Зелье предательства
Шрифт:
Дариус остановил нас.
– Держитесь дорожки. Ни до чего не дотрагивайтесь и изучайте цветы издалека.
Аиша нахмурилась:
– Это же сад. Разве тут может быть опасно?
– Это не просто сад, девочка. Держи под рукой книгу.
– Подождите. – Я в отчаянии посмотрел на Дариуса. – Вы намереваетесь оставить нас здесь одних?
Он скривился.
– У меня нет ни малейшего намерения держать вас за ручку, пока вы учитесь. Здесь в Саду за вами наблюдают стражники. По собственному почину заводить разговор с кем-либо запрещено. Когда
Аиша покосилась на меня, как будто ожидала возражений. Как будто надеялась на них.
Я проводил Дариуса взглядом, пока он не скрылся за воротами.
Аиша скрестила руки и уставилась вдаль.
– И что теперь?
– Я предлагаю пойти по дорожке. – Я взмахнул учебником. – И изучать цветы.
– Ну конечно. Мы должны выучить эту глупую книгу наизусть.
Тон у неё был такой раздосадованный, что я фыркнул:
– Можно подумать, что ты не хочешь победить.
– О, я хочу победить. Я докажу тебе это.
Мы проследовали по дорожке, высматривая интересное местечко, чтобы открыть книгу и немного позаниматься. Там, где дорожка изгибалась влево, я опустился на колени, разглядывая голубые цветы с жёлтой сердцевинкой. Лепестки своей формой напоминали ракушки, а размером были с детский кулак.
Аиша снова скрестила руки на груди.
– Тебе не терпится.
Это уже было невыносимо. Я проигнорировал её и пролистал книгу, ища рисунок с голубым цветком. Аиша осторожно пододвинулась ближе, судя по всему, слишком гордая, чтобы признать, что ей самой любопытно.
По-видимому, эти цветы использовались в зелье, употребляемом для снятия воспаления. Были перечислены ингредиенты для снадобья, обозначения мне были непонятны. Пока непонятны.
Я был полон решимости выучить всё, что можно. В такие моменты – с учебником в руках и возможностью узнать множество новых вещей – я позволял себе задуматься, хороший ли получится из меня санджи. Я тотчас отогнал от себя эту мысль. Что только подумает обо мне Таран?
Аиша заглянула на страницу через моё плечо.
– Что это за цветок?
Я постучал по книге:
– Знания у тебя в руке.
– Ага. – Она пожала плечами. – Просто я лучше запоминаю то, о чём мне говорят.
Я поднял голову.
– Ты не любишь книги?
Намёк на улыбку:
– Я не люблю книги.
Я был вынужден отвести глаза и сосредоточить внимание на цветке. Таран бы с ней хорошо поладил.
– Я что-то не то сказала?
Я улыбнулся, чтобы скрыть своё смущение.
– На мгновение ты напомнила мне моего брата. – Мне захотелось закрыть учебник и уйти. Зачем я заговорил о Таране, когда я не в состоянии контролировать свои чувства?
– Где он? – Аиша теребила край собственной книги. Это так нервировало меня, что мне хотелось забрать учебник у неё из рук.
– Я не знаю. Нас разлучили. – Я надеялся, что это положит конец обсуждению. Но нет.
Аиша
– Ты планируешь отправиться на его поиски?
– Если ты не заметила, я не в том положении, чтобы пускаться в странствия. По правде говоря, если мы с тобой не сумеем выбраться из Лабиринта и не пройдём успешно испытания, которые нам устроят, мы можем вообще никогда не увидеть белого света.
– Как драматично.
Я листал книгу, пока не нашёл нужный рисунок, упорствуя в основном из желания отвлечься от неприятного разговора, который завязался.
– Что делает этот цветок? – спросила Аиша через некоторое время.
Я рассказал ей, что запомнил из написанного в учебнике.
– Это Вечный цветок. Он не умирает, даже если вырвать его из почвы. Поэтому он символизирует искреннюю и непреходящую любовь.
Аиша выпрямилась и отёрла руки о платье.
– А вон те? – она указала на островок жемчужно-белых цветов с чёрной сердцевинкой.
Я полистал:
– Смертоцвет. Добавленный в зелье, он вызывает глубокий сон. Жертв обычно принимают за мёртвых, и поэтому их нередко хоронят заживо. Через двадцать четыре часа сердце наконец перестаёт работать.
Я с новым интересом посмотрел на цветок, который, на мой взгляд, выглядел вполне невинно, как обычная белая роза. Описания его применения не было.
– Запах, кстати говоря, имеет тот же эффект.
Аиша состроила гримаску:
– Всё ясно. О том, чтобы нюхать цветы, не может быть и речи.
– Не все цветы опасны.
– Я предпочитаю не рисковать. В любом случае, спасибо, – обворожительно поблагодарила она.
Я вновь сосредоточил всё внимание на книге. Если в этом состязании всё решали знание и выучка, возможно – чем чёрт не шутит – у меня был шанс победить.
Глава 8
Таран
Мы доставляли товары до наступления ночи.
Я не мог перестать думать об Амире, о Бабе и о том, что я натворил. Я чувствовал себя так, будто сердце моё втиснуто промеж двух стен и подвергается всё нарастающему давлению.
Вечером Демиян улыбнулся:
– Твои родители должны гордиться тобой. Ты хороший работник. Как мы договоримся относительно завтрашнего утра?
У меня защемило сердце.
– Я подойду к вам.
Он протянул мне блестящую карточку.
– Вот мой адрес. Надеюсь на твою помощь завтра. Нам отвезти тебя куда-нибудь, Тарик? По меньшей мере разреши мне заплатить за топливо для твоего мотоцикла. Скажи, где его можно достать?
Он не мог отвести глаз от мотоцикла. Это и понятно, ведь хассани запретили всю продвинутую технологию. Али, мужчина, к которому я мог обратиться за запасными деталями и топливом, привозил контрабанду из-за границы. Я объяснил ситуацию Демияну.