Зеркала миров
Шрифт:
— Как мы могли знать! — поклонившись принцу воскликнул Шенин. — Они с Егонием приехали.
И обращаясь к Мерриану он добавил.
— Осбон, камердинер ваш, принял его, то есть простите её, за своего господина, то есть за вас принял.
— Где Осбон? — спросил принц.
— Убит при ссоре с наёмниками. — поклонившись принцу, быстро ответил Йен.
— Но я не вижу и Егония. — едко произнёс принц.
— Ваше Высочество, он погиб от рук разбойников перед Кирешеном, — продолжил
— Отличное начало, девица. Все кто знал что-то о тебе мертвы? Но все ли? Может мне отправить глупых конюхов в пыточную, и там мы узнаем от них кое-что еще?
Он сделал насколько шагов к стоящим у входа растерянным Йену и Шенину.
— Мне жаль терять таких хороших слуг, но я не вижу другого выхода.
В вязкой тишине окутавшей холл, Мари внезапно с отчетливой ясностью осознала, что даже если она сейчас заговорит, и признается во всем, что ждёт от неё принц Антрейский и остальные, — это не поможет. Признайся она в похищениях, убийствах, отравлениях, планах по захвате власти, да в любых злодействах, всё равно, парни угодившие в жернова роковой случайности — обречены.
И даже если она скажет чистую правду, то это уже не спасет никого.
Потому что человек, который кормит питомца живыми котятами не может быть психически нормален.
— Может быть Фалько успеет удрать, — понадеялась она, сожалея о встрече с конюхами, и о том, что позволила сопровождать себя, тем самым неосознанно втянула хороших людей в авантюру. Как все же прав был Егоний.
Словно в ответ на её горькие мысли дверь распахнулась и в холл ворвался Фалько.
Быстрый и короткий взгляд. Глаза в глаза. Мари догадалась, что он собирается сделать.
Еле заметно покачала головой, запрещая, умоляя остановится.
Фалько усмехнулся.
Всего лишь миг. Застывшее мгновение среди равнодушных лиц. Никто не поймёт и не услышит молчаливый короткий диалог.
— Прошу тебя. Нет.
— Я сам решу.
Мужчину невозможно остановить если он уверен в своём выборе.
Нет. Нет. Не надо.
Словно пытаешься остановить бурный поток воды. Капли, или это секунды, отсчитывают мгновения.
Фалько склонился в глубоком поклоне.
— Ваше Высочество. Я верой и правдой служил вам. Всегда.
Не надо. Молчи.
Секунды, как удары сердца.
Не надо.
Фалько поклонился еще раз и приблизился к принцу.
— Ваше Высочество я всегда был и остаюсь вашим преданным рабом. Я скажу вам, что это за птичка.
В глазах принца промелькнуло оживление, и даже стражники заинтересовались неожиданным признанием конюха.
— Нет. — мысленно
Подобострастно кланяясь, Фалько сделал еще шаг. И вдруг словно дикий кот метнулся в огромном прыжке моментально обезоруживая принца и прижимая к его горлу нож.
— Отпустите леди, Ваше Высочество.
Стражники дернулись было в его сторону и растерянно замерли не смея действовать, опасаясь за драгоценную жизнь Его Высочества.
Поток… Нет. Вал воды рухнул, снося все на своём пути. И время закрутилось с бешеной скоростью.
Фалько был обречен, но не понимал этого. Или не хотел понимать.
— Я… я… ээээ, — промямлил принц. Он был испуган. Мари видела это по его посеревшему лицу, застывшим в неподвижности глазам, крупным каплям пота. Черные волосы прилипли к вискам. — Ты ведь не убьёшь меня? Не убъёшь?
— Нет Ваше Высочество, — спокойно ответил Фалько удерживая лезвие у глотки светского лица. — Сейчас вы распорядитесь, чтобы отпустили леди и позволили нам, втроём покинуть дворец. Как только мы будем за крепостной стеной, я вас отпущу. Живым. Клянусь.
Принц сделал слабый жест рукой призывая стражников к подчинению. Они расступились и Мари буквально слетела вниз устремляясь к выходу.
Шаг, другой. Подталкивая пинками вялого принца и успевая держать в поле зрения окруживших их, но держащихся поодаль стражей, Фалько тоже постепенно продвигался к дверям.
Время стремительно скользило над миром отсчитывая секунды.
* * *
— Мало там одного Егония, — сокрушался Петр. — А если и переход накроется, то… Черт! И когда же наконец связь восстановят.
— Есть у меня, там еще один вариант. Но сейчас я не могу ничего узнать о нём. Вот ведь дела. — Иннокентий нервно постукивал карандашом по столу, и Пете неожиданно показалось, что этот звук, как удары часов, отмеряет последние секунды чьей-то жизни.
— Думаешь легко найти психотип, который не просто соответствовал бы эпохе, а вжился бы в нее целиком, полностью, забыв о себе и своём времени. Только такой может быть реально полезен.
— В мире теней — только человек из чужой реальности умирает по-настоящему.
— Что? — Иннокентий обернулся. — Кто это сказал? Ты?
— Нет, — Петр покачал головой. — Я тоже слышал. Голос… Голос же — стврческий. Это не мой.
Они обыскали весь кабинет и никого не нашли.
— Доработались, — желчно бросил Иннокентий.
За окном прозвучал хохот. Двое бросились к распахнутым створкам и не увидели ничего, кроме привычного пейзажа, мелких кустов и асфальта, окружающего станцию. В этот ранний час поблизости не было даже привычных флайеров.