Земля лишних. Том 2

Круз Андрей

Показался край волнолома с небольшим маяком на нем и антенной радиомаяка. Наш траулер обогнул стенку, образованную наваленными валунами и вышел в открытое море, точнее - в Большой залив. Хотя, если честно, заливом назвать это было сложно - размерчиком залив был во всю Средиземку, может быть немножко поменьше.

В правую скулу корпуса ударила небольшая волна, судно покачнулось. Капитан прибавил ходу, и траулер, немножко осев на корму, начал набирать ход. Плеск бьющихся в корпус волн стал чаще, но судно пошло ровней, теперь уже просто разрезая мелкую волну форштевнем.

Бонита кивнула мне в сторону ходового мостика и тихо спросила:

– Поднимемся,

посмотрим?

– Пошли.

Мы встали из-за стола, поднялись по трапу на ходовой мостик. Капитан Соуза сидел на высоком вращающемся кресле с прямой спинкой и округлыми подлокотниками. Перед ним, на наклонной панели, светились несколько экранов и три группы циферблатов. Большое никелированное рулевое колесо замерло в одном положении, видимо, судно управлялось автопилотом. Справа от капитана из отдельного ящика торчали рычаги машинного телеграфа… или это на больших кораблях телеграф, а на таких - сектор газа? А черт его знает, не учили меня морским премудростям.

Из больших окон ходового мостика открывался вид на задранный нос судна, слегка покачивающийся относительно горизонта на встречной волне. Солнце понемногу шло к закату, опускаясь к морскому горизонту справа от нас.

– Не возражаете, капитан?
– спросила Соузу Бонита.

– Ни в коем случае, сеньора.
– перешел на испанский Соуза.
– Что вас интересует?

– Все. Я еще ни разу в этом мире не передвигалась по воде.

– Вот уж в этом, поверьте мне, никакой разницы вы не заметите. Вода в том свете и вода в этом - абсолютно одинаковы. Только в этом свете погода гораздо более предсказуемая, чем в том.

– А сводки погоды здесь бывают для тех, кто в море?
– спросил шкипера я.

– Нет, никаких сводок. Но с уверенностью в девяносто девять процентов могу сказать, что до конца этого месяца и первые две недели следующего погода будет такая же, как сейчас. А вот потом мы встанем на прикол на целых три месяца, на сто двадцать дней.

– Постоянно непогода?

– Не постоянно, но очень часто штормит. Шторм начинается быстро и слабым он не бывает. Не были еще в этом мире в сезон дождей?

– Нет еще.
– покачал головой я.

– Мерзкое время. Постоянный дождь, только меняется с сильного на очень сильный. И постоянный ветер. Солнца нет, земля раскисла, в море волнение или шторм. Люди сидят по домам. Конвои не едут никуда, поезда ходят всего раз в неделю, самолеты не летают. Жизнь существует внутри городов.

– А вы как проводите время?
– спросила Бонита.

– А я женат, между прочим, прекрасная сеньора. И у меня двое детей, которые живут в Кадизе. Мы ставим судно на прикол на три месяца, и я, с вашего позволения, живу в кругу семьи. Фрахта нет, заказов нет, что за год заработал - то и тратим. И еще добавлю, что если у человека есть любимая женщина, хорошие дети, и нормальный дом, то сезон дождей вовсе не так уж плох, поверьте мне.

– Охотно верю. Ты все понял?
– толкнула меня в бок Мария Пилар.

– Быстрей бы уж… - шепнул ей я прямо в ухо, и обнял за плечи.

– Капитан, а я хотел бы еще вопрос задать вам… А как здесь навигация вообще осуществляется? Звезды же совсем другие?

– По компасу, основным звездам и главное - радиомаякам. Они по всему берегу залива и обжитым берегам океана разбросаны. Работают они с разным сигналом, а у меня есть таблица. Видите?
– он постучал пальцем по большому прямоугольному экрану, на котором ярко светились две пульсирующие точки.
–

Мы сейчас имеем на правом траверзе маяк в Форт Линкольне, а вправо двадцать градусов - маяк Зиона. Углы на маяки нам теперь известны, расстояния между маяками известно всем, есть в таблицах. Немного тригонометрии и мы определились. А так, без маяков, разумеется, далеко не уйдешь. Раньше ходили только в каботажные рейсы, я застал те времена. А в открытое море здесь ходят лет пять, не больше. И нормальные лоции появились не раньше, чем года четыре назад.

– Вы говорили, что вы уже десять лет здесь? И как раньше ходили?
– спросила шкипера Мария Пилар.

– Я же говорю - каботажными рейсами.
– видя непонимание Бониты, Соуза разъяснил - Постоянно ввиду берега, ориентируясь по нему. Поэтому до того берега Большого Залива не ходил ни разу в те времена - или заблудился бы, или просто не хватило бы топлива. Когда англичане начали обустраиваться там, на Мысу и в Индии, они поставили первые радиомаяки. Еще американцы на свои деньги поставили радиомаяки в Халифате в нескольких местах, после того, как оттуда начали нефть возить. Теперь можно ориентироваться, так что стали мы и туда ходить, как сейчас, например.

– А острова как обозначены? Их же здесь немало.

– Дикие острова никак не обозначены, а все цивилизованные - прекрасно видны. И орденские, и американские, и британские - везде мощный сигнал, никаких проблем. На орденских островах даже по нескольку, чтобы легче было расстояние определять. У них пятидесятимильная зона запретная.

– Стрелять будут?

– Сразу не будут, разумеется. Все же случается, что кто-то заблудился, например. Сначала предупредят по радио, потом подойдет сторожевик и вежливо попросит удалиться. Заплутавшего могут даже проводить.

– А в шторм как? В сезон дождей? Тоже патрулируют?

– Нет, разумеется. Но и психов нет, чтобы в сезон дождей по морю ходить. Доживете до сезона - сами увидите.

Большой Залив. 22 год, 29 число 9 месяца, вторник, 11.00.

Второй день плавания больше напоминал круиз, точнее - чартерный рейс на яхте. Индиец Джо, или как там его звали на самом деле, оказался отличным коком, поэтому и ужин предыдущего вечера, и завтрак сегодняшнего были выше всяких похвал. Бонита в купальнике развалилась в шезлонге на носу шхуны, отвлекая шкипера от прямых обязанностей по ведению судна. Остальной народ, включая меня, отдыхал, а точнее - бездельничал, поэтому, когда тощий высокий брюнет с бородкой - Пако, помощник капитана, предложил публике развлечься рыбалкой, Дмитрий с Раулито и двумя из братьев очень оживились.

Я сразу предупредил, что они могут хоть китобойным промыслом развлекаться, но если кто-то из них порежет руку леской (я, слава богу, хорошо знаю, что такое морская рыбалка с борта судна на крупную рыбу), или получит другую травму, которая помешает ему выполнить боевую задачу - лучше пусть сам прыгает за борт. В любом случае участь потерянного в море среди акул будет лучше, чем та, которую я ему уготовлю. Кажется, мне поверили. Но от затеи не отказались.

Помогать рыболовам взялся механик Тим, сам большой любитель рыбалки, судя по всему. Рыбалка вообще отличалась редкой незамысловатостью - сначала на здоровенный крючок намотали хаотично нарезанную белую полихлорвиниловую изоляцию от электрического провода и забросили крючок за корму. Ждать пришлось минуты три, не больше. Плетеная леска задергалась, и Тим вытащил на палубу полосатую как тигр рыбу килограмма в три весом.