Защитник для Хранителя

Малышева Алёна

Единственное место, где не было цветов — это середина зала. Зелёно-изумрудный взгляд Богини был устремлён туда, на лежащего на узкой лежанке-кровати спящего парня. По белоснежной подушке разметались русые волосы, руки лежали поверх одеяла. Правое запястье охватывал широкий золотой браслет. Лицо бледное-бледное — цветом может поспорить с подушкой. И лишь изредка поднимающаяся и опускающая грудь показывала, что Светояр ещё жив. Если бы не это, то Ника подумала бы, что попала в склеп. «Ещё бы в хрустальный гроб этого… спящего красавца уложили», — недовольно повела она плечами.

Сердце щемило от желания услышать голос Светояра, взглянуть в зелёные глаза, ощутить крепкие объятия,

нежные поцелуи.

Ника провела тыльной стороной ладони по холодной щеке царевича.

— С-вет… — голос дрогнул. — Прошу, возвращайся. Ты бы знал, как нам… мне нужен… — глубокий вдох. — Если бы я могла, я бы отдала всю свою силу… жизнь, чтобы ты очнулся… Прости, это мне не по силам, — взяла своего царевичу за руку. — Не знаю, слышишь ли ты меня. Возможно, и нет. Я люблю тебя… Люблю так, как никого до этого. Без тебя этот мир холоден и пуст. Даже если нам вдруг будет не суждено быть вместе — это неважно. Мне хватит осознания того, что ты жив, что ты есть в этом мире… Мне плохо… очень… без тебя… Ты не только мне нужен. Златоцветье без тебя… Хранителя… погибнет. Целибор уничтожит его! Я и друзья, конечно, сделаем всё возможное, чтобы его остановить, помешать. Не пожалеем своих жизней ради страны, которую успели полюбить… Но только ты можешь вернуть порядок и благополучие в Златоцветье. Я знаю это! — немного помолчала, ощущая, как разрастается в груди холод, а окружение расплывается от набежавших слёз. Немного замутило от навалившейся усталости, словно она разом потеряла часть сил. Ника отпустила руку Светояра на лежанку, проведя по ладони кончиками пальцев. — Прости, мне нужно идти… Пора сделать пакость твоему вероломному братцу… — На миг показалось, что ресницы Светояра дрогнули. Но сколько ни вглядывалась в его лицо, никаких больше изменений. Видимо, и впрямь показалось. На прощание Ника легко коснулась губами прохладных губ любимого. Слеза капнула на щеку Светояру. Ника нежно кончиками пальцев убрала её. — Вернись… мой свет…

Отвернулась и, вытирая слёзы, решительно направилась к выходу. Пора наведаться в златоградские казематы. Там ей ещё бывать не приходилось.

Дверь с тихим стуком закрылась за Никой. Светояр шевельнулся на своём ложе. Глаза открылись, в бессмысленности глядя в потолок.

Кто он? Где он?

Рука неосознанно коснулась щеки, куда ещё пару минут назад капнула слеза. Именно её жар выдернул его из ничего. И тут на Светояра обрушились воспоминания, в том числе и слова Ники, которые вместе с её силой вели его по лабиринту небытия. Он резко сел. Голова так закружилась, что пришлось вновь упасть на лежанку.

«Проклятие!» — Светояр с силой ударил кулаком по лежанке. Пока он как беспомощный младенец валяется тут, его избранница борется за его страну с его же братом.

* * *

Казематы находились под башней златоградской стражи в тени королевского дворца. Ника всегда лишь издали видела эту серую башню и приближаться к ней, если честно, не было желания. Да и сейчас она вместе с Владом собиралась проникнуть в казематы, минуя вход в саму башню — по подземным катакомбам.

Попали в них через люк на заднем дворе Храма. Ника даже вздрогнула от воспоминаний, когда спустилась по каменной лестнице. В первый и последний раз, когда она оказалась под землёй, ей пришлось столкнуться с одной из жертв демонской Книги — то ещё воспоминание. Вот только в отличие от того пути, сейчас под ногами бежала сухая дорожка. Стены захватывал подсохший мох. Видимо, когда-то и здесь властвовала мокрота. А главное отличие — рядом не шли Беляна и Черняк. И названного брата уже никогда не будет. Ника скучала по нему.

