Зеркальное отражение

Клэнси Том

– Скажите, вы располагаете возможностями передавать видеоизображение?

– Да, через спутник "Зонтик-6", – ответил Орлов.

Худ бросил взгляд на Герберта.

– Сможешь подключить меня к нему?

Казалось, начальника отдела разведки окатили холодной водой из шланга.

– Да ведь он же увидит "бак"! Неужели ты это серьезно?

– Совершенно серьезно.

Выругавшись, Герберт по сотовому телефону связался со своим отделом, развернув свое кресло и прикрыв аппарат своим телом

так, чтобы Орлову ничего не было слышно.

– Генерал, я бы предпочел вести разговор лицом к лицу, – продолжал Худ. – Если нам удастся это устроить, вы ничего не имеете против?

– Я буду только рад, – ответил Орлов. – Наших президентов хватит удар, если они узнают, чем мы сейчас занимаемся.

– Меня самого бьет дрожь, – сказал Худ. – Происходящее не вписывается в рамки нашей обычной работы.

– Вы правы, – согласился Орлов. – Однако и обстоятельства сейчас чрезвычайные.

– Тут вы попали в самую точку, – подтвердил Худ.

Герберт развернулся.

– Технических проблем не будет, – сказал он. – Но я настоятельно призываю тебя...

– Благодарю, – перебил его Худ. – Генерал Орлов...

– Я все слышал, – ответил тот. – Звуковой сигнал у нас очень хороший.

– За кого он нас принимает? – пробормотал Герберт. – За попрошаек, живущих за счет ЦРУ?

– Попросите вашего сотрудника переключиться на двадцать четвертый канал, – продолжал Орлов. – Я имею в виду ваш новейший передатчик со спутниковой антенной модель "Си-би-7".

Улыбнувшись, Худ посмотрел на Герберта, однако тот не разделил его веселье.

– И спросите у него, – пробурчал Герберт, – продолжают ли российские космонавты мочиться на колесо автобуса, который привез их на стартовую площадку.

Худ нахмурился.

– Продолжают, – как ни в чем не бывало ответил Орлов. – Начало этой традиции положил Юрий Гагарин, выпивший перед полетом слишком много чая. Этим же занимаются и женщины-космонавты. По-моему, в вопросе равноправия полов мы всегда были впереди вас.

Анна Фаррис и Лиз Гордон посмотрели на Герберта. Тот, неуютно заерзав в кресле-каталке, связался с центром спутниковой связи.

На установление соединения потребовалось две минуты, и на экране появилось лицо генерала Орлова: очки в толстой черной оправе, волевые скулы, смуглая кожа и высокий лоб, свободный от морщин. Заглянув в эти умные карие глаза, видевшие нашу Землю со стороны, что дано немногим избранным, Худ почувствовал, что этому человеку можно верить.

– Итак, – тепло улыбнувшись, сказал Орлов, – вот и мы. Еще раз благодарю вас.

– И вам тоже спасибо, – ответил Худ.

– А теперь позвольте быть откровенным, – продолжал Орлов. – Нас обоих беспокоит этот состав и его груз. Вас это беспокоит настолько, что вы отправили наперехват ударную группу. Которой, возможно, дан приказ уничтожить груз.

Меня это беспокоит настолько, что я расставил часовых, которые должны вам помешать. Вам известен характер груза? – спросил Орлов.

– А почему бы вам не открыть нам эту тайну? – предложил Худ, рассудив, что неплохо будет узнать правду от самих русских.

– Состав перевозит наличную валюту, – сказал Орлов, – которая будет использована в Восточной Европе для подкупа официальных лиц и финансирования антиправительственной деятельности.

– Когда? – спросил Худ.

Герберт поднес к губам палец. Худ отключил микрофон.

– Только пусть Орлов не пытается убедить нас в том, что он на нашей стороне, – сказал Герберт. – При желании он может сам остановить состав. У человека с его положением должны быть связи.

– Необязательно, Боб, – возразил Роджерс. – Никто не знает, что происходит в Кремле.

Худ убрал палец с кнопки отключения микрофона.

– Генерал Орлов, и что вы предлагаете?

– Конфисковать груз я не могу, – сказал Орлов. – У меня для этого нет людей.

– Вы же ведь генерал, возглавляете разведывательный центр, – напомнил Худ.

– Мне пришлось прибегнуть к помощи друга, чтобы очистить свой кабинет и эту линию связи от "жучков", – ответил Орлов. – Я – спартанский царь Леонид под Фермопилами, которого предал Эфиальт [20] . Со всех сторон мне угрожает опасность.

20

Эфиальт – афинский государственный деятель, выступал за демократизацию общества и разрыв со Спартой.

Роджерс улыбнулся.

– Мне это понравилось, – промолвил он себе под нос.

– Но хотя я и не могу задержать груз, нельзя допустить, чтобы он был доставлен по назначению, – продолжал Орлов. – Однако вы не должны нападать на состав.

– Генерал, – сказал Худ, – это не предложение, а гордиев узел.

– Прошу прощения? – переспросил Орлов.

– Загадка, решить которую очень сложно. Каким образом можно удовлетворить все ваши требования?

– Организовав в Сибири мирную встречу, – ответил Орлов. – Между нашими и вашими солдатами.

Роджерс полоснул себя ладонью по горлу. Худ с неохотой снова отключил микрофон.

– Поль, будь осторожен, – сказал Роджерс. – Нельзя оставить "Бомбардир" беззащитным.

– Особенно если учесть, что охраняет состав сын Орлова, – добавил Герберт. – Генерал думает в первую очередь о том, чтобы прикрыть задницу своему мальчишке. Русские могут запросто перестрелять всех "бомбардиров", даже если те будут безоружными, и ООН подтвердит, что они имели полное право так поступить.