Завтра утром

Джексон Лайза

Никки все равно исхитрится и разнюхает все о детективе Пирсе Риде. Может, она и не найдет ничего особенного. Может быть, Рид скучен, как грязный носок. Она улыбнулась. Вряд ли. Никки нутром чуяла, что из жизни скользкого копа получится отличный материал. Осталось только нарыть его, и неважно, как глубоко Рид его закопал.

Вертолет «скорой помощи» с рокотом поднялся в воздух со дна лощины. Под натиском зимнего ветра он перелетел через лесистые скалы и скрылся за холмом. Поднимаясь вверх по скале, детектив Дэвис Макфи перевел взгляд на мальчишку, который дрожал рядом. Парень смертельно напуган, это точно, но Макфи не знал, только ли тем,

что второй мальчик может не выжить.

Напарник Макфи, Бад Эллис, взял инициативу на себя.

— Ну, Билли Дин, давай еще раз. Вы охотились, и что-то напугало твоего друга.

— Моего брата… ну… троюродного брата.

— Прескотта Джонса?

— Да, мы с ним часто тусуемся.

— Сейчас не сезон охоты. — Да.

Прыщавый парень не нашел ничего лучше, как уставиться в землю и ковырнуть носком мягкую почву.

Он рассказал, что они с братом гнались за оленем, побежали за раненым животным в лощину, наткнулись на что-то, похожее на могилу, и тут что-то испугало Джонса. Вне себя от страха, он стал карабкаться на холм вместе с собакой Билли Дина, и когда Билли Дин добрался до этого места, то увидел, что его троюродный брат упал в пропасть.

При падении Джонс разбил себе череп, сломал три ребра и правую руку. Еще он распахал все лицо, а очки раскололись. Врач предполагал, хотя и не был уверен, что у парня прободение селезенки или другое внутреннее повреждение, а также, несомненно, сотрясение мозга. Макфи не исключал, что его столкнули. Может, ребята подрались, может, просто дурачились, но, так или иначе, Прескотт Джонс свалился в пропасть глубиной пятьдесят футов и покалечился.

— Итак, ты гнался за ним вверх по холму? — подсказал Эллис.

— Нет, сэр, я шел за ним и старым Рыжиком. Интересно, где этот сучий потрох. Короче, когда я сюда пришел, я увидел, что он падает туда. — Он показал на крутой лесистый склон. — Я не мог к нему спуститься, так что побежал к машине. У его отца там сотовый, и мне пришлось еще где-то с милю проехать, потому что не было связи, но я сразу вам позвонил. Честно. Клянусь. — У паренька стучали зубы — то ли от холода, то ли от страха, то ли от всего сразу.

— И на дне ущелья вы нашли могилу? — спросил Эллис.

— Да, сэр, — Билли Дин так усердно закивал, что грязная светлая челка захлопала по бровям.

— Ну, давай поглядим.

Эллис взглянул на Макфи, и они отправились за парнем по тропинке. По одну ее сторону на опушке лежал выпотрошенный олень; его внутренности вывалились наружу. Рядом, как и утверждал мальчишка, высилась куча свежей земли, явно походившая на могилу. Макфи это не понравилось. Он вынул жестянку с жевательным табаком и набил себе рот. Что, черт возьми, лежит под землей? Возможно, еще один убитый олень. Или ничего. Или мусор… хотя мусор обычно валяется где попало.

А это засыпанная яма, но землю не прикрыли листьями, ветками или палками. Если не брать в расчет того, что могила — если это могила — находится глубоко в ущелье, тот, кто ее вырыл, оставил все так, что каждый прохожий мог это увидеть.

Странно. Очень странно, черт возьми.

— Давай посмотрим, что там, — сказал он Эллису.

— Может, вызвать шерифа? Вдруг понадобится бригада для осмотра места преступления?

— Какого преступления? — спросил Макфи. — Кто знает, что там внутри. А если ничего не найдем? Переполошим всех зазря.