Влад

всю дорогу молчал… недовольно. Её идея ему, как и жрецу до этого, не понравилась. Он, когда Ника вышла от Светояра, даже предложил Нике вернуться в деревню, а Влад сам займётся освобождением «подружки Степана». Хватило одного Никиного взгляда, чтобы полуэльф крепко выругался и перестал предлагать глупые планы.

Уголёк бежал впереди, Влад молча шёл рядом, благо ширина коридора позволяла. Факел в его руках, чуть потрескивая, освещал путь. Изредка к коридору приникали ответвления, из которых веяло сыростью и затхлостью, но они были плотно завалены камнями.

— Ненавижу подземелья! — пробурчал рядом Влад.

Ника покосилась на него. Он и впрямь был немного бледноват. Эльф, что с него взять. Не любят они камни. Да и дракон к тому же, а те, как Ника слышала, не могут без неба.

— Скоро дойдём, — успокоила Ника. — Осталось пара перекрёстков.

— Никак наша Защитница беспокоится обо мне? Я поражён, — хмыкнул Влад.

— А я не должна? Ты мой друг…

— Но не больше…

— Снова начинаешь?

— Даже не думаю… Вон нужный поворот!

Ника с подозрением покосилась на Влада, но говорить ничего не стала. За поворотом коридор и впрямь упирался в каменные ступени, как и говорил Добр. Влад передал Нике факел:

— Посвети!

Ника подняла факел. Влад забрался по ступеням и упёрся руками в темнеющий круглый люк. Мускулы на руках напряглись, люк со скрипом, который, казалось, был таким громким, что наверняка разнёсся по всей крепости, отъехал в сторону. Ника схватила Уголька за шкирку, чтобы он не издал ни звука, и замерла, как и Влад на лестнице. Тишина. Сверху ни звука, можно выходить.

Люк выводил в тёмную узкую кладовую. Ника, Владнэль и пёс едва поместились в ней. Влад ножом поддел крючок, закрывающий дверь, и она открылась. Они вышли в длинный каменный коридор, освещаемый факелами. Пустом из-за позднего времени. Хотя нет… Справа приглушённо доносились неразборчивые голоса и стук дерева об дерево — кружек об столешницу? Громкий хохот подтвердил, что кто-то хорошо сидит в приятной компании.

Ника под светом факела глянула на карту и вздохнула. Как она и думала, им в ту сторону. Переглянулась с Владом, и они быстро направились по правому коридору. Нельзя было терять время на сомнения.

Коридор упирался в прикрытую дверь с огромным поднятым засовом. Шум пьянки, доносившейся из-за неё, был громким, очень. Ну и охраннички! Ника переглянулась с Владом.

— Я иду первым! — твёрдо произнёс полуэльф.

Спорить не стала. Иногда нужно оставлять геройствование и на мужчин. Влад открыл дверь и тут же закрыл за собой с той стороны. Удивлённые возгласы, грохот, проклятия… Через пару минут наступила тишина. Быстро справился полуэльф.

Влад открыл дверь и, склонив голову, с приглашением махнул рукой. Ника шагнула в просторное помещение, вдоль стен по обе стороны были решётки, за которыми таились камеры. Пустые или нет — неясно из-за таившейся в них мглы. Освещался свечами только стол у самой двери, вокруг которого картинно лежали три бессознательных стражника, крепко связанные толстой верёвкой.

— Кто здесь? — вдруг раздался тихий голосок где-то на середине зала.

Ника решительно направилась с факелом на голос. По дороге светила и в соседние камеры, которые, на удивление, были пусты. Кроме единственной. У решётки стояла молоденькая девушка с чёрной копной волос, сквозь которые выглядывали мохнатые ушки.

— Лели? — уточнила Ника.

Кошачьи жёлтые глаза подозрительно прищурились. Девушка насторожено отступила от решётки.

— Кто вы?

— Ника — подруга Степана…