Засада под облаками
Шрифт:
Не много же ему для счастья надо.
– Да-с… Если бы у меня были такие уши, как бы я их берег! Как бы я их мыл, мыл и мыл!
– И грозно уставился на Алешку: - Признавайся, когда ты мыл уши в последний раз? В первом классе?
– Во втором, - буркнул Алешка.
– Когда в бассейн ходили.
Мама покраснела. А я понял, что Алешке сегодня грозит крутая головомойка. Ухомойка, точнее.
– Извини, Яша, - сказала мама.
– Мы больше так не будем.
– Надеюсь, - и Яков Ильич улыбнулся: - Заходите,
«Ни за что», - прочитал я в Алешкиных глазах.
Дома мама сказала:
– Не знаю, как там твои уши. И что в них разглядел Яшка, но будешь сидеть дома. Два дня, как миленький.
Нас это вполне устраивало. Уж очень не хотелось попасть Вадику под горячую руку.
– А как же книжки?
– спросил меня Алешка, когда мы ложились спать.
– Придумаем что-нибудь.
– Вот ты и придумай, - сказал он, - а с меня хватит. Так еще и к зубному угодишь.
Тут мы услышали, что наконец-то пришел с работы папа, и живо уткнулись носами в подушки.
– Что так долго?
– спросила его мама.
– Оперативное совещание. В городе участились угоны машин. Наш отдел подключили к розыску.
– А Интерпол тут при чем?
– удивилась мама.
Папа засмеялся вполголоса, чтобы нас не разбудить:
– Наверное, потому, что угоняют иномарки.
И они ушли на кухню.
– Интересно?
– спросил меня Алешка.
– Очень интересно, - согласился я.
Утром я придумал, как выручить мамины расчетные книжки без опасности для нас. Мой план основывался на том, что наши родители никогда принципиально не обращали внимания на расклеенные по подъездам всякие объявления.
Я выдрал из тетрадки несколько листков и черным маркером крупно написал: «Нашедшего расчетные книжки просим опустить в почтовый ящик кв. 40». Потом подумал и добавил зачем-то: «Вознаграждение гарантируется».
Когда родители разошлись по своим делам, я расклеил объявления по дому. И мы стали ждать результата. Поминутно заглядывая в почтовый ящик.
Результата долго не было. А потом он получился. Но вовсе не такой, на который мы рассчитывали. Когда нам надоело ждать и волноваться, я решил проверить объявления - на месте они или уже нет? Любителей срывать чужие объявления всегда хватает. Я сам из их числа.
Они были на месте. И поверх моего черного маркера было написано красным: «Фиг вам! Сами придете!»
Я сорвал все объявления и выбросил на помойку.
Что ж, придется идти в подземное логово Вадика.
– Завтра пойдем, - сказал Алешка.
– Как раз мой домашний арест кончается.
– Это ты плоховато придумал, - возразил я.
– Я один пойду.
– Щас-с!
– взвизгнул Алешка.
– Я тебя одного не пущу!
И я знал - не пустит…
Глава IV
Притворяемся дураками
Погода
– Как твои уши?
– спросила мама Алешку за завтраком.
– Какие уши? Эти?
– удивился он, будто у него их два десятка было.
– Значит, в порядке, - улыбнулась мама. И стала собираться на работу.
– Помоете посуду и сходите за хлебом. И книжки в жэке заберите.
Мы, конечно, сказали, что - да, обязательно, непременно, не беспокойся, мамочка.
Знала бы она, в каком-таком жэке эти самые книжки и как нам придется их забирать.
– Да, - вспомнила мама уже в дверях, - вот вам квитанция, захватите заодно мои сапоги из починки. И нечего гримасничать, Алексей. У вас все равно каникулы.
– Каникулы, - ответил Алешка, - даются, чтобы школьники отдыхали…
– А то вы так устали! По вашим дневникам видно!
– и она захлопнула за собой дверь.
Алешка вздохнул и сказал:
– Давай сразу сапоги заберем, а потом все остальное сделаем.
– Почему?
– не понял я.
– Потому что! Если в лапы Вадика попадемся, мама без сапог останется.
По-моему, ей тогда вообще не до сапог будет. Но я не стал с ним спорить. Бесполезно.
И мы пошли в мастерскую за сапогами. Сапоги нам выдали без всяких разговоров. Они стали как новенькие, с бумажными наклейками на подошвах. Только вот сумку мы не догадались захватить, и приемщица дала нам газету. Мы завернули в нее сапоги и пошли домой, не думая, что такое незначительное событие внесет такие значительные (и очень опасные) перемены в нашу жизнь…
В лифте Алешка вдруг уставился на сверток, который я держал под мышкой, нахмурился и, шевеля губами, стал что-то вычитывать в газете. А дома, едва мы вошли, отобрал ее у меня и, аккуратно распрямив на столе, прочитал вслух:
«Только для вас!
Только для вас наша фирма установит непобедимое противоугонное устройство «Черный рыцарь» на ваш любимый автомобиль! Мы уверены в нем - вы уверены в нас! Только для вас!»
– Ну и что?
– спросил я.
– Опечатку, что ли, нашел?
– Смотри, - и Алешка ткнул газету мне в нос.
Рядом с этой рекламной заметкой красовался рыцарь в доспехах, со щитом с когтистой лапой и с копьем. И с надписью по-английски: «Black Knight».
Сначала я ничего особенного в этой рекламке не увидел, а потом до меня дошло, что этот «Черный рыцарь» нам знаком. Мы видели коробки с ним в подвале Вадика. Никакие, значит, это не доспехи, а противоугонные устройства. Только при чем здесь Вадик? Он ведь чаще всего сахаром торгует.
– Как при чем?
– удивился Алешка.
– Он их продает. Этой фирме, которая «Для нас!».