Завет Холкрофта
Шрифт:
— В Берлине нет администратора, не знающего английского, сэр.
Ноэль улыбнулся.
— Прекрасно. Я ищу управляющего.
— Вы его уже нашли. Чем могу быть полезен? Желаете столик?
— Думаю, он уже заказан. На имя Кесслера. Управляющий посмотрел на него с уважением.
— Да, он звонил минут пятнадцать назад. Но столик он заказал на девять. А сейчас только...
— Я знаю, — перебил его Холкрофт, — я пришел слишком рано. Но я хочу попросить вас об одолжении. — Он показал на свой «дипломат». — Я привез это для профессора Кесслера. Кое-какие исторические документы, которые предоставил ему
— Конечно, — ответил управляющий. Он протянул руку за «дипломатом».
— Только понимаете, это ценные документы. Не в денежном, а в научном смысле.
— Я запру их в моем офисе.
— Благодарю вас.
— Bitte schon. Ваше имя, сэр?
— Холкрофт.
— Благодарю вас, герр Холкрофт. К девяти ваш столик будет готов. — Управляющий кивнул, повернулся и торопливо понес «дипломат» к двери под лестницей.
Ноэль минуту размышлял над тем, как вести себя дальше. Никто не входил сюда с тех пор, как он здесь. Это значило, что человек в черной кожаной куртке поджидает его на улице. Пора проглотить наживку, пора загнать этого человека в угол.
Он взглянул на лестницу, и тут его поразила неприятная мысль. Только что он сделал самую большую глупость, какую только можно было себе представить! Он привел человека в черной куртке туда, где он будет встречаться с Эрихом Кесслером. И в довершение всего еще и назвался своим именем.
Кесслер и Холкрофт. Холкрофт и Кесслер.Они теперь связаны. Он выдал неизвестного третьего из Женевы! Выдал так, как если бы дал объявление в газете.
Теперь уже вопрос, способен ли он устроить ловушку, не стоял. Он долженэто сделать. Ему нужно нейтрализовать человека в черной кожаной куртке.
Он распахнул дверь и вышел на тротуар. Курфюрстендамм была освещена. Было прохладно, и в небе луна окружила себя туманом. Он пошел вправо, засунув руки в карманы, чтобы они не мерзли. Прошел мимо мотоцикла и двинулся дальше. Впереди, кварталах в трех от него, на левой стороне Курфюрстендамм виднелась громада церкви Кайзера Вильгельма, прожектора освещали разрушению бомбежкой башню, которую решено было никогда не восстанавливать, — напоминание Берлина самому себе о гитлеровском рейхе. Он решил использовать ее как ориентир.
Ноэль продолжал свой путь по аллее, двигаясь медленнее большинства прохожих, часто останавливаясь перед витринами. Через равные промежутки времени он смотрел на часы, чтобы создать впечатление, что считает минуты, что он, возможно, старается так рассчитать время, чтобы прибыть на встречу в определенный момент.
Прямо напротив церкви Кайзера Вильгельма он немного постоял у края тротуара под фонарем. Взглянул налево. В тридцати ярдах, повернувшись к Холкрофту спиной, человек в черной кожаной куртке наблюдал за уличным движением.
Он был здесь, это все, что интересовало Холкрофта.
Ноэль снова пошел вперед, теперь уже быстрее. На углу он посмотрел название улицы: Шёнбергштрассе. Она шла под углом к Курфюрстендамм, и по обеим ее сторонам тянулись магазины. Тротуары казались более людными, прохожие меньше спешили, чем на Курфюрстендамм.
Он
Он дважды видел человека в черной кожаной куртке.
Так Ноэль дошел до третьего квартала. В пятидесяти футах от угла начиналась узенькая поперечная улица, соединявшая Шёнбергштрассе и параллельную ей улицу. Переулок был темный, по его сторонам виднелись темные провалы дверей. Темнота отпугивала вечерних прохожих.
Но этот переулок был в то же время хорошей ловушкой — неосвещенное пространство из кирпича и бетона, в которое он заведет своего преследователя.
Он продолжил свой путь, миновал переулок, все ускоряя шаг, а в ушах у него звучали слова Хелден: «Любитель всегда поступает неожиданно, не потому, что он умен или опытен, но оттого, что он просто не знает, как поступить. Быстро и явно совершай неожиданные поступки, словно ты растерялся».
Он дошел до конца квартала и резко остановился у фонаря. Он огляделся вокруг, словно его что-то удивило, развернулся — человек, который не может принять нужное решение. Возвратился к переулку и неожиданно побежал, налетая на пешеходов, нырнул в переулок — человек, охваченный паникой.
Холкрофт бежал, пока не стало совсем темно, пока он не оказался в глубине переулка, среди теней, и огни не затерялись вдалеке. Он заметил металлическую дверь — какой-то черный ход. Кинулся к ней, забился в угол, прислонившись спиной к кирпичу и стали. Сунул руку в карман и сжал пистолет. Глушитель не был прикреплен — в этом нет необходимости. Стрелять Ноэль не собирался. Он хотел использовать пистолет только как угрозу, да и то не сразу.
Ждать пришлось не долго. Он услышал шаги бегущего человека и понял, что и у врага резиновые подошвы.
Человек пробежал мимо, потом, словно разгадав уловку, остановился, вглядываясь в тень. Ноэль вышел из своего закутка, держа руку в кармане пиджака.
— Я ждал тебя. Стой, где стоишь. — Он говорил с напором, пугаясь собственных слов. — У меня в руке пистолет. Я не хочу стрелять, но я выстрелю, если ты побежишь.
— Два дня назад во Франции ты не колебался, — сказал человек с сильным акцентом и действовавшим на нервы спокойствием. — Я не жду, что ты остановишься и теперь. Ты — жалкая свинья. Ты можешь меня убить, но мы тебя остановим.
— Кто вы?
— Какая разница? Просто знай, что мы тебя остановим.
— Ты из «Возмездия»?
Несмотря на темноту, Ноэль смог разглядеть презрение на лице этого человека.
— "Возмездие"? — переспросил тот. — Террористы без причины, революционеры, с которыми никто не хочет иметь дел. Мясники. Я не из «Возмездия».
— Тогда из «Одессы»?
— Ты бы этого хотел, не так ли?
— Что ты имеешь в виду?
— Вы используете «Одессу», когда подойдет время. На ее совести много грехов, вы будете убивать от ее имени. Мне кажется, ирония в том, что мы бы истребили «Одессу» так же быстро, как и вы. Но нам нужны именно вы; мы-то знаем разницу между клоунами и монстрами. Поверь, мы вас остановим.