Застава
Шрифт:
– Держись возле меня, – скомандовал Тур.
– А?
Брат повторять не собирался. Вышел в проход вагона и громко объявил.
– Граждане, впереди на путях авария. Если среди вас есть медики, прошу вас помочь. Я врач. Я иду на место крушения.
– Все, кто готов оказать помощь, идёмте! – подхватил Владимир Полозов.
Народ моментально притих. Близнецы оглядели людей, чуть ли не синхронно повернулись к выходу и решительно направились к голове поезда.
В следующем вагоне призыв повторился. Лис, выполнявший роль массовки, ожидающе
– Я медицинская сестра! – вскочила юная барышня и, невзирая на шиканье двух испуганных подружек, вышла вперёд. – Я в медучилище учусь.
Встали два работяги и ни слова не говоря направились за Полозовыми и студенткой-медсестрой.
В трёх вагонах по пути к электровозу к команде присоединились молодой ефрейтор срочной службы, папаша большого шумного семейства, несколько молодых парней в спортивных костюмах и пожилой мужчина, заявивший, что служил в пожарной части.
– Куда вас несёт?! – помощник машиниста, висевший на подножке локомотива, поспешно влез назад на площадку. – Уже давно вызвали, кого следует. Эй!
Владимир Полозов бесцеремонно отодвинул его с дороги и спрыгнул на гравий. Метрах в трёхстах от остановившейся электрички в чистом зелёном поле под ласковым летним солнцем развернулась трагедия. В чёрных клубах дыма, ползущего по насыпи, мерцали языки пламени. Горели два последних вагона. А весь состав во главе с локомотивом беспомощно ссыпался под откос длинной уродливой грудой. Люди, казавшиеся издали маленькими и жалкими, растерянно сновали возле опрокинутых вагонов, сидели и лежали в траве, другие бессознательно отползали и ковыляли к перелеску, не заботясь ни о неподвижных телах возле насыпи, ни о разбросанных, будто мусор, мешках, чемоданах и тюках.
– Дело дрянь, – сквозь зубы процедил бывалый пожарник.
– Поторопимся, мужики, – бросил Владимир Полозов.
Они побежали к заваленному составу. Лис не надеялся, что вся собранная команда последует их примеру, и был немало изумлён, обнаружив рядом с собой и добросовестного папашу семейства, и работяг-ремонтников, и даже запыхавшуюся студентку-медсестру.
Заметив людей из электрички, несколько пассажиров, мечущихся возле последних горящих вагонов, бросились к ним, как к спасителям.
– Это МЧС?! Вы из МЧС? – бессмысленно кричал чумазый от гари проводник.
– Там моя жена! Умоляю, помогите!! – вырвался вперёд мужчина со следами ожогов на лице.
В своём безумном броске он попал прямо в руки ефрейтора и повис на его плечах, сотрясаясь в рыданиях.
– Шок, – констатировал Всеволод Полозов и скомандовал. – Кто имеет хотя бы элементарную медицинскую подготовку, за мной.
– А мы займёмся эвакуацией оставшихся в вагонах, – подхватил его близнец.
– Вы из МЧС? – опять проорал проводник.
– Успокойся, скоро тут будут и МЧС, и врачи, и пожарные, – удивительно спокойно сообщил ему Владимир Полозов и обвёл взглядом всех, кто обступил добровольцев.
Проводник умиротворённо кивнул и опустился на землю возле лишившегося сознания
– Кроме пожара, будьте готовы тушить панику, – предупредил Владимир Полозов и зашагал к рухнувшему поезду.
Спортсмены, ефрейтор, два ремонтника и пенсионер-пожарник уверенно направились за ним, как за боевым лидером.
Всеволод Полозов в свою очередь взял правее, в поле, где копошились раненые и уцелевшие. Лис несколько секунд колебался, к какой команде присоединиться ему. В медицине он был, мягко говоря, не силён, а соваться под руку Ворону зарёкся ещё неделю назад.
– Крови не боишься, парень? – спросили рядом.
– Нет, вроде, – соврал Лис.
– Тогда нам туда, – многодетный папаша показал ему на медиков.
– Вы тоже врач? – осведомился Лис уже на ходу.
– Стоматолог. Но доктор прав: нужно использовать любой шанс, чтобы спасти людей.
Масштабы катастрофы проявлялись из статичной картины вместе с ужасом, висевшим над шокированными, израненными, полуживыми и полумёртвыми. Всеволод Полозов, чётко следовавший своим принципам, прогнозов не строил. Но и он дрогнул, когда спустя десять минут интенсивной работы мысли, воли и горячих рук понял, что в числе пострадавших – каждый третий. Уложив на траве очередную пациентку, беспокойную женщину с черепно-мозговой травмой, он выпрямился и оглядел фигуры людей, разбросанные вдоль развалившегося поезда под железнодорожной насыпью. До прибытия спасательной команды по самым оптимистическим подсчётам оставалось минут двадцать, учитывая расстояние до города и инертность захваченных врасплох начальников. Ровно столько же прошло с момента крушения. И на беду среди выживших в аварии не оказалось никого, сохранившего хладнокровие и способного мало-мальски грамотно оказать первую помощь пострадавшим попутчикам. Паника выбила из строя даже тех, кому посчастливилось отделаться мелкими синяками и царапинами.
– Доктор! Сюда!
Всеволод Полозов профессионально улыбнулся успокоившейся женщине:
– Всё будет хорошо.
И побежал на зов.
Студентка-медсестра сидела на коленях возле стонущего молодого человека и двух его потрёпанных приятелей. Те, видимо, хотели оттащить товарища подальше от железнодорожного полотна, но, напуганные его отчаянным криком, оставили свою затею.
– Посмотрите, по-моему, это перелом позвоночника, – прошептала девушка, когда врач наклонился к пострадавшему.
Всеволод Полозов вздрогнул, ладони мгновенно похолодели, а в глазах покатились кадры, бывшие реальностью пятнадцать лет назад. Рушатся строительные леса. Человек летит вниз. Падает навзничь и остаётся неподвижным. Собственный вопль – брат!.. Холодная больничная палата…
– Требуется иммобилизация, – доктор Полозов говорил автоматически. – Справитесь?
– Да.
– Умница. Как вас зовут?
– Оля.
– Добро пожаловать на практику, Оля. Из вас получится отличная медицинская сестра.