Зеленая улица
Шрифт:
твою преданность и уважение до гробовой
доски.
Крутилин. Только-то?..
Соф ья Романовна. Чего же более?
Крутилин. Уважение — чувство дорогое,
но не главное... Будь оно главное,— сколько
было бы счастливых супружеств! А вот вы
назовите роман или повесть, где бы муж и жена
любили друг друга до гроба.
Софья Романовна. Мм... Ну, хотя бы...
Ну, «Старосветские помещики» Гоголя.
Крутилин (смеется). Что
Романовна! Как можно всерьез ставить в пример
эту пыльную пару?!. Это скорее иллюстрации к
моей мысли...
Софья Романовна. Ты, Борис, пошел
бы преподавать «науку страсти нежной», в ней
ты смыслишь больше, чем в движении поездов.
(Вдруг серьезно.) Однако как же быть?
(Вышла на перрон.) Тоска какая... И чего тебе
надобно, Софья?
Крутили н. Как быть? Есть выход,
дорогая Софья Романовна... (Оборвал, смотрит на
перрон.)
На перроне.
Лена и Кремнев — коренастый, широкий,
большелобый, о таких говорят — сибирской породы. Оба
(Взволнованы.
Кремнев. Самовольно он не рискнул бы
нарушить приказ.
Лена. Вы думаете, что начальник дороги дал
новое указание?
Крем н е в. Конечно. Хорошо, что я митинг
успел отменить. Позор был бы на всю дорогу.
Лена. Но как же быть с Алексеем? Вы
знаете его характер...
Кремнев. Вот он меня и беспокоит...
Авдотья Ивановна (появляется из-за
стойки). Его паровоз.
Гудок, мелькнули прожекторы. Оркестр играет марш.
Вбегает Тихвинская.
Тихвинская. Ой!. Опоздала... (Кремне-
ву.) Что же делать?
К р е м н е в. Выпить прохладительного и
ждать.
Тихвинская. Ах, все-таки успела!
Отдышаться не могу. Мне ведь отчет,— триста строк
в номер. Митинг будет прямо на перроне?
К р е м н е в. Митинга не будет.
Тихвинская. Как не будет? Мне же для
отчета. Речь генерал-директора...
Кремне в. И речи не будет.
Тихвинская. Как не будет... У меня
отчет. Три колонки, срочный набор.
К р е м н е в. Митинг не состоится.
Тихвинская. Действительно!.. Я говорю,
у меня отчет в номер. Место на первой полосе
оставлено. Представляете, что такое первая
полоса в газете? Сущность ее, идейную и
политическую, представляете?
К р е м н е в. По вашей газете — смутно.
Тихвинская. Нерегулярно читаете. Вкус
выработать необходимо. Потребность.
Понимаете? Дайте-ка мне этот... ну, план, или как его...
список: кто за кем выступает — фамилия,
инициалы и должность ораторов.
К
по-русски или и понимаете немножко? На
всякий случай повторяю: митинга не будет.
Тихвинская. Нет, позвольте! Мы
настаиваем... мы... Я представитель прессы, корреспон-
дент «Сигнала»... Необходим развернутый
митинг. (Как хозяйка — оркестрантам.) Поближе,
поближе, товарищи! (Лене.) Нет лозунгов
почему-то, портретов! Вы плохо подготовились.
Давайте-ка...
К р е м н е в. На этом узле я парторг.
Тихвинская. Ну, так работать нельзя!
О вашем неправильном поведении я поставлю
вопрос в горкоме.
К р е м н е в. Вот это ваше право.
Появляются Рубцов и Кондратьев.
Кондратьев (Кремневу). Ты почему
отменил митинг? Что ты натворил?
К р е м н е в. Это не я, а ты натворил...
Андрей Ефремович...
Кондратьев (обрывая). Я категорически
запрещаю тебе вмешиваться в мои
распоряжения.
Оркестр играет туш. Входит Алексей
Сибиряков — простой. белокурый парень в рабочем костюме.
(Крутилину.) Огласите приказ.
Крутилин (жестом останавливает оркестр).
Приказ начальника дороги генерал-директора
Кондратьева. (Читает.) «За проявленную
инициативу в организации кольцевых рудных и
хлебных маршрутов, высокое мастерство и при-
менение новых методов, направленных на
подъем работы всей дороги, машинисту Сибирякову
Алексею Никифоровичу объявляю
благодарность, присваиваю звание механика первого
класса и награждаю ценным подарком — золотыми
часами».
Оркестр играет туш. Алексей не принял руку Крутилина,
который хотел его поздравить. Тяжело молчит. После
сильной внутренней борьбы делает шаг навстречу
Кондратьеву.
Кондратьев. Поздравляю, товарищ Си-,
биряков! (Вручает массивные карманные часы;
футляр возвращает Крутилинд.)
Рубцов. Алеша, ты что голову повесил?
Здравствуй, дорогой! Дай я тебя поцелую.
(Обнимает Алексея.)
Алексей (с волнением, хрипло). Спасибо,
Максим Романыч! (Осмотрел часы, подбросил
их на ладони, как бы определяя вес.) Богатые!..
(Подошел к Крутилину и опустил часы в
футляр.)
Лена (слегка вскрикнула). Алексей!..
(Пораженная его поступком, отвернулась.)
Рубцов (Алексею). С ума сошел! Как ты
смеешь, мальчишка!
Крутилин (Софье Романовне).
Дон-Кихот новоявленный!