Заводите моторы
Шрифт:
Ее голос притих.
— Я оцепенела и была в ужасе, когда ты разбился. Я побежала через гараж, как одержимая. Я не хотела снова потерять тебя, — запиналась она.
Я ненадолго сжал ее руку, которую она сжала на коленях.
— Ты меня не потеряешь, Сена. Я никуда не ухожу.
— Но твое увольнение…
— Я постараюсь остаться. Не знаю смогу ли, но попытаюсь, — мне не следовало давать обещаний, которые не смогу сдержать. Я всего-то съездил до аптеки в деревне. — Но мне, может, понадобиться твоя помощь.
— Я всегда рядом.
Даже когда страхи
Я припарковался, и она вылезла из машины. Ее шорты почти обнажили краешек ее задницы.
Вот тебе и платонические чувства.
*****
К концу дня мы с Сенной сидели на диване, укутавшись в плед, а фильм освещал ее лицо.
Она уснула час назад. Она настояла на том, чтобы остаться и убедиться, что Флафферс в порядке. Ее губы были приоткрыты, и они манили меня. Я вспомнил вкус клюквы, который преследовал меня во снах после нашей ночи в баре. Я добавил бальзам для губ со вкусом манго в список нужных покупок, чтобы рядом был ее запах, когда меня накрывала паника.
Я либо был психопатом, либо безумно влюбленным.
Сегодня мы снова стали хорошими друзьями, и это все, чем мы могли быть. Мы не обсуждали случившееся той ночью в баре, и, как мне кажется, это было лишь вопросом времени. Как я и сказал ей в машине, я никуда не уйду, даже если постоянно находиться рядом с ней будет для меня пыткой.
Сенна заерзала во сне, и меня накрыло ее аромат апельсинов.
— Я хочу поцеловать ее в лоб и обнять, — прошептал я Флафферсу, который царапал мою коленку, напоминая, что он единственный, кому могло быть посвящено мое внимание.
Я посмотрел на Сенну. Для Флафферса это стало последней каплей. Он бросил на меня убийственный взгляд, спрыгнул с моих коленей и на своей зажившей лапке поковылял к спальне. Туда-то мне и стоило пойти, но не хотелось будить Сенну. Если бы я до конца жизни мог бы наблюдать за тем, как она спит, то она была бы практически полноценной. Не хватало лишь одной части.
Она застонала во сне, и мой член стал тверже камня. Вот, в чем было дело. Я хотел поцеловать ее, доставить ей удовольствия, которого она никогда раньше не знала. Хотел стереть в порошок мистера Придурка-Ветеринара и всех остальных парней, которым посчастливилось прикоснуться к ней. Ни один из них не заслуживал ее.
Как и я.
Я безнадежный пилот, дающий обещания, которые вряд ли смогу сдержать. Заняться с ней чем-нибудь навсегда уничтожит мою дружбу с Ники. И все же, когда она прижалась ко мне во сне, мои руки обняли ее. Ее грудь прижималась к моей, а мои губы касались ее лба. Я пропустил ее волосы через пальцы и нашептывал ей обещания. В конце концов, моя голова откинулась назад, и я закрыл глаза, молясь увидеть во сне жизнь, в которой я мог быть с Сенной.
Глава 33
СЕННА
Сражение
Коннор сжал мою руку.
— Раньше мы с мамой смотрели эти гонки по субботам, пока она суетилась и готовила ужин.
Я хотела провести костяшками по его свежевыбритой челюсти.
— В них ты обнаружил любовь к вождению?
Его глаза заблестели, когда он встретился со мной взглядом.
— В них я обнаружил любовь к адреналину.
В животе все перевернулось. Он понятия не имел, насколько сексуально выглядел, когда говорил такие вещи. Мой взгляд скользнул по его предплечьям, которые содрогнулись, поскольку соперники заставляли друг друга ездить все более опасно. Я уловила краешек его татуировки Сильверстоуна и с трудом подавила желание провести по ней пальцами. За последние три дня мы работали над операцией «Вернуть Коннора за руль». Но я лишь стала хотеть его еще больше.
— Я помню тебя в тринадцать лет. Ты был бесстрашным на трассе.
Мы сидели ближе, чем следовало, если я не хотела испытывать странные чувства, словно была опьяненной Коннором. Его бедро прижималось к моему. При каждом движении его тело прижималось к моему. Это была та еще пытка для моих сосков, которые впивались в кружевной лифчик. Он понятия не имел, что делал со мной.
И вот в таком состоянии прошло три дня, потому что мы не отходили друг от друга ни на шаг, пока играли в компьютерные игры или развлекали Флафферса.
Мои ноги раскрылись шире, словно тело контролировалось гормонами.
— Полагаю, твои аварии прервали чувство адреналина, — запиналась я.
— Я могу найти адреналин в других вещах, — он посмотрел на меня краем глаза.
В голове вспыхнули образы, как я лежала под Коннором. Если наш поцелуй, который все еще пробирался в мои сны, имел к этому какое-то отношение, то я не удивлена. Мое тело вспыхнуло, и я прикусила губы. Время, проведенное вместе, усугубило мои чувства к нему. Все. Это уже было не просто отчаянным желанием снова поцеловать его. Мое подростковое сердце ожило впервые за несколько лет, и оно хотело обниматься с ним, слушая на повторе Тейлор Свифт. Тем временем, взрослая часть меня хотела скакать на его члене.
Он надел кепку задом наперед. Его костяшки побелели, и я упрекнула себя за то, что возбудилась, когда он страдал.
Он прочистил горло.
— Но дело не в том, что я боюсь водить. А в том, что я больше не люблю это.
Я вздохнула и прикрыла рот рукой.
— Ты не любишь водить? Но я дважды позволила тебе сесть за руль моей машины.
Он посмеялся и толкнул меня. От его прикосновения моя кожа вспыхнула, и, клянусь, он пялился на мои ноги, когда я подогнала их под себя. Приятно было снова надеть свои шорты и футболку. Я посмотрела на берег за окном. От всех этих прикосновений мне хотелось нырнуть в реку и остудиться.