Защитник
Шрифт:
— Значит, войн сейчас там нет?
— В данный момент нет. Северные земли процветают благодаря миру, чему мы очень рады.
— А почему нет новых фотографий? — спросила Мэри.
— Из-за закона, который запрещает фотографировать их, — объяснила я.
Марта понизила голос до заговорщицкого шепота:
— У меня есть несколько снимков.
Все головы повернулись к ней, а затем снова ко мне, в ожидании моей реакции.
— Простите, дорогая, что вы сказали? У вас что-то есть? — уточнила я.
— У меня есть фотографии Северян, —
Я теребила свой браслет, не зная, как справиться с ситуацией.
— Это очень смело с вашей стороны, но вы же понимаете, что только что признались в преступлении, — сказала я наконец.
— Мне сто пять лет, что они со мной сделают? — пожала плечами Марта.
— Покажи нам их, — с воодушевлением подбодрила ее Мэри, и мое любопытство пересилило желание запретить показ незаконных фотографий.
— Только если вы все согласитесь держать это в секрете, — сказала Марта.
Получив обещания, она решила подойти ближе, неуклюже шаркая своими старческими ногами и возясь со своим браслетом.
— Ох, вот же проклятая штуковина… мои внуки купили мне новый браслет пять лет назад, но я до сих пор пытаюсь заставить его работать. — Она отдавала приказы, но ничего не происходило.
— Может, вы его не зарядили, — предположил старичок по имени Карл.
— Он заряжается от движения, — пробормотала Марта.
— Вот именно, — сказал он с самодовольной улыбкой.
Марта бросила на него испепеляющий взгляд и принялась барабанить по браслету.
— Покажи мне фотографии.
На экране появилась фотография маленького ребенка, и Марта оживилась.
— О боже, это Джой, когда еще была совсем ребенком.
Марта замерла, любуясь маленькой девочкой, пока старичок не пихнул ее в бедро.
— Ты сказала, что у тебя есть фотография Северян.
— Да, да, давайте посмотрим. — Она сосредоточилась. — Покажи фотографии с лета 32-го, — произнесла она, и на экране появился альбом. — Найди фотографии с границы.
Я шагнула ближе, когда на экране появилась фотография.
Мужчина, одетый в черную кожу и мех, с серьезным выражением лица разговаривал со старухой. За этим последовали еще пять фотографий, на которых он был запечатлен вместе с двумя другими мужчинами.
— Потрясающе, — прошептала Мэри. — Только посмотрите на этих варваров. Они не только убивают живых существ, но и носят их шкуру как трофей… или это предупреждение другим?
— Что вы имеете в виду? — спросила я, жадно разглядывая фотографии.
— Может, они дают понять, что не боятся убивать, отпугивая тем самым потенциальных врагов, — пояснила Мэри.
— Возможно, — задумчиво согласилась я.
Пока одна фотография сменяла другую, в помещении воцарилась полная тишина. Мы все были увлечены процессом, хоть и понимали, что нарушаем закон, но Мэри права: это было действительно потрясающе видеть нечто настолько странное, все равно, что обнаружить доисторическое первобытное племя.
— Я слышала, что они каннибалы, —
— А я слышала, они держат женщин в клетках на цепи, — тихо пробормотала Марта.
— Это правда, я тоже слышал, — подтвердил Карл.
— Они выглядят огромными, — сказала Мэри, но я не могла определить, нотки страха или волнения преобладали в ее голосе.
— Марта, где вы взяла эти фотографии? — спросила я ее.
— Я навещала подругу, живущую недалеко от границы, и она взяла меня с собой на встречу с ними.
— Не поняла.
— Ее община ведет торговлю с Северянами. Поскольку мужчинам не разрешен доступ к нашей «Информационной базе мудрости» (ИБМ), общение ограничено торговцами с обеих сторон, которые встречаются для переговоров. После заключения сделки, поставки осуществляются дронами. Они получают от нас фрукты, овощи, электронику и другие вещи, а платят нам драгоценными камнями, деревом и другими природными ресурсами.
— Вы сделали эти снимки? — спросила я, никогда не видя Марту такой возбужденной. Женщина обычно сидела неподвижно в углу, пока я читала лекции, но сейчас ее глаза блестели, поскольку она полностью завладела нашим вниманием.
— Да, я сделала эти снимки тайно. И, если вам интересно, я не боялась этих мужчин.
— Неужели тебе не было страшно? — спросила хрупкая на вид серая мышь.
— Я слишком стара для них. Моя подруга тоже, — изрекла Марта. — Вот почему только мужчинам и старым перечницам разрешено торговать с Северянами.
— Вы с кем-нибудь из них общались?
— Нет, но я слышала их речь, они говорили по-английски, как и мы, но с акцентом.
— Да, я как раз собиралась вам об этом рассказать, — упомянула я, понимая, что теперь не я преподаю, а мне преподают урок; все смотрели на Марту.
— А ты не боялась, что они тебя убьют? — спросил ее Карл. — Они ведь непредсказуемы и жестоки.
— Пфф, — Марта сморщила нос. — Зачем убивать старуху, которая не представляет для них никакой угрозы?
— Вы не можете оставить фотографии себе, Марта; если кто-нибудь узнает, у вас будут большие неприятности, — заметила я.
— Почему они анатомически так отличаются от нормальных мужчин? — перебила меня Мэри.
— Ну… — я повернулась, чтобы посмотреть на фотографии крупных мужчин с длинными волосами, густой растительностью на лице, мускулистой грудью и руками. — Дело не в том, что они анатомически отличаются от наших мужчин, просто наши мужчины никогда не станут такими мускулистыми и неухоженными. Северяне выглядят чудными для нас, поскольку наши мужчины очень гордятся своим внешним видом и обычно удаляют все волосы на лице и теле. В прежние времена мускулы и бороды у мужчин считались нормой. Было даже время, когда мужчины физически превосходили женщин, потому что были больше и сильнее, но в наши дни поддерживающие здоровый образ жизни женщины чаще всего сильнее большинства мужчин, — я посмотрела на Карла. — Как вы думаете, почему?