Земля лишних. Том 2

Круз Андрей

Большой Залив. 22 год, 30 число 9 месяца, среда, 26.00.

– Лодку на воду!

Братья Рамирес взялись за канаты, закрепленные на носу и корме "зодиака", напряглись, и через минуту лодка оказалась в воде, а в лодке оказался Дмитрий. Затем в лодку спустились все мы, пока Тим и Джо удерживали ее у борта. Смит перегнулся через рейлинг борта, наклонился, выискивая меня в темноте, в группе одинаково черных людей с черными лицами. Я махнул ему рукой, привлекая внимание.

– Удачи. Если противник радикально изменит курс - мы оповестим по радио кодом. Если ситуация штатная - мы храним радиомолчание, а вы идете по своему прибору.
– повторил он мне свою часть общего плана.

– Все верно. Повнимательней

здесь, следите за целью.
– затем я скомандовал Раулито: - Все, покатили.

"Зодиак" рыкнул мотором и быстро отвалил от черного в ночной тьме борта траулера. До "клиента" оставалось около пятнадцати километров, судя по сканеру, который работал в метрической системе. Меньше десяти миль, если по-морскому. Сигнал от радиомаяка устойчивый, направление отслеживается легко.

Мы с Бонитой, как отделение огневого поражения, расположились на носу лодки. У нас за спиной, посередине, сидел Дмитрий с FN Minimi SPW в руках, которого можно было поименовать отделением скорее "огневого подавления". Братья Рамирес с АЕКами с намотанными на них полиэтиленовыми пакетами сидели вдоль бортов, удерживая сложенные штурмовые лестницы. На моторе сидел Раулито, заодно придерживая ногой подвеску для переноски выстрелов к РПГ, в которой вместо конических боеприпасов виднелись сложенные "рамки" его домодельных ВУ.

____________________

ВУ - взрывные устройства.

____________________

Интересна темнота в море. Даже когда звезды ярки и местная луна полна, сама вода представляет собой настоящее черное покрывало, на фоне которого теряется все. Мы заметили в ночные бинокли "Звезду Рияда" с расстояния в километр - четко очерченный черный силуэт на фоне звездного неба, но сами при этом оставались совершенно неразличимы для часовых на палубе судна, буде таковые там есть. Черная лодка с черными людьми на черной воде. Черная кошка в темной комнате. К счастью для нас, местный планктон не имел привычки светиться в темноте, поэтому за нами никакого хвоста не оставалась. В Старом свете в таких широтах так бы не вышло, тянули бы за собой светящийся шлейф.

Мотор "зодиака" работал негромко, потому что догоняли мы судно неторопливо, четко придерживаясь многократно отработанного плана. Шум судовых дизелей должен был перекрыть этот звук с большим запасом. Мы уже сейчас слышали тяжелое пыхтение мощных машин в утробе "Звезды Рияда".

Дмитрий замерил расстояние до судна лазерным дальномером.

– Триста восемьдесят.

– Триста пятьдесят.

– Триста двадцать.

Бонита сняла пакет с ночного прицела на "Винторезе", включила его, прижав резиновый наглазник к лицу, чтобы не выдать себя возможным наблюдателям зеленоватым свечением окуляра. Я тоже освободил инфракрасный лазерный целеуказатель от пакета, нажал пальцем на крошечную кнопку "пуск", опустил на лоб откинутые до того момента ночные очки, включил их. Мир быстро проявился из темноты в призрачном черно-белом исполнении. Включил целеуказатель - яркий, тонкий как спица, но при этом никому не видимый без ночных очков прозрачный луч рассек пространство. Навел его на палубу судна, повел влево-вправо. Отлично работает приблуда, дает четко видимое, очень контрастное пятно, подсвечивает как прожектор и в середине контрастная прицельная метка.

– Наблюдаю одного.
– шепотом доложила Бонита.
– Курит у ограждения.

– Вижу.

Действительно, возле лееров ограждения, у края борта стоял человек, у головы которого периодически вспыхивал огонек сигареты. Этого можно считать покойником - ночное зрение не работает сейчас, стоит открыто. Интересно, это вахтенный или просто кто-то покурить вышел на палубу? Если вахтенный, то он свою судьбу заслужил.

