оля покраснела. Только сейчас вспомнил, что с девушкой мы договорились только о чисто деловых отношениях. Да и еще до поездки к императору у нас был «прощальный» секс. А вчера сорвались оба. И вот как мне сейчас с ней отношения выстраивать? Лида от меня отвернулась, да и я решил, что «умерла, так умерла». Действительно с Олей начать «серьезные отношения»? Как-то это не очень красиво по отношению к девушке. Да и мало ли, как дальше сложится. Нет уж. Спешить в этом вопросе нельзя. Потому на высказывание Глафиры Матвеевны я промолчал. Кстати, Оля тоже.
Да и когда женщина ушла, оставив нас одних, спешить в кровать мы не стали. И даже как-то неловко было поначалу. Но затем Оля начала говорить, с кем из знакомых репетиторов сумела связаться, сколько те за свои услуги запросили… Я рассказал ей, где теперь будут жить парни, да какую сумму выделили их родные на учебу… Слово за слово и сначала прошла неловкость, а затем мы снова оказались в кровати.
Утром по молчаливому согласию мы решили не поднимать тему наших отношений. Пусть пока все идет «само по себе». А там уж посмотрим, как сложится.
Мальчишки из школы должны вернуться только завтра. У них там пансион — с понедельника по пятницу не только учатся, но и живут на территории школы. Лишь на выходные домой возвращаются. Такая уж практика в этом времени. Я же без дела сидеть не привык и довольно быстро нашел себе занятие. В Москве я не был давно, и было бы неплохо узнать обстановку, если уж я твердо намерен здесь остаться. А для этого нужно не просто по улицам походить, а желательно с народом пообщаться. Тем более у меня есть здесь три «агента». Вот и проверю их. Живы ли, не переехали ли куда.
До вокзала добирался пешком. Опять для той же цели — получше узнать, как изменился город. Смотрел на людей по пути, прислушивался к обрывкам разговоров, пару местных газет взял да прочитал по диагонали. Вроде все как обычно, но все же изменения были. Новый начальник жандармерии начал «закручивать гайки». Несколько статей в газетах нашел о том, что были обнаружены подпольные типографии запрещенных партий, а их работники арестованы. Несколько уже и приговор получили, кто-то каторгу, а кто-то и ссылку в Сибирь все же среди них
Даже посетители дорогих ресторанов — любители прожигать жизнь — и те изменились. Только в другую сторону — пока проходил мимо ресторанов, народу возле них и дорогих карет вроде как больше стало, чем я раньше видел. При этом никакого праздника сегодня не наблюдалось. Или пятница — сама по себе праздник? Черт, даже и не поймешь, надумываю я себе, или и правда все так.
Вот что не изменилось — так это вокзал. Все такие же толпы народа, суета, выкрики грузчиков, да зазывной крик извозчиков.
Походил по привокзальной площади, но знакомых лиц не заметил. Пришлось двигать в сторону работного дома, да там спрашивать: живет ли и работает здесь моя троица «агентов» или уже нет. Но обошлось — мужики никуда не делись, просто сейчас у них рабочий день еще. На фабрике они.
Уточнил, когда примерно они придут, попросил передать за мелкую монету, что есть у меня для них прибыльная работенка, и назвал адрес, где меня искать, да отправился домой. Ну не здесь же мне их ждать. Дома же размялся с подаренной губернатором шашкой. Нечего ей на стене висеть пылиться.
Мои «агенты» пришли только к восьмому часу вечера. И то не все, лишь Василий с Сергеем.
— Здравствуйте, Григорий Мстиславович, — приветливо заулыбался здоровяк, мня шапку в руках от неловкости.
— И тебе здравствовать, Василий. Проходите, — кивнул я им внутрь квартиры.
Сергей лишь пробурчал «здравствуйте», а сам он был мрачен.
— Где Акинфея потеряли? — спросил я их, когда мы прошли в мой кабинет и я сел за стол.
— В церкви он, — буркнул Сергей.
— Ты чего такой хмурый?
— Невеста ждет.
Было видно, что это отговорка. Причем настолько, что я не постеснялся надавить на него и заставил выложить истинную причину, почему он пришел. Ведь не хотел — по лицу видно.
— За вами должок, — все же «раскололся» парень и посмотрел исподлобья.
И ведь точно стервец про деньги говорит! Но где и когда я успел ему задолжать? Тот увидел, что я не помню, и обреченно махнул рукой, разворачиваясь к выходу.
— Так и знал, что аристократам веры нет. И на что надеялся?
— А ну стоять! — прихлопнул я ладонью по столу.
Сергей нехотя повернулся обратно. А я все же вспомнил, на что он намекает.
— Подойди. Держи, — протянул я ему пять рублей.
Тот их забрал, но при этом смотрел мне в глаза, словно ждал чего-то.
— Думаешь, что я не помню, за что именно отдаю эти деньги? — хмыкнул я.
Тот осторожно кивнул.
— Зря. Лев Моисеевич.
Всего лишь имя назвал, зато лицо Сергея тут же разгладилось. Это ведь он меня с евреем свел, который мне артефакт защитный продал. Если бы не этот артефакт, быть мне уже мертвым — ту аварию в поезде я бы не пережил. А я парню за то знакомство как раз и обещал отблагодарить. Да дела тогда так закрутились, что забыл напрочь.