Жаклин
Шрифт:
Утром 7 августа она повезла детей покататься верхом на лошадях в Остервилль, находящийся на расстоянии нескольких миль от Хианнис Порт. Вернувшись домой, она почувствовала, что у нее начинаются родовые схватки, и вызвала врача, Джона Уолша, который проводил отпуск поблизости. Он вызвал вертолет и сообщил в военный госпиталь базы военно-воздушных сил в Отисе, что миссис Кеннеди немедленно прибудет туда. Это были преждевременные роды.
«Доктор Уолш, вы должны вовремя доставить меня в госпиталь, — умоляла его Джекки. — Поторопитесь, пожалуйста! Я не хочу, чтобы с ребенком что-то случилось. Этот ребенок
Когда Джекки поместили в открытый автомобиль, личный врач президента появился в дверях. «Миссис Кеннеди, вы хотите, чтобы я позвонил президенту?» — спросил доктор Дженет Трэвел.
«Нет, — крикнула Джекки из автомобиля. — Не звоните ему».
Как только машина скрылась из виду, доктор Трэвел позвонил в Белый дом и сообщил президенту, что его жена находится на пути в военный госпиталь.
В 12 часов 52 минуты, через час после того как Джекки сделали кесарево сечение, в госпитале было объявлено, что миссис Джон Ф. Кеннеди родила мальчика весом в четыре фунта. Мальчик, который родился на пять недель раньше срока, был окрещен и получил имя Патрик Бувье Кеннеди в честь своего деда — Черного Джека Бувье.
Когда прибыл президент, ему сообщили, что его жена уже практически оправилась после родов, но у ребенка проблемы с дыханием. Он немедленно посоветовался с врачами, которые порекомендовали перевести младенца в детскую больницу Бостона, где имелось специальное оборудование для лечения респираторных заболеваний, которые часто встречаются у недоношенных детей. Проведя несколько минут с Джекки, он вновь обратился к врачам. Позднее он с гордостью нес ребенка на руках в отдельную палату миссис Кеннеди. В тот же вечер он сопровождал, младенца в скорой помощи, которая везла его в Бостон. На следующий день он четыре раза посещал госпиталь, чтобы справиться о здоровье сына. В ту ночь он спал на свободной койке возле Патрика. Младенец не перенес нагрузку на сердце, впал в кому и умер на следующий день.
Президент был безутешен. «Он отчаянно боролся за жизнь, — сказал он дрожащим голосом. Это был красивый мальчик». Затем удрученный отец расплакался. «По-видимому, этот человек, который редко проявлял эмоции, действительно очень страдал», — заметил кардинал Кушинг.
Совершив полет на базу в Отисе, президент сообщил печальную новость своей жене, обнял ее и разрыдался. «О, Джек, о, Джек, — рыдала она. — Я не перенесу этого, если потеряю тебя».
«Я знаю, знаю», — шептал он.
«Я впервые видела его плачущим, — говорила она позднее подруге. — Он был безутешен. Я думаю, Джек перенес потерю даже хуже, чем я. Хотя он никогда не говорил мне об этом, я знаю, что он хотел второго мальчика».
В тот же день президент привез в госпиталь Каролину повидаться с матерью. Пятилетняя девочка с косичками была одета в теннисные туфельки и держала в руках букет цветов. Джекки обняла свою первую дочку и осыпала ее поцелуями. Она умоляла мужа, чтобы он привез и маленького Джона.
Вечером на вертолетах прибыли Джейнет и Хью Очинклоссы, а также их дети, Джанет и Джэми. Ли Радзивилл прервала свой отдых в Греции и прилетела в Массачусетс, чтобы быть рядом с сестрой. Вместе они полетели в Бостон на похоронную мессу, которую служил кардинал Кушинг, появившийся не в черном, а в белом облачении.
Джекки
«Дорогой Джек, пойдемте, — сказал кардинал Кушинг. — Тут уж ничего не поделаешь».
В расстройстве чувств президент полетел в Кейп, чтобы утешить жену. Джекки оставалась в постели в течение семи дней, а затем до конца лета отдыхала в Хианнис Порт. Покидая госпиталь, она поблагодарила сестер. «Вы были так добры ко мне. Я обязательно приеду сюда через год рожать следующего ребенка. Так что будьте готовы».
Впервые за всю свою жизнь президент стоял возле жены, с любовью держа ее за руку. А потом повел к автомобилю.
Глава четырнадцатая
«Джекки так страдает, — говорил президент. — Она очень хотела иметь еще одного ребенка. Мы так радовались, когда родились Каролина и маленький Джон. Было бы неплохо иметь еще одного сына».
Боясь, что жена впадет в депрессию, Кеннеди старался прилетать в Кейп каждый уик-энд после смерти Патрика. И все-таки он находил время для других женщин. 24-го сентября он начал путешествие по стране и взял с собой Мэри Мейер. Они отправились в Милфорд, штат Пенсильвания. Эта поездка имела целью приобретение правительством особняка, принадлежащего кузену Мэри, сыну покойного губернатора. «Вообще-то присутствия президента там не требовалось», — признает Бен Брэдли, близкий родственник миссис Мейер. Но Кеннеди не мог побороть в себе искушение навестить Рут Пинчет, мать своей любовницы, и попозировать перед фотографами.
За несколько дней до этого он отметил десятую годовщину своего брака с Джекки на Хаммерсмит-Фарм в Ньюпорте, Род-Айленд. Там Джекки вручила мужу золотую медаль св. Кристофора вместо той, которую он положил в гробик сына. Она также подарила ему альбом в кожаном переплете, тисненном золотом, с изображением розового сада у Белого дома.
В первую же весну своего пребывания в Белом доме президент попросил Банни Меллона, садовода, развести небольшой сад, который будет цвести все лето, под окнами своего кабинета.
«Это был совершенно ужасный участок до того, как Банни занялся им, — вспоминает Джекки. — Теперь это просто чудесный сад… Его красота поражает даже бездушных журналистов, которые вечно трутся у Белого дома».
Кеннеди вручил жене письмо от Дж. Дж. Клаймена, нью-йоркского дилера по антиквариату, со списком имеющихся в наличии произведений искусства, описанием и ценой каждого из них. Ни одно из произведений искусства в этом списке не стоило меньше тысячи долларов. Кеннеди сказал жене, что она может выбрать себе любое из них к юбилею. Внимание Джекки привлекли рисунки Дега, гравюры Фрагонара, языческих времен статуэтки и этрусские произведения искусства. В конце концов, она выбрала браслет в форме свернувшейся в кольцо змеи.