— Знаешь, схожу-ка я за лопатой и позвоню в управление.

— Давай. А Билли Дин побудет

со мной. Верно, брат? Парень хотел было возразить, но передумал.

— Да, сэр.

— Вот и хорошо. Холод собачий, — Макфи потер руки и посмотрел на небо. Серые тучи грозили дождем. Эл-лис поспешил по тропинке, а Макфи вынул нож и осторожно ковырнул землю. Парнишка занервничал, и коп решил, что тот недоговаривает. — Ты уже бывал здесь?

— Да.

— Точно?

— Ну не прямо здесь, но рядом.

— Ты был в этом ущелье?

— Один раз, где-то месяц назад.

— Ты видел эту могилу?

— Нет, сэр, ее тут не было.

В это Макфи верил. Земля была свежая, как взрыхленный дерн на новом поле. Она отличалась по цвету от окружающей земли, и ее не тронули ни дождь, ни животные. Два дня назад шел ливень. Как из ведра. Насыпь должно было разровнять. Но нет. Потому что появилась она совсем недавно. Макфи снова поковырял ножом посреди насыпи. Он прокопал небольшую ямку, и тут лезвие ножа ушло глубоко вниз, глубже, чем рукоять, и ему пришлось наклониться и упереться коленом в землю. Он копал все глубже и глубже, а мальчишка переминался с ноги на ногу, утирал сопли и звенел в кармане ключами.

— Твоя собака может убежать далеко?

— Что? Нет, сэр. Старый Рыжик далеко не убежит.

— И где он, как ты думаешь?

— Не знаю. — Он нахмурился и поджал губы, словно чем-то встревоженный. Потом прикусил нижнюю губу и шмыгнул носом. — Папаша с меня шкуру сдерет, если с ним что-то стрясется.

— Не придумывай себе проблем, — сказал Макфи. Он не сомневался, что их и так уже достаточно.

В желудке у Рида бурчало. Пищевод сжигала кислота. Он посмотрел на часы и понял, что возится с бумагами, электронной почтой и прочей рутиной с тех пор, как они с Морисетт утром вернулись с кладбища. На завтрак был только кофе, обеда не существовало, а он с шести на ногах. Сейчас уже без пятнадцати три. Пора прерваться. Он покрутил шеей, чтобы хрустнуть позвонками и расслабить плечи. Интересно, когда он последний раз занимался в спортзале? Неделю назад? Десять дней? О черт, наверное, дольше. Вечером, что бы ни случилось, он натянет форму и отправится в старый спортивный клуб, где спаррингуют боксеры, лязгают штанги, а к стропилам поднимается запах мускуса и пота. Это был не типичный современный клуб с электронными беговыми дорожками и степперами, которые считают пульс, сожженные калории и пройденную дистанцию. Ничего подобного. Здесь придерживались старой школы. Вес, вес и еще раз вес. Хочешь бегать — бегай трусцой. Хочешь нагрузить верхнюю часть тела — дерись с мешком, бей его, чтобы избавиться от накопившейся агрессии, а если нужно двигаться быстрее, работай с грушей.

Настоящие мачо надевали перчатки, вставляли капу и шли на ринг, а остальные посетители смотрели на них и периодически делали ставки. Не то чтобы это было законно, но что с того? Рид и кое-кто еще в управлении предпочитали смотреть на ставки сквозь пальцы. Он вообразил, как на этих щербатых цементных полах или за раздолбанными раздевалками заключают сделки наркодельцы, но он не видел, чтобы тут покупали метамфетамин, кокаин или стероиды. Пока не видел. И надеялся, что не увидит никогда.

Вытянувшись в кресле, он обдумывал записку, которую получил утром. Письмо, возможно, послал очередной придурок, который решил прославиться, выводя из себя полицию. Конверт послали Риду, потому что он — самая легкая мишень: после дела Монтгомери его хвалили больше всех в управлении.