Зеркало любви
Шрифт:
– В реанимации.
– ЧТО?!
– Тут у них томография есть, - путано объяснила Малена, но Давид понял.
– Этаж?
– Третий.
– Жди, я сейчас поднимусь.
И правда поднялся. Не слушая возражений Малены, подошел к врачу, что-то сказал ему, кажется, сунул пару купюр, взял копию протокола и пожал медику руку.
Потом подошел к Малене и ловко подхватил девушку на руки.
– А... э...
– Лежи молча.
Господин Асатиани был зол, как черт. И пока нес Малену по больнице,
И главное - непонятно, почему?
В квартиру Малену тоже занесли на руках, к немалому восторгу соседей.
– Собирайся.
– Что?!
– Что слышала. Бери вещи на первое время, бери кошку, за остальным приедешь завтра.
Малена открыла рот.
– К-как?
И вот тут Давида сорвало.
– КАК!?
– взревел мужчина, нависая над Маленой.
– МОЛЧА!!!
Орал он минут десять, да так, что стекла звенели. И смысл монолога сводился к тому, что одна бестолковая и безответственная сопля слишком склонна переоценивать свои силы. А не случись рядом Антохи? А не поставь он камеру? А сообрази эти двое подонков подстеречь ее где-то подальше от дома, чтобы никто не видел?
И костей не нашли бы.
Избили бы, убили, и поди, разберись...
Робкие возражения, что вообще-то там был и отец Матильды, отмелись с полдороги. Заявлением: 'имэл я таких отцов'. И уточнять подробности у Малены язык не повернулся.
– А...
Давид чуть-чуть успокоился, и присел рядом. Обнимать девушку не стал, но взял ее руку в свои ладони и крепко сжал.
Какие ж у него теплые руки. А вот у Малены стоит понервничать - и пальцы ледяные.
– Малена, ты пока поживешь у меня. И не бойся, приставать не буду. Обещаю.
– Спасибо, - искренне поблагодарила девушка. Давид почему-то поморщился, но промолчал.
– Но отец больше не придет, а так...
– У него нет друзей, знакомых и так далее, которые подстерегут тебя и переломают кости? В лучшем случае?
Малена прикусила губу.
– Есть, наверное.
– Тогда у тебя только один выход. Какое-то время ты живешь со мной. С девушкой Давида Асатиани связываться побоятся.
Малена это отлично понимала. Но все ведь до поры?
– Я же не проживу у тебя всю жизнь?
Давид хмыкнул.
– За это время мы меняем тебе квартиру.
– Эммм...
– Ты еще спорить будешь? Эту продаем, берем другую, в новостройке.
– У меня нет денег, - оборвала Малена.
– Прости, но...
– Малена, мы продаем квартиры по цене шестьдесят тысяч за квадрат, - спокойно оборвал ее Давид.
– Чужим. Как легко догадаться, себестоимость там намного меньше.
Малена догадывалась. Но...
– Хорошо. Напишешь мне долговые расписки на десять лет, и будешь отдавать с зарплаты, как ипотеку. Устроит?
Малена покачала головой.
Не устраивало, но об этом они
Черт, а ведь травма действительно пакостная. Папаша, чтоб тебе пропасть, скотине! Чтоб подохнуть в никотине! С особым цинизмом! Живот болел не на шутку, и двигаться приходилось крайне осторожно.
Давид посмотрел на это дело, цыкнул на девушку и принялся сам потрошить шкафы. Вещи летели в большую, еще бабушкину сумку на колесиках.
Помнутся?
Плевать, потом погладим. Кис, иди сюда, паразитка! Приданое тебе по дороге купим!
Вещи и Малену Давид переправлял в два приема. Сначала вещи, а потом Малену и истошно орущую у нее на руках Беську.
На кошачий вопль и выглянула тетя Варя.
– Это еще что такое?
Давид даже головы не повернул. Не из спеси - на лестнице это просто опасно.
– Малену я забираю, пока поживет у меня.
И эта соседка... Эта предательница! Эта пожилая сводня!!!
– А и правильно. У вас-то я, чай, безопаснее будет?
– Однозначно. За квартирой присмотрите?
– Обязательно.
– Я позвоню. У Малены есть ваш телефон?
– Да.
– Тогда и обговорим все.
Давид запихнул Малену на заднее сиденье джипа и нажал на газ. Машина взревела и рванулась с места.
Беська пищала.
Малена же...
Она не хотела, честно. Но сработала связь девушек, в другом мире наступало утро, и им оставалось лишь надеяться, что Давид не перепугается, когда она отключится у него на заднем сиденье. И не потеряет Беську.
Ладно, отключку списываем на болеутоляющее, которое в больнице вкололи, а вот киска...
С этой мыслью Матильда и закрыла глаза, чтобы открыть их уже в Аллодии.
Мария-Элена Домбрийская.
– Малечка?
– Тильди?
– Как ты себя чувствуешь?
Малена попробовала вздохнуть. Тело повиновалось безукоризненно, живот не болел.
- Нормально.
- И то хлеб, - Матильда выдохнула.
– Значит, мои травмы тебе не передаются.
- А такое бывает?
- И не такое бывает, - со знанием дела ответила Матильда.
– Фантомные боли называется. Это когда ноги, к примеру, нет, а болит. И чешется...
- Жуть. Тильди, прости меня, пожалуйста!
- За что?
– не поняла Матильда.
- Это я виновата, - едва не расплакалась Малена.
– Я твоего отца спровоцировала, я увернуться не успела, я даже не думала... Тильди, прости меня, пожалуйстааааа...
Пришлось Матильде перехватывать контроль, еще им соплей с утра не хватало.
- Малечка, цыц! Ты неправа по всем пунктам!
- Это как?
- А вот так. Я бы ему нахамила сильнее и быстрее - это раз. Увернуться и я бы не успела, били-то всерьез, это два. А то, как ты потом вышла из ситуации - вообще шикарно. Это три.