Завтра
Шрифт:
— Вы не поверите!
Ромуальд указал на первую картинку.
— Видите эту славную фотку? Подобрана к рассказу о бостонской кондитерской.
Эмма взглянула: изобилие разноцветных пирожных на витрине.
Ромуальд нажал сложную комбинацию клавиш, и фотография преобразилась до неузнаваемости.
— Вот как в действительности выглядит ее послание.
На мониторе возникла странная схема из математических формул и программных кодов. Какие уж тут пирожные! Эмма брезгливо поморщилась:
— Что за гадость?
— Полагаю, прототип. Описание интерфейса функции
Он навел «мышку» на изображение, усилил контрастность, и в уголке проступила эмблема: схематичный единорог.
— Продукт корпорации Фитча! — всплеснула руками Эмма. — По-твоему, Кейт занялась промышленным шпионажем?
— Не только.
До полудня они не отходили от монитора. Джарод помог им преобразовать и все остальные картинки. Сначала шли разработки корпорации Фитча, посвященные сенсорным панелям нового поколения, реагирующим не на прикосновение, а на тепловой сигнал.
— Прямо как у Спилберга в «Особом мнении»! — восхитился Ромуальд. — Помните, как Том Круз все перемещает одним движением?
Дальше «покупатели», видимо, заинтересовались алгоритмами, работающими с цифровыми и звуковыми сигналами, с помощью которых можно мгновенно расшифровать любое сообщение. Однако самая опасная информация заключалась в недавних «письмах». Речь шла о микропроцессорах, «мозге» американских новейших баллистических ракет MQ1 «Хищник» и MQ9 «Жнец» — это секретное оружие недавно начали использовать в нынешней войне в Афганистане.
«Высокие технологии и военная промышленность…»
У Эммы живот заболел от страха.
Судя по всему, Кейт злоупотребляла доверием Ника Фитча, выманивала у него наиболее ценную информацию и продавала ее за бешеные деньги конкурентам или другим государствам, заинтересованным в самых важных тайнах США.
Ромуальд как будто прочитал ее мысли:
— Вот в чем смысл комментариев постоянного читателя! «Не заслуживает внимания». «Очень интересно, хотелось бы узнать побольше». Заказчик руководил тетей-доктором, направлял ее, подстегивал. Вот эта информация нам нужна, а та — нет. Разработай эту тему получше, найди еще документы.
Встревоженной Эмме его тон показался чересчур легкомысленным. Впрочем, оба чувствовали приток адреналина: неожиданные открытия, грозные опасности. «Саспенс» как в настоящем шпионском детективе. Расследование завело их, будто киногероев, совсем не туда, куда они предполагали. И хорошо бы им выбраться живыми и невредимыми.
«Вот угораздило же меня!»
Она закрыла глаза, скрестила руки, обхватив себя за плечи, прижала подбородок к груди: страшно-то как!
А с чего, скажите, все началось? Меньше недели назад познакомилась в Интернете с профессором философии и подумала, что влюбилась… Захотела с ним встретиться, что тут плохого? Завела обычный роман. Кто же знал, в какой жуткий переплет она попадет… Просто в голове не укладывается! На вид Мэтью и Кейт — вполне благополучная пара, но оказалось, что за респектабельным фасадом скрывается
— Увы, открытие Джарода ничуть не приблизило нас к разгадке главного ребуса, — вздохнул Ромуальд. — Едва ли Ник делился с Кейт информацией по доброй воле, скорее, ей приходилось здорово потрудиться, чтобы ее раздобыть. Она рисковала многим. Однако, насколько нам известно, корыстью и жадностью дама-хирург не отличается. Деньги как таковые ее не интересуют, значит, у нее есть какая-то сверхзадача.
— Сверхзадача на полмиллиона долларов, — задумчиво пробормотала Эмма. — Мы должны проследить за ней и выяснить, куда она их отнесет.
Она не успела договорить, как мальчишка уже нацепил очки и уставился в монитор.
— Вот это мы сейчас и узнаем, — азартно выкрикнул он, указывая на один из квадратов.
Было около часа дня, Кейт как раз закончила вторую операцию.
Переходя от камеры к камере, они видели, как она идет по коридорам больницы. Вот она открыла свой шкафчик и вытащила роковую спортивную сумку.
— Я догоню ее! — враз решила Эмма и поспешно застегнула куртку.
— Куда вы? Подождите… — безуспешно пытался остановить ее Ромуальд.
Но она уже схватила мобильный, надела рюкзак на плечи и выскочила из номера.
— Главное, не спускай с нее глаз! — приказала она напоследок и захлопнула дверь.
«Быстрей!»
Эмма мчалась к больнице во весь дух. Выскочив из отеля, побежала направо по Чарльз-стрит, широкой улице Бостона между двух обширных городских парков. И сразу же у нее перехватило дыхание от жестокого холода. Обжигающий ветер дул прямо в лицо. Казалось, будто тысячи ледяных иголок впиваются в ноздри, гортань, проникают в легкие.
Еще двести метров изматывающей гонки. Быстрее, быстрее! А может быть, лучше срезать, свернуть в парк, забрать еще чуть правее, к востоку? Так она и сделала. Вот только силы уже на исходе. Ноги нестерпимо болели. Она задыхалась, бессильно хватая воздух ртом. В довершение всех бед подошвы новых ботинок отчаянно скользили, а узкие джинсы сковывали движения. Рюкзак оказался слишком тяжелым, ноутбук ребром врезался в спину.
«Еще быстрей, поднажми!»
Парк остался позади, вот и Джой-стрит. Нет, нужно хоть секунду отдышаться. Она хотела продолжить бег, но зашаталась, споткнулась о бордюр тротуара и чуть не упала. Голова кружилась, в груди жгло огнем, глаза слезились от ветра.
«Не останавливайся! Сейчас нельзя сдаваться! Беги!»
Эмма чудом удержалась на ногах и вопреки острой боли, пронзающей диафрагму, неимоверным усилием воли заставила себя двигаться дальше. Она знала: если промедлит, то упустит Кейт навсегда.
Последние триста метров до входа в больницу дались ей особенно тяжко. От дурноты она почти ничего не видела, тошнота подступала к горлу. С трудом вытащила мобильный из кармана, прижала к уху:
— Где она сейчас, Ромуальд? — крикнула и зашлась раздирающим кашлем.