Звук мотора за спиной резко ослабел, лодка качнулась, немного зарывшись носом из-за падения мощности.

Это Раулито надел чехол-заглушку и опустил в воду выхлопную трубу. Все, мы в режиме максимальной скрытности. Лодка вновь ускорилась, хоть и не сильно - это наш кормчий увеличил обороты.

На корме "Звезды Рияда" что-то вроде барбета, за ним - спаренный "эрликон-двадцатка". Стрелок… где стрелок? Шевеление над краем барбета. Там стрелок, прямо на сидении, просто копается внизу, как будто шнурки завязывает. Есть, выпрямился. Смотрит не пойми куда, но нас не видит, это точно. И хорошо, потому как мы для его "спарки" на один зуб. Трах - и от нашей лодки только воспоминания, а что от нас останется - на корм рыбам пойдет.

– Наблюдаю стрелка за кормовой пушкой. Бонита, держишь курильщика.

– Есть курильщика.

Надо же, ведь может, когда хочет. "Есть!", "так точно!". А в личной жизни - никакой дисциплины.

Отсюда носовая пушка не видна, но и мы для нее вне сектора обстрела и даже наблюдения. А что еще есть на палубе? А вот что - пулемет-"ручник" на верхней надстройке, без турели. Небрежно опирается на рейлинг, и с ним еще один часовой.

– Пулемет наверху.

– Наблюдаю.

– Перераспределение целей: твой - пулемет, я беру пушкаря и курильщика. Для тебя пушкарь - дополнительная цель.

– Есть пулемет, пушкарь - дополнительно.

Тихо, тихо идет "зодиак", только волны в пластиковое днище пошлепывают, звонко так, но все равно кажется, что даже собственное сердце громче стучит. Слышу шумное дыхание Дмитрия. Даром, что для него это вообще работа по профилю, но все равно волнуется.

– Дмитрий, сколько наблюдаешь?

– Троих.

Теперь главное - понять, есть ли на верхней надстройке еще кто-нибудь кроме пулеметчика? Если его снять, а там еще кто-то есть, кто тревогу поднимет, то грош цена всему нашему скрытному подходу. И пулеметчик сейчас даже опасней пушкаря. Пушкарю время надо сдвинуть с места всю свою установку, навести, прицелиться, а пулеметчику этого делать не нужно, только заорать да пальбу начать. И угол обстрела у него не в пример лучше. И все, нам тогда ни к судну не подойти, и не уйти. Включится прожектор, нашарит нас, и тогда уже и из пушки ка-а-ак дадут…

Нет, вроде бы нет никого наверху, одинок пулеметчик. А вот курит, курит то кто? Его второй номер? Пушкарь с носа? Случайное лицо? Вахтенный? Ладно, все равно уже не поймем, а ждать дальше опасно, до борта метров сто осталось всего, последний рубеж атаки. Пора давать команду. Сам навожу метку инфракрасного лазера на голову пушкаря, перекидываю ее на курильщика, затем снова на пушкаря и снова на курильщика. Так, нормально. Снова целюсь в пушкаря.

– Огонь!

Скомандовал и сам потянул спуск "Вала". Противник такой вещью как шлем пренебрег, и бронежилетов на них не было, поэтому стреляли мы "глэйзерами", во избежание нелетальных ранений. Что там было на верхней надстройке - мне видно не было, а вот пушкарь откинулся назад в своем пластиковом кресле и не шевелился больше. И шума никакого. Только щелчки двух затворов и хлопки как у "духовушки", да и те совсем негромкие.

– Цель поражена.
– это Бонита доложила.

– Цель поражена. Держи подходы с носа.

Теперь ее забота сделать так, чтобы никто "неплановый" с носа на корму не пошел, оттуда, откуда нам не видно. А сам перекидываю метку целеуказателя на курильщика. Тот стоит, головой крутит. Видать, что-то услыхал, скорее всего - шум падения тела сверху. Но шухер не поднимает, видимо, еще не понял, что происходит. Ну и не поймешь уже, поздно теперь понимать, и вообще - не кури на вахте.

Плавно тяну спуск "Вала". Тот мягко толкает в плечо, выплевывает в сторону курильщика два "глейзера". Даже в ночные очки видно, что голова у курильщика словно взорвалась кровавым облаком. Тело рухнуло на палубу.