Земли за Башнями
Шрифт:
– Где эта Волчья деревня?
– На восток, в полутора днях пути. Если пешком.
– Турич спрятался в деревне?
– Нет, рогатых туда не пускают.
– Значит, он двинулся дальше?
– Да.
Хермэнус захотел задать следующий вопрос, но его прервала мощная вспышка. Все присутствующие зажмурились и отвернулись от Лаэлуса. Сам он закрылся рукой от вышедшей из-под контроля магии. Орон под его ладонью затрясся, как тряпичная кукла.
– Лаэлус! – выкрикнула Диана.
Маг бился с заклинанием, как с псом, натянувшим поводок. С большим трудом ангел прервал
Державшие оронов воины попятились, но освободившийся Акинд не сдвинулся с места. Он мог лишь немо двигать челюстью, и неясно было, что владело его умом в данную секунду: боль от потери брата или страх повторить его участь.
– Что ты натворил, Лаэлус? – громыхнул голос Дианы.
– Заклинание вышло из-под контроля, – виновато отчитался маг.
– И как ты это объяснишь?
– В этом месте эфир хаотичен, примипилия. Его то еле хватает на простейшие заклинания, то накатывает валом.
Диана недовольно отвернулась, но дала понять магу, что наказания не последует. Тот же не смог остановить оправданий:
– Раньше мне не приходилось иметь дело с подобным.
– Твоя рука. Ты можешь колдовать дальше?
– Скоро пройдёт.
– Впредь я жду от тебя большей аккуратности, – процедила Диана и перевела взгляд на Бэюма. – Похоже, один из твоих братьев погиб.
– Эти двое мне не родичи, – пробормотал шокированный орон.
– Вот как? А я думала, что вы, рогатые, все из одного отёла. Как и положено стаду. Ты закончил, Хермэнус?
Ангел вернулся к допросу:
– Ты знаешь, куда турич направляется?
– Он говорил, что ищет широкую реку. Я знаю, что это далеко на востоке, но дороги не знаю. Турич собирался найти в Волчьей деревне проводника.
– Диана, нам понадобится следопыт.
Не успела ангелша обдумать замечание Хермэнуса, как Нулгина загомонила:
– Мой муж – лучший следопыт во всей округе. Он отведёт вас к Волчьей деревне, а затем выследит турича.
Диана строго посмотрела на Бэюма, словно пыталась разглядеть нутро, где описаны его сыскные таланты. За тягостные десять секунд воительница решила судьбу охотника:
– Хермэнус, не калечь его. Проверим, верно ли о нём говорит супруга.
Бэюм еле сдержал слёзы облегчения – Нулгина же зашлась тихим плачем. Распоряжающаяся жизнями, как монетами, Диана подошла к орону и сказала:
– Твою супругу мы возьмём с собой. Приведёшь нас к туричу – мы вас отпустим, а если вздумаешь водить кругами… Мариус, рог.
Услышав приказ, громадный ангел отломил Нулгине правый рог. Ороница завопила в голос, по голове её потекла тёмная струя крови. Равнодушным палачом Мариус отшвырнул в сторону отломленное. Бэюм дёрнулся, было, защищать супругу, но смог лишь прошептать обещание подчиняться.
– Диана, что с третьим пленником? – спросил Лаэлус.
– Убейте.
– Нет! – завопил Акинд. – Бэюм, скажи, что я твой…
Но выверенное движение гладиуса оборвало
Нулгина продолжала стенать, кровь лилась из раны. Но Диане были безразличны муки ороницы – ангелша не обернулась на крики, не поморщилась от истошных воплей. Она лишь оправила пояс и приказала:
– Вставай и показывай дорогу.
Бэюм не сводил глаз с несчастной супруги, но при первых же словах Дианы покорно отозвался:
– Прямо сейчас?
– Да. Я спешу.
Глава 11. Пиршество
Ангелы гнали Бэюма вперёд, не задумываясь о привалах. Орон выбился из сил, но продолжал идти, помня о Нулгине. Супругу вели в конце отряда и не давали даже обернуться на неё. Бэюм мог довольствоваться лишь редкими стонами ороницы. Ей не позволили ни наложить шину на руку, ни забинтовать голову. Сам Бэюм брёл, зажимая рану от копья, кровоточащую вопреки наложенному жгуту.
Воины шагали без устали, останавливаясь лишь на короткие передышки. Доспехи, под которыми лошадь бы свалилась в изнеможении, ангелы носили с лёгкостью льняной туники. Диана часто отправляла вперёд разведчиков, и прошагавшие полдня легионеры без труда воспаряли над лесом.
Духи с демонами расступались перед чёрной манипулой – за ночной переход обитатели леса лишь подавали голоса вдалеке. Недолгий утренний привал сменился новым этапом погони.
Со временем вымотанный Бэюм побрёл с механическим безразличием. Он уже не разбирал дороги, но инстинкты вели его верно. Бесконечное шествие прекратилось внезапно, когда впереди зашуршали кустарники, а вскоре из-за них вышел разведчик.
– В часе ходьбы огромный скелет, – доложил легионер. – А под ним какое-то поселение.
– Это то место, куда мы идём? – спросила Диана.
– Да. Волчья деревня.
Примипилия обернулась к отряду и скомандовала:
– Вы двое, оставайтесь с пленниками и продолжайте движение. Остальные – на крыло.
Перехватив копьё двумя руками, Диана направилась к прогалине. Разминая плечи, воительница взяла разгон и, заметив прореху в кронах, устремилась вверх. С мощным уханьем крылья разогнали воздух и подбросили Диану. В несколько взмахов женщина поднялась над деревьями и полетела на восток.
За спиной у неё громыхнули бьющие по воздуху крылья. Десяток ангелов производил шум, сравнимый с лошадиным галопом, сравнимый с маршем пешего отряда. Воины выстроили клином, возглавляемым Дианой.
Воительница задала высокий темп. При каждом взмахе у неё работали мышцы плеч, груди и спины. Всё тело было напряжено и вытянуто в струнку, дабы достичь наибольшей обтекаемости. Тяжеленые доспехи тянули к земле, но тренированная атлетка легко справлялась с их весом.
Диана чувствовала себя гончей, спущенной с поводка. Вынужденная блуждать по лесам, она с наслаждением воспарила в небо, к пьянящему разряженному воздуху. Пёстрые крылья были привычнее стройных ног, а небесный простор казался надёжнее твёрдой земли. Диана упивалась полётом.