Зеркало любви
Шрифт:
Вот чего Малена никогда не видела на лице Антона, так это смущения.
– Ваш кофе.
– Малена, присядь пожалуйста.
Антон взял чашку с кофе, отпил глоток и закатил глаза.
– Чудесный кофе. Ты замечательная секретарша.
– Спасибо.
Главное - не слова, а интонация. Ровная, безжизненная, абсолютно безразличная.
– Малена...
– Антон встал из-за стола, прошелся по кабинету.
– Я... короче, в субботу, так получилось. Случайно.
– Я все понимаю, - тем же безжизненным тоном подтвердила герцогесса.
–
– Да. Девочки хотели поехать за покупками, а то, что мы встретились...
- Врет, как падла!
– Вознегодовала Матильда, по счастью, только для сестры. Но и Малена не собиралась спорить.
- И бездарно врет. Просто фу.
– Лоран - и тот лучше работает.
– Мне жаль, если я испортил вам романтический вечер.
Малена встала. Да гори оно огнем... что ж это такое? Герцогесса вдохнула, выдохнула, и с максимальной любезностью произнесла.
– Антон Владимирович, не стоит тратить ваше время на извинения. Вы не ощущаете себя виноватым, и ни о чем не жалеете. Давайте вернемся к работе?
Антон запнулся. Вгляделся в лицо девушки.
И вздохнул.
– Вот факс. Отправьте.
Так Малена и поступила.
И работала себе спокойно до вечера, ни о чем не думая. А что?
На работе - о работе, смотри свод правил, которые никто не снимал со стены. И точка. Dixi.*
*- Dixi - я сказал. Латынь, прим. авт.
Жаль только, от хорошего настроения и следа не осталось. И дождь гадкий, и погода хмурая, и вообще... кругом враги! Сожгли родную хату и заложили бомбу под сортир.
Даже звонок от Сергея не добавил радости в жизни.
– Малена, привет.
– Привет.
– Ты завтра будешь?
– Должна. А если дождь?
– Я прогноз погоды посмотрел, вроде не должно быть. О если что - я там знаю один замечательный навес, нас пустят.
– За процент?
– Просто так.
– Тогда точно буду, - согласилась Малена.
– Удачи?
– До встречи.
***
Вечером Антон смотрел в оно, как худенькая фигурка идет к остановке. И как-то на сердце гадко было...
Съездить, что ли, попробовать еще раз извиниться?
Ну правда, повел ведь себя, как поросенок, хотел-то подшутить, а получилось...
Нехорошо получилось.
И документы в голову не лезут, и вообще... неприятно на душе.
Антон махнул рукой, и принялся собираться.
Сейчас он подъедет к дому Малены, и там с ней поговорит. Должна ведь она понять, что ничего плохого он не делал?
Обязана.
***
Джип - это вам не троллейбус, на каждой остановке не стоит по пять минут, а потому Антон оказался рядом с домом Матильды быстрее, чем доехала девушка.
Сидел, ждал.
Видел, как Малена вернулась, как ей что-то сказали, как...
Одним прыжком мужчина вылетел из машины. Даже закрыть ее позабыл. Но в такой злости - не до сигнализации.
***
До
Как-то... неловко это все. Гадко, словно в капустного слизня пальцем въехала. Понятно, что слизняк не виноват, но неприятно ж!
- Ничего, - подбодрила сестренку Матильда, которая не была влюблена, а потому раскисла меньше, - сейчас домой придем, мультики поставим, к примеру 'Аладдина', или 'Красавицу и чудовище', Беську почешем... все образуется. Жизнь, продолжается, сеньора!
- Продолжается.
- О! Придумала! Мы с тобой посмотрим дона Сезара де Базана.
- Это кто?
– против воли заинтересовалась Малена.
– Совершенно потрясающий мужчина. Балбес, правда, но очень большой оптимист.
А что? Михаил Боярский - самое то, что надо от тоски и печали. Или вон, 'Собаку на сене' покрутим, чтобы сестренке жизнь тоской не казалась. Тоже отличная таблетка от депрессии. Кстати - не потолстеешь и побочных эффектов не будет. Вот.
Так и шли домой сестренки, неспешно беседуя, когда приметили на скамеечке две фигуры.
Одну девушки опознали влет, что одна, что вторая. Петюню, который щеголял загипсованной рукой, спутать с кем-то было сложно. А вот вторая...
Щуплый мужичонка с заметной плешкой и наколками на всех местах был Матильде совершенно незнаком. Но Петюня что-то сказал и 'культурно' ткнул в сторону Матильды банкой с пивом. А что? Не пальцем ведь? Значит все 'кулюторно'.
Мужичонка поднялся со скамейки. Матильда пригляделась. Ну... так себе. Среднестатистический алкаш на лавочке, таких по дворам двенадцать на дюжину, сидят, пивко тянут, семечки щелкают, после напутственной скалки и волшебного пенделя могут даже быть полезны в хозяйстве, но чаще таких держат как знак статуса.
А что?
Не одинокая я, у меня мужик в доме есть! Настоящчий!
А то, что мужик в доме должен не только пиво пить и носки разбрасывать... ну так это дело вторичное. Главное ж - оно есть!
Пусть щупловатое, невидное, подлысоватое и пьяноватое. Счастье.
– Ну, здравствуй, дочка. Пошли, поговорим!
Залюбись по вертикали!
А больше у Матильды и слов не осталось, и фантазии не хватило. Повезло, что управление мигом перехватила Малена, и тут же среагировала.
– А вы, собственно, кто, любезнейший? Представиться не хотите?
– А что - не узнаешь?
– Кого?
– Отца родного!
Произнесено это было так, словно означенный алканавт являлся 'Отцом народа' и плакаты с его лицом были растиражированы на каждом фонарном столбе.
– Нет, не узнаю, - ухмыльнулась Малена.
– Еще вопросы будут?
Папенька прищурился.
– Какие уж тут вопросы. Пошли домой, блондинка...
Вместо блондинки было вставлено другое слово, более употребительное в тюремных кругах, но Малена интерпретировала именно так. А Матильда не стала просвещать герцогессу.