Защитник
Шрифт:
С воздуха база выглядит внушительно — это целый комплекс массивных модульных построек, окружённых мощной стеной и парой башен. В центре возвышается главный корпус — трёхэтажное здание — полная копия моего командного центра из Фритауна.
Евроальянс расположился на стратегически важных холмах между рекой и озером, построив здесь мощный укреплённый опорный пункт. Именно поэтому врагу даже с численным преимуществом так сложно взять Хедемору — она зажата естественными рубежами.
Если только твои враги не могущественная раса пришельцев, которая
Через реки уже прокинуты металлические понтонные мосты, по которым к штурмующим несётся подкрепление. К этому моменту враг уже пробил защитный купол, стены и ворвался внутрь фактории.
Что ж, в таком случает электрический шторм отменяется. Тут требуется куда более личный подход.
Я молниеносно устремляюсь к земле, в сторону сражения. Пулемётная очередь скашивает отряд врага, и развороченные крупнокалиберными пулями тела разлетаются в стороны.
Кажется, я привлёк их внимание.
Люди будто перестают существовать для кселари. Молча переглянувшись, они скапливаются вокруг меня в виде полукруга. В приглушённом шёпоте выхватываю одно и то же повторяющееся слово. Мой ранг идентифицировали. Это так приятно! На лицо выползает злая улыбка. Пора показать, на что способен Нова вблизи.
Кселари прыжками и рывками бросаются на меня, сжимая в руках холодное оружие. Барабанный каскад револьвера почти мгновенно разносит тела ближайших.
Неутомимым потоком их товарищи всё текут и текут, жаждущие головы Суперновы, как главного трофея. Уже почти бездумно вращая стволом, я срезаю головы и конечности, втаптывая кипящую кровь в покрытый белым настил. Зелёный фонтан окатывает мою броню.
Вокруг сплошь лица, частично скрытые масками. На меня смотрят широко раскрытые глаза, сочащиеся ненавистью. Хорошо. Взаимно.
Ублюдки пытаются взять меня в кольцо, и думают, что этим получат какое-то преимущество. Оружие отправляется в кобуру молниеносным рывком. Поехали, друзья!
Я активирую увриксиарский боевой кнут одним движением запястья. Оружие наполняется потоками плазмы, сверкая ослепительным светом. Ближайший оппонент замахивается топором, охваченным огнём, но я небрежно дёргаю рукой, и кнут перерубает его пополам в районе талии. Обе половинки тела извиваются в предсмертных судорогах. К аромату протухшей рыбы, что источают кселари при повреждении оболочек, добавляется запах палёного мяса.
Я размашисто стегаю вокруг себя, изогнувшись в прыжке, и витки кнута сносят головы и конечности. Меня пытаются достать, но спустя один удар сердца вокруг валяются лишь нашинкованные ошмётки гордых воителей.
Сплюнув в тающий снег, переключаюсь на следующую цель — тяжёлый боевой мех неприятеля. Эта машина ведёт шквальный огонь по позициям людей, прикрывая продвижение пехоты кселари. Я вскидываю руку в её сторону, формируя молнию, и метаю её, как копьё.
Мощный электрический разряд на миг озаряет поле боя. Грохот сотрясает округу — бронированный
Сбоку доносится разъярённый рык и, снося пару Квазов, вылетает знакомый мне монстр, покрытый чужой кровью и налипшей требухой.
— ЕГЕРЬ! — с трудом выдавливает Гарм членораздельную речь сквозь изменённую глотку. — ПУШКИ!
Понятливо кивнув, лечу прямо над улицами туда, откуда доносится сплошная канонада. Мне требуется ещё полминуты, чтобы отключить их артиллерию. Глайд вносит меня в самую гущу вражеских позиций, и Струны пустоты превращают в дольки всё, до чего могут дотянуться.
Бронированная техника, её экипаж, защитники, всё обращается распадающимися обломками и парным мясом.
Прыжком бросив себя к самоходке, приземляюсь на её крышу. Спину прикрывают три слоя барьера из сжатого воздуха. Пальцы вцепляются в металл. Мимолётное усилие, и люк вместе с частью брони под пронзительный стон металла отброшен прочь с чудовищной силой. В неудачно подвергнувшегося Кваза.
Тому срезает корпус в районе подмышек, и уже мёртвое тело пробегает на автомате ещё несколько шагов, прежде чем завалиться в грязную кашу снега.
На меня же из недр вражеской техники с испугом взирают водитель с наводчиком. Замерли, парализованные, как обгадившиеся котята.
— Добрый день, — скалюсь я, — не хотите поговорить о боге?
Электричество струится с моих ладоней по металлу, заставляя тела кселари обуглиться и почернеть.
— Передавайте ему привет, как увидите.
Стремительный рывок ввысь и на миг я зависаю в воздухе над факторией, прикрыв глаза. Парные револьверы будто сами прыгают в руки. Всё исчезает в грохоте стрельбы.
Я фиксирую вражеские силуэты и жму на спусковой крючок, кручусь, ловлю их в прицел и укладываю в холодную землю одного за другим. Мне не нужно автоматическое оружие, не нужны особые патроны. Усиленные выстрелы с минимумов влитой арканы перфорируют такие удобные мишени — непропорциональные вытянутые головы.
От монотонного занятия меня отвлекает голос Ребекки, в котором несмотря на напускное спокойствие угадывается паника.
— Егерь! Нова! Он здесь!
Глава 28
Тай методично потягивает пиво из банки, наблюдая за суетой, царящей во Фритауне. Все готовятся дать отпор надвигающейся угрозе. Солдаты проверяют оружие и боеприпасы, бойцы Десперадос, Пульсаров и Скитальцев занимают места на стенах. Даже изобретатель МакГайвер выбрался из своей мастерской, влез в собственноручно созданный мех и тащит в охапке короба с патронными лентами для стационарных пулемётов.
Сам же Тай сохраняет невозмутимость, лишь мрачно поглядывает в сторону ворот. Рядом внезапно возникает Эрис, её карие глаза светятся беспокойством.