Завоеватель

Джойс Бренда

Теперь, когда ее больше не душили обида и гнев, Кейдре могла обдумать свое положение более обстоятельно и логично. Она осторожно покосилась на норманна. Кокетка из нее не получилась, это ясно: стоило ей лишь попытаться — и вместо того, чтобы оказаться у Рольфа в постели, она вышла замуж за другого. Ей до сих пор было досадно об этом вспоминать. Вдобавок Кейдре так и не знала наверняка, хочет ее Рольф или нет. Предаст ли он своего самого верного друга, если она снова попытается его соблазнить? Хотя, с другой стороны, он здесь полноправный

хозяин и волен ни в чем себе не отказывать.

Ее бросало то в жар, то в холод. Теперь, когда собственные переживания отошли на второй план, Кейдре остро чувствовала тяжкий груз ответственности перед братьями, и она непременно должна была что-то предпринять.

Рольф надолго задержался в тот вечер в главном зале за кубком вина — ему не хотелось спать, даже несмотря на беспокойную ночь, когда он не находил себе места, тревожась за Кейдре.

Очаровательная ведьма не шла у него из головы и сейчас. Почему она так смотрела на него весь вечер? Хорошо, если Гаю хватит совести не трогать ее нынче ночью. Пусть отдохнет и наберется сил.

Почувствовав, как все внутри сжалось от этой мысли, Рольф мрачно подумал, что Ательстан был прав — чем скорее эта парочка окажется в Дамстенборо, тем лучше будет для всех.

Осушив свой кубок и со стуком поставив его на стол, норманн взял с собой масляный светильник и отправился наверх. В спальне он пристроил светильник на сундук и принялся расстегивать перевязь с мечом. Просторную кровать окружал густой сумрак, однако сомнений быть не могло: там кто-то лежал!

Первой его реакцией была вспышка отвращения и ярости:

— Вон из моей постели, Алис, отправляйся к себе; мне тошно к тебе прикасаться! И учти: в следующий раз ты не отделаешься так просто! Тебе никто не разрешал покидать кабинет, и я еще хорошенько подумаю, прежде чем назначить тебе наказание!

От его грозного окрика Кейдре резко приподнялась, одеяло сползло с нее до самого пояса. Ослепительно прекрасная в своей наготе, она смотрела на Рольфа загадочными, широко распахнутыми глазами.

— Что ты здесь делаешь? — прошептал он.

— Я хочу тебя, — просто ответила она, осознавая в этот самый миг, что говорит правду.

Рольф смотрел и не верил своим глазам: в ее взгляде он прочел все, о чем так страстно мечтал. Он сам не заметил, как оказался рядом и пришел в ее объятия так, как корабль входит после бури в родную гавань.

Все окружающее было забыто: главной стала их близость, их разгоряченные тела, двигавшиеся в унисон в древнем, как мир, ритме.

— Кейдре! Кейдре! — выкрикивал он, чувствуя, что вселенная взрывается множеством ослепительных огней.

— Не останавливайся! — просила она, жадно целуя его в губы и снова раскрываясь ему навстречу. Словно во сне норманн увидел ее лицо, искаженное сладостной пыткой, и содрогнулся от вспышки экстаза; она смеялась и плакала от наслаждения и восторга, тая в его объятиях.

Глава 48

Когда

Рольф пришел в себя, его сердце стучало гулко и часто. Кейдре была здесь, в его постели. Она сама пришла к нему, сама призналась, что хочет его, и отдалась ему с той же самозабвенностью, с какой он брал ее дивное тело. И эту женщину он отдал в жены Гаю!

Рольф откатился от нее и мрачно уставился в потолок. Легкие пальчики ласково пробежались по его плечу, и гнев на собственную несдержанность мигом испарился, уступив место вспышке нежности. Он утонул в фиалковых глазах, сиявших от восторга и благодарности. Рольфу казалось, что Кейдре ласкает его как-то по-особенному, находя удовольствие в самом прикосновении к его телу. Почувствовав, что возбуждается вновь, он резко перехватил ее руку.

— Где Гай?

— Развлекается с девками, — не моргнув глазом ответила она. — Не бойся, он не хватится меня нынче ночью.

— Придурок! — буркнул Рольф, прежде чем успел остановить себя. Кейдре молчала, и он тревожно заглянул ей в лицо. — Я вел себя слишком грубо?

— Нет.

От одной ее улыбки ему захотелось петь.

— Ты едва оправилась после темницы, и тебе, наверное…

— Все уже прошло. — Она ласково сжала его руку. Рольф со вздохом откинулся на подушки и снова уставился в потолок.

— Тебе не следует винить себя! — прошептала Кейдре, приподнявшись на локте и задев грудью его плечо.

— Кажется, ты читаешь мои мысли? — с досадой спросил норманн.

— Мне это вовсе ни к чему — твои мысли написаны у тебя на лице. Вдобавок я хорошо тебя изучила.

— И угораздило же меня отдать тебя Гаю! — посетовал он.

— Это не важно. Ты, наш лорд и повелитель, волен брать все, что пожелаешь.

— Гай наверняка думает иначе!

— Нет, он ни в чем не посмеет тебе отказать.

— С чего ты взяла?

— Не имеет значения. Но если тебя это так волнует — ему совсем не обязательно обо всем знать.

— К чему ты клонишь? — Он грубо схватил ее за руку. — Я не привык изворачиваться и лгать, как не собирался делать рогоносцем своего лучшего друга; однако из-за тебя случилось и то и другое!

— Нам нельзя друг без друга, милорд! — Кейдре провела ладонью по его щеке.

Он снова подумал, что должен немедленно, сию же минуту убираться отсюда подобру-поздорову. Но было уже слишком поздно: он не в силах был уйти.

— Ты настоящая ведьма! — хрипло выдохнул Рольф. — Я больше не сомневаюсь, что ты меня заколдовала!

Горячая ладошка легко заскользила по его плечу, шее, груди…

— Ты такой большой, такой сильный и грозный… — нашептывала Кейдре.

Рольф застонал, подхватил ее и уложил поверх себя. Простая ласка и нежные слова снова сделали его рабом страсти.

— Хочешь быть сверху? — предложил он, прижимаясь к ней своим ожившим копьем.

— Не знаю… — Она вздрогнула от неожиданности, почувствовав его внутри себя. — Ты же проткнешь меня насквозь!