Зазеркалье

Katerinka_Pel

Он всё ещё с трудом стоял на ногах, но после возгласов противной девчонки с черными волосами и её манипуляций направился в дом Тайлера.

— Дааа, хотел сказать спасибо Вам за дочь… Она пришла сегодня и сказала мне, что нужно жить дальше… Помогла бросить бутылку, — сказал он, и сзади него неожиданно появилась Уэнсдей.

— Уэнсдей… Это правда? — удивилась Мортиша. — Мы рады, что ты так думаешь, и что встала на истинный путь.

— Да, она задвинула такую речь, что кого угодно… Подняла бы… Из могилы, — покашлял

он, вызвав у Мортиши недоумение, а у Уэнсдей — испанский стыд.

— Достаточно, — взяла она его под локоть, пытаясь увести обратно в машину.

— Я буду рад, если ты зайдешь ещё и завтра, — продолжался спектакль для родителей, чтобы они поскорее посчитали дочь нормальной и свалили из её дома.

— Да-да, зайду, уходите уже, — выгоняла она Донована, покачав головой и поджав колени. Актёром он был просто ужасным. Мортиша слегка покосилась в сторону уходящего бывшего шерифа, а затем посмотрела на Уэнсдей опечаленным взглядом. Ей было ужасно жаль Галпина старшего.

— Приехал Ксавье, дочь. Ждет в твоей комнате, — сообщила она спокойным тоном.

— Отлично, мама, спасибо, — направилась она к себе быстрее пули.

— Уэнсдей, — окрикнула её мама. — Если тебе и вправду лучше… Мы обдумаем вопрос с Донованом. Возможно, он сможет навещать тебя ежедневно, чтобы мы могли уехать домой. Если он, конечно, не будет больше пить… Пагсли и так предоставили слишком много вольностей.

— Да, мама, обдумайте, противный младший брат нуждается в большем контроле, — улыбнулась она своей привычной улыбкой.

— Cara mia… Ты улыбаешься… — прикрыла рот Мортиша бледной ладонью.

— Мы еще поговорим, мама. Я пошла к гостю, — сообщила Уэнсдей, следуя в свою комнату.

— Где оно, ты его привез?! — спросила она, как только зашла на порог, не наблюдая его в комнате и тревожно бегая по ней черными глазами.

— И тебе привет. Спасибо Ксавье, что помог… — сказал он наигранно и обиженно.

— Спасибо, Ксавье. Так где оно?! — нервно продолжила она.

— В машине. Где же ещё. Как я должен был протащить его перед твоими предками?! — возмутился он в шутку, глядя на неё своими огромными глазами.

— Нет… Нет. Ты правильно сделал. Мне ни к чему лишние вопросы, — отрезала она. — Давай занесем через задний двор вместе.

— Хорошо, — согласился он… — Что особенного в этом зеркале? Зачем тебе оно?

— Не могу сказать… — ответила она, не отводя взгляд. — Просто мне оно жизненно необходимо.

— Ладно, можешь не говорить, — сказал он, направившись к машине. Уэнсдей было неприятно от того, как она вела себя с ним. Но такова была её внутренняя суть. Он уже должен был привыкнуть, даже если был её другом. Проявлять любовь она могла только к Тайлеру…

— Поговорим? — спросил Ксавье, и Уэнсдей подумала, что будет подозрительно сразу выгонять его, и решила уделить ему хотя бы полчаса времени, когда они уже затащили зеркало

внутрь.

— Хорошо, — согласилась она, и они присели на кровать.

— Что бы ты ни задумала, Уэнс… Умоляю, отыграй назад, — сказал он, глядя в её глаза.

— Не понимаю, о чем ты, Ксавье, — категорично отрезала она, всё отрицая.

— Я знаю тебя… И предупреждаю, что не дам тебя в обиду. Не допущу того, что ты собираешься сделать, что бы это ни было, — уверил Ксавье, положив перед ней ладонь. — Уэнс… Мы так долго дружим. Дай мне шанс, прошу тебя. Дай мне показать, каким я могу быть человеком. Для тебя.

— Я не понимаю, — нахмурилась она, глядя на его руку. — О каком шансе речь?

— Шанс на твоё доверие. Хотя бы объясни, что, черт возьми, происходит. Что за зеркало?! Есть ли шанс… — посмотрел он на её кольцо и замер. Он и не знал, что Тайлер сделал ей предложение. Не обращал внимания. Раньше. До этого самого момента.

— Я пойду, извини, — резко встал он с кровати и направился к двери. Внутри всё резко оборвалось. Ему стало так больно и неприятно, в том числе, потому что они не сказали ему.

— Ксавье, — окрикнула она его, но он даже не обернулся, и она чувствовала себя виноватой после этого.

Как только он ушел, она спустилась вниз и пожелала родителям спокойной ночи. Но всё это была лишь фикция для того, чтобы скорее остаться наедине с тем зеркалом. Поэтому стоило ей вернуться, руки потянулись снять с него скотч и старую ткань, чтобы поскорее…

— Тайлер, — провела она ладонью по стеклу. Зеркало вновь накрыл туман, отражение пропало, а затем…

— Родная… — ответил он, сидя на полу. — Наш дом… Наша спальня.

В его голосе слышалась небольшая радость за то, что он видел вокруг. Ведь именно этот дом был для него всем.

— Да, я принесла зеркало сюда, — ответила она, трогая руками гладкую поверхность. — Ты не представляешь, как я хотела увидеть тебя. Весь день. Как я хотела снова услышать твой голос.

— Представляю, малышка… Я только об этом и думал, — подполз он к зеркалу. — Надеюсь, ты отказалась от своей идеи.

— Конечно, нет… Я ищу. Но мне нужно немного времени… Совсем немного, Тайлер. Твой отец мне поможет, — смотрела она на него сквозь зеркало, но словно по-настоящему.

— Отец? — посмеялся он. — Не верю, что он пойдет на это… Он не верит в загробный мир.

— Поверит. Я заставлю, — настойчиво прозвучал тонкий голосок, и Тайлер посмеялся.

— Не сомневаюсь.

— Мне не хватает наших вечеров… — с грустью промолвила она. — Я совсем не умею без тебя жить.

— Я помню, как говорил тебе то же самое, еще когда… — опустил он взгляд.

— Теперь у меня чувство, что ты просто уехал ненадолго… Но скоро вернешься. Обнимешь меня, как раньше. И я буду всё чувствовать… Мы будто говорим по телефону, верно? — шмыгала она носом.