Здравствуй, папочка Мороз!
Шрифт:
– Знаю. Но клянусь – и в мыслях не было, чтобы к этому привело!
Конечно, я ему верил. Предположить, что Мирон увидел сходство между мной и Митей и решил меня так подставить… Нет, такого быть уж точно не могло.
С другой стороны, был ли я рад, что так произошло? Что почувствую, если окажется, что этот парень взаправду мой сын?
Да ну, бред. Такого просто не может быть.
– Что планируешь с этим всем делать? – вскинул бровь Мирон, когда мы помолчали несколько минут.
– Пока не знаю, но к Никаноровне бы отправился.
Друг
– За адресом Мити и его мамаши?
Эта самая «мамаша» почему-то резанула слух. Я поморщился, и Мирон тут же поднял обе руки вверх, показывая, что он ничего такого ввиду не имел.
– А если это действительно твой сын? А мама Мити уже счастлива замужем? – задал он резонный вопрос.
– Ну, нет. Он же сам сказал, что ему нужен папа, – парировал я не менее резонно.
– Папа для Мити и муж для его матери – могут быть совершенно разными персонажами.
Я взглянул на бутылку Джека. То ли туда стали что-то подсыпать, то ли в Мироне проснулся философский настрой.
Но в целом, он был прав. И если это действительно было так, я, черт бы все побрал, просто обязан разобраться во всей этой ерунде. Выяснить, не сын ли мне Митя, для начала. Ну и просто взглянуть на его мать. Может, все это чудовищная ошибка, да и только?
– Уговорил, чертяка, – кивнул я Мирону и сам себе. – Теперь знаю точно – Никаноровне от меня не отделаться, пока у меня не будет нужного адреса.
– Помолимся за нее, – поднял тост в ответ друг. Впрочем, следом добавил то, о чем я и сам невольно задумывался: – Ну… или за тебя.
Варвару, свет, Воспиталовну пришлось брать буквально измором. Сначала она выгнала меня сразу же, стоило мне только появиться на пороге детсада с прекрасным предложением отремонтировать еще что-нибудь взамен на нужную мне информацию.
На следующий день я появился в этой цитадели под занавес рабочего дня, искренне надеясь дождаться на улице Митю и встретиться с тем, кто его заберет. Мити, почему-то, среди выходящих детей не оказалось. Потом меня пронзило осознанием – совсем скоро Новый год. Детей распустят по домам (или на какие-нибудь там каникулы) и хрен я докопаюсь до правды раньше середины января. К тому же, в планах у меня имелась поездка «погреть кости» в теплых краях. Следовательно, и во время новогоднего отпуска мне ничего не светило. А понять, что же такое произошло, все же хотелось.
– Варвара Никаноровна! Если вы сейчас же не скажете мне, вышел ли Митя в сад, и не дадите контакты его родителей, я за себя не ручаюсь, – процедил на следующий день, изо всех сил пытаясь рассмотреть, что происходит в игровой комнате, дверь в которую воспиталка заперла буквально перед моим носом.
– Не ручайтесь где-нибудь в другом месте! – отрезала Никаноровна в ответ. – И покиньте помещение детского сада! Вы не родитель и уже не Дед Мороз. Так что не понуждайте меня вызывать полицию!
Нет, не зря она мне не понравилась с первого
– Окей… окей! – притворно скапитулировал я.
Ну не разводить же дебош прямо среди детей, где, возможно, и находился Митя? Совершенно нет. Напугаю еще детей так, что начнут заикаться и гадить в штанишки.
Тяжело вздохнув, я развернулся и в какой уже раз пошел к выходу.
Значит, будем искать возможности взять крепость штурмом в другом месте.
Шесть лет назад
– Снежка, ты просто обязана пойти на этот корпоратив! – увещевала Лина, нарезая вокруг меня бесконечные круги, будто хотела загипнотизировать.
– Сядь, бога ради, от твоего мельтешения уже башка кружится, – взмолилась в ответ и следом отрезала со вздохом:
– Никуда я не пойду, Лина. Что мне там делать?
– А вдруг там будет твой Мельников? Наверняка приедет поддержать корпоративный дух!
Это ее «твой Мельников» звучало настолько будоражаще, что поправлять подругу я не стала. Хоть и понимала – никогда этот мужчина моим не будет. Ни на словах, ни на деле.
– И наверняка не один, – возразила я, выдавая то, что меня беспокоило. И почти жалобно призналась:
– Не хочу смотреть на то, как вокруг него будет вертеться очередная шикарная модель.
– Вот! О чем я и говорю! – оживилась подруга. – Ты сама должна стать той, кто вертится рядом с ним!
– И как же прикажешь это сделать? – фыркнула я, не скрывая скептицизма.
– Сядь ровно, – скомандовала Лина. – Мы сделаем из тебя девочку с обложки!
Я посмотрела на подругу с сомнением, но та уже вовсю развернула вокруг меня деятельность. На стол полетела косметичка, ловкие пальцы нырнули в мои волосы, начиная вертеть их в разные стороны.
– Лина, я не уверена, что хочу на него вешаться, – сделала я последнюю попытку вразумить подругу. – Это как-то… унизительно.
– А то, что за все время он на тебя и не посмотрел ни разу – не унизительно? – парировала Лина в ответ. – Да не бойся ты! Мы тебя так примарафетим, что Мельников сам на тебя накинется!
Похоже, возражать было просто бесполезно. Подавив вздох, я отдалась на милость рук Лины и ее сомнительного, как вскоре выяснилось, чувства стиля.
– Так, а теперь одежда! – объявила подруга, пресекая мои попытки повернуться к зеркалу.
Из шкафа полетели на кровать все имеющиеся у меня, весьма немногочисленные наряды, и Лина, неодобрительно поцокав языком, выудила из своей безразмерной сумки какой-то лоскуток ткани. Им внезапно оказалась юбка.
– Так и знала, что пригодится! – торжествующе объявила она. – Надевай.
– Но она же совсем короткая… – пробормотала я, с ужасом глядя на кусочек атласной ткани, который едва был способен прикрыть мою задницу.
– Это корпоратив, детка! – объявила громогласно подруга. – Мы обязаны показать все твои достоинства! Давай уже, натягивай.