Заставь меня жить
Шрифт:
Вообще, я в некоторой степени симпатизировал этому образованному человеку. С ним интересно общаться. Да, конечно и с Ремусом мы порой вели занимательные беседы долгими зимними вечерами в стенах замка, и Сириус мне был близок так же, как и отец, но Снейп… Он - это другое. С ним я не мог поболтать о насущном, поделиться какими-то забавными историями из школьной жизни, но в плане интеллектуальных разговоров ему просто не было равных. Его трезвый ум, абсолютно специфичный взгляд на многие вещи, холодная рассудительность и необычайная твёрдость
Сириус порой обижался на меня за то, что я предпочитал компанию Снейпа, и я сам не раз удивлялся подобному своему поведению, но что-то тянуло меня в общество этого загадочного человека. И еще я замечал, как радовалась мама. Потому что она, всё-таки украдкой, но переживала из-за порой шаткого перемирия между отцом и профессором. А я словно перекидывал спасительный мостик между двумя берегами.
* * *
Было лето 1997 года. Я закончил предпоследний год обучения в школе чародейства и магии Хогвартс и, как всегда, приехал на лето домой. Та же тёплая встреча, тот же традиционный полёт на мётлах с отцом, тот же праздничный ужин. Да, из года в год ничего не менялось, но это не приедалось, а наоборот, радовало и грело душу.
В этом году было лишь одно изменение. Я приехал домой несколько позже, потому что заезжал на пару недель в Нору погостить у семейства Уизли, и только после этого направился в Годрикову впадину. И был приятно удивлён, обнаружив, что я - далеко не первый приехавший сюда. Ремус, Сириус, Снейп - все они уже были здесь. Лишь две вещи были удивительны для меня: почему Снейп практически сразу приехал к нам, обычно он приезжал где-то в конце июля, и почему нет Питера. Ну да ладно, разузнаю попозже.
Ужин проходит в особо радостной атмосфере. Наевшись, я брожу вдоль полок в гостиной, разглядывая столь знакомые колдографии, в то время как Сириус с Ремусом и отцом устраивают мини фейерверки под аккомпанемент звонкого смеха мамы. Периодически оборачиваясь, я любуюсь разноцветными вспышками, тепло улыбаясь родным мне людям.
Проходя мимо окна, бросаю короткий взгляд на улицу и замечаю чёрный силуэт в мягком свете половинки-луны.
Обернувшись на увлечённых фейерверками родных, я тихонько выскальзываю во внутренний дворик.
Снейп сидит в одном из плетёных кресел, лицом к луне, в расслабленно-блаженной позе, закинув ногу на ногу, с бокалом в руках и с закрытыми глазами. На лице его застыло такое спокойное выражение лица, не как всегда, без набежавших морщин на переносице и привычно чуть поджатых губ, что я на несколько секунд теряю дар речи.
– Кхм…можно к вам присоединиться, профессор?
– неуверенно спрашиваю я. Почему-то мне кажется преступлением нарушать одиночество этого человека. Но он, открыв глаза, устремляет на меня абсолютно нормальный, без высокомерия или раздражения, взгляд, и лишь коротко кивает в знак согласия.
Всё ещё
Присев на край, начинаю возиться с кедами. Почему-то хочется снять обувь и залезть с ногами. Наконец, расправившись со шнурками, сбрасываю обувь и забираюсь в невероятно удобное кресло, расправив плечи и чуть откинув голову на спинку.
– Почему вы не развлекаетесь с родственниками?
– неожиданно звучит вопрос.
– Ну… я просто хотел поговорить с Вами, - пожимаю плечами.
– О чём же?
– он вопросительно изгибает бровь.
– Для начала, почему нет Питера? Он же всегда приезжал чуть ли не в первых рядах… - задумчиво отвечаю я, изучая черты лица мужчины рядом.
– Я не могу дать тебе ответа на этот вопрос, поскольку Петтигрю не соизволил известить меня о причине своего отсутствия, - спокойно отвечает Снейп, задержав на мне взгляд и пригубив чуть напитка из своего бокала.
– Хм, ладно. Тогда ещё вопрос. Почему Вы…ну…приехали раньше, чем обычно?
Я чуть разворачиваюсь в кресле, садясь вполоборота, чтобы не приходилось каждый раз поворачивать голову в попытке посмотреть на профессора и, облокотившись, подпираю подбородок ладонью, задумчиво постукивая указательным пальцам себе по губам.
– На то у меня были свои личные причины, - отзывается Снейп, снова задерживая на мне взгляд, причём дольше, чем позволяют нормы этикета.
– И какие?
– Поттер, что именно тебе непонятно в смысле слова «личные», м?
– с оттенком раздражения в голосе переспрашивает Снейп, чуть подавшись вперёд ко мне, так что волосы падают ему на лицо, скрывая от мягкого света луны.
– Эм…да в принципе всё понятно… - как можно более непринуждённо отвечаю я, в который раз пожимая плечами. Что-то он темнит. Ну да ладно, сейчас не совсем подходящее время для выяснений. Узнаю завтра. В конце концов, можно спросить у мамы.
– Гарри, милый, где ты?
Раздавшийся со стороны дома голос мамы заставляет меня невольно вздрогнуть и обернуться.
– О…вы с Северусом, - её красивое лицо озаряет тёплая улыбка.
– Да, беседовали малость, - отвечает Снейп, так же оборачиваясь к маме и чуть улыбаясь ей в ответ.
– Это хорошо… Гарри, солнышко, уже пора спать, время позднее.
– Конечно, мам, - ныряя назад в кеды, даже не потрудившись зашнуровать их, подбегаю к ней и, чмокнув её в щёку, уже хочу зайти в дом, но в последнюю секунду оборачиваюсь:
– Спокойной ночи, профессор.
И уже в миг до того, как я закрыл за собой дверь, до меня донеслось тихое «Спокойной ночи, Гарри».
Глава 2
Ночью мне снится кошмар. Всё как в тумане, голоса и образы настолько неясные, так что мне приходится напрягать слух и зрение, чтобы что-то понять.