Зеркальное отражение
Шрифт:
– Товарищ генерал, генерал-полковник Мавик распорядился отозвать группу "Молот" назад.
– Когда?
– Я только что закончил разговаривать с ним по телефону, – ответил Невский. – Товарищ генерал, я очень сожалею, но я должен выполнять приказ...
– Я все понимаю, – остановил его Орлов. Он отпил глоток черного кофе. – Не забудьте поблагодарить от моего имени лейтенанта Сторика и его людей.
– Будет исполнено, товарищ генерал, – сказал Левский. – Товарищ генерал, знайте: что бы ни случилось, вы не одни. Я с вами. И "Молот" тоже.
Краешки
– Спасибо, майор.
– Не буду притворяться, будто понимаю, что происходит, – продолжал Невский. – У нас вовсю ходят слухи о приближающемся государственном перевороте, о том, что за этим стоят организованная преступность и "черный рынок". Я знаю только то, товарищ генерал, что однажды мне пришлось выводить из пике древний "Калинин К-4". Двигатель у него был просто зверь – "БМВ-IV", очень упрямый.
– Я знаком с этим самолетом, – сказал Орлов.
– Помню, как, пробив облачность и посмотрев вниз, я подумал: "Эта антикварная красотка очень дорого стоит, и я не имею права ее бросить, как бы норовисто она себя ни вела". И дело было не только в долге, тут оказалась затронутой моя честь. Вместо того чтобы катапультироваться, я переборол машину и посадил ее на землю. Мне пришлось здорово помучиться, но, как говорится, победа осталась за нами. А потом я сам, своими руками разобрал капризный баварский механизм и исправил неполадку.
– И после этого "Калинин" снова летал?
– Как молодой воробушек, – подтвердил Левский.
Орлов понял, насколько сильно устал, по тому, как его тронул этот рассказ.
– Спасибо, майор. Я дам тебе знать, как только суну руки под капот этого чертова двигателя.
Положив трубку, Орлов залпом допил кофе. Отрадно было сознавать, что у него есть еще один союзник, кроме преданной помощницы Нины, которая должна была вернуться в четыре часа дня. И еще не надо забывать про жену. Разумеется, Маша всегда с ним, однако, подобно рыцарю, готовому сразиться с драконом под знаменем дамы сердца, он по-прежнему идет в бой один. Чувство полной оторванности в этот момент было сильнее, чем все, что когда-либо испытывал Орлов, даже в безжизненном мраке космического пространства.
С помощью клавиатуры он переключился на канал, который использовала милиция для связи со своими оперативными сотрудниками.
– ...хочу, чтобы нас оставили в покое, – на безукоризненном русском языке произнес женский голос.
– Позволить разгуливать по российской земле группе спецназа? – рассмеялся полковник Росский. Судя по всему, он разговаривал по сотовому телефону, сигнал от которого был переправлен или через Операционный центр, или через местное отделение милиции.
– Мы не группа спецназа, – возразила женщина.
– Вас видели входящими во дворец президента Финляндии вместе с майором Пентти Ахо.
– Он организовал нашу переправку сюда. Мы здесь, чтобы выяснить, кто повинен в смерти одного британского бизнесмена...
– Официальный отчет о случившемся и останки покойного переданы посольству Великобритании, – остановил ее Росский.
– Кремированные останки, –
– Ну а мы не верим в то, что он был бизнесменом! – воскликнул Росский. – У вас остается еще девять минут на то, чтобы сдаться. В противном случае вы присоединитесь к своему мертвому дружку. Все очень просто.
– Вовсе ничего не просто, – вмешался в разговор Орлов.
Очень долго тишина в трубке нарушалась лишь треском статического электричества.
– С кем я говорю? – наконец спросила женщина.
– С самым высокопоставленным представителем армии в Петербурге, – ответил Орлов, обращаясь в первую очередь не к женщине, а к полковнику Росскому. – А вы кто такая? Только, пожалуйста, не надо излагать мне вашу "легенду".
– Справедливое желание, – согласилась женщина. – Мы офицеры разведки, работаем у министра обороны Финляндии Нисканена.
– Ложь! – взорвался Росский. – Нисканен ни за что не станет рисковать ради какого-то трупа!
– В Д-16 так и не смогли определиться по поводу стратегии действий, – объяснила женщина. – Поэтому они связались с ЦРУ, а оттуда их уже направили к министру Нисканену. В конечном счете было решено, что мне и моему товарищу нужно отправиться на место и установить причину гибели англичанина, – а затем попытаться наладить диалог, чтобы избежать ответных ударов.
– Вот как? – презрительно усмехнулся Росский. – Вы могли бы прилететь в Санкт-Петербург прямым рейсом со своими топорно подделанными паспортами и сразу же изложить свое дело. Однако же вы предпочли скрытно приплыть на борту карликовой подводной лодки, потому что не хотели, чтобы вас видели в аэропорту. Вы лжете!
– Какая магистраль пересекает Ботнический залив? – спросил Орлов.
– Магистраль номер два, – не задумываясь, ответила женщина.
– Сколько в Финляндии провинций?
– Двенадцать [18] .
– Это ничего не доказывает! – вмешался Росский. – Она все это заучила!
– Совершенно верно, – подтвердила женщина. – В школе в Турку, где я родилась и выросла.
– Все это бессмысленно! – продолжал Росский. – Эта женщина нелегально проникла в нашу страну, и через четыре минуты мои люди ее задержат.
18
Административное деление Финляндии – шесть губерний. (Прим. пер.)
– Если смогут меня найти.
– Слева и впереди от вас театр имени Кирова, – торжествующим тоном произнес Росский. – А следом за вами едет зеленый "Мерседес". Если вы попытаетесь бежать, вас застрелят на месте.
Снова наступило молчание. Орлов понял, что хотя женщина, скорее всего, осмотрела машину в поисках радиопередатчиков, она, очевидно, не обратила внимания на сотовый телефон в багажнике. Это обычная практика у агентов, выполняющих оперативное задание. Детектор радиосигналов телефон не обнаружит, но с помощью него можно запеленговать машину, в которой он находится.