Заражение

Милушкин Сергей

Но Роман, гримасничая, продолжал. Он уже не мог остановиться.

Зоя, почуяв неладное, поспешила разнять драчунов.

– Петя, Саша, рисуйте. Не обращайте внимания. А ты, Роман, собери свои кубики в корзину, скоро тихий час.

К оскорбленному Роману подошел Макс, старший брат и что-то сказал. Учась в педуниверситете Зоя и предположить не могла, что дети – это те же взрослые, у них точно так же развиты отношения, они злятся, обижаются, дерутся, ненавидят и любят, среди них есть и те, кого можно назвать достойными людьми, а есть и подленькие, завистливые, мелочные, злобные гаденыши, как бы это странно ни звучало. На лекциях по дошкольной

педагогике постоянно твердили, что дети в этом возрасте еще не до конца оформились как личности, в каждом из них заложен потенциал, и с этим, как раз, Зоя не спорила, но теперь отчетливо видела, что потенциал может быть, как со знаком плюс, так и со знаком минус и очень сильно сомневалась, что братья Костровы выбрали верный путь.

Она не заметила, как Роман, бросив собирать игрушки, незаметно подошел со спины к Петру и вылил ему на голову баночку с водой, куда дети макали кисти, а сам упал рядом, будто Петр его толкнул, изображая жертву, – при этом он залился тонким визгливым плачем, вдвойне противным, оттого, что плач этот был не настоящий.

В мгновение ока подскочил Макс – более плотный, напористый и жесткий, постоянно играющий роль телохранителя. Пока Петр хлопал глазами, пытаясь понять, что это вдруг случилось с Романом, Макс схватил его за рубашку и бросил на пол, одновременно зарядив увесистую оплеуху.

Зоя вскинула руки – она проморгала заваруху, и теперь вся надежда, что ничего серьезного с Петром не случилось.

Поставив Макса в угол, она подняла плачущего Петра, с головы которого стекала разноцветная жидкость. Ребята смеялись, тыча в него пальцами, одна Саша стояла в сторонке, хмурая и молчаливая.

– Что тут у вас происходит? – в группу вошла заведующая детским садом, полнотелая, сверкающая ювелирными изделиями Елена Петровна.

Зоя беспомощно смотрела на Петра, а тот, подрагивая от обиды, словно уменьшился в размерах. Он почувствовал, что сейчас сильно подведет воспитательницу, из-за него все это вышло, хоть он и не виноват. Но ей все равно достанется и…

– Объясните мне, что тут происходит, – по буквам проговорила Елена Петровна. – Зоя Викторовна…

– Мы играли, и я ему краску на голову вылила… случайно… – внезапно выпалила Саша. Она подскочила к Петру и взяла его за руку. – Пойдем, я помогу тебе вытереться.

Тот покорно протянул руку.

– Лосева? Не понимаю. Саша, как это случилось? – заведующая развела руками.

– Даже не знаю, я просто рисовала дом, взмахнула кистью и… задела баночку с водой… – Саша показала на незаконченный рисунок, на котором виднелось странное высокое строение, увенчанное крестом, возле него стояло чучело огромного животного, напоминающего быка, с вырывающимся изнутри огнем, вокруг которого вповалку лежали тела людей.

– Господи, Саша… что это? – вырвалось у заведующей.

Петя посмотрел на рисунок и у него подогнулись ноги – точно такое же чучело снилось ему вот уже второй месяц, среди ночи он вскакивал в страхе, перед глазами стояла мрачная пещера, в глубине которой он явственно различал голову чудовища. Этого самого чудовища.

– Это… это… – Саша смотрела на рисунок, будто видела его впервые. – Мне это приснилось…

Заведующая уже забыла, что заставило ее повысить голос. Зоя быстро взяла рисунок и скомкала его.

– Зоя Викторовна… ну, я не знаю… смотрите, что у вас дети рисуют, а то, ненароком…

– Отвернулась на одну секунду, Елена Петровна. И…

– Ну, идите отмывайтесь, – заведующая взглянула

на тамбур, где уже притаилась нянечка, опасавшаяся попадаться начальству на глаза.

– Кстати… совсем забыла с вашими рисунками, зачем пришла. После тихого часа вакцинация. Да, я знаю, по плану должно пройти завтра в вашей группе, но специалист будет сегодня. Мне только что позвонили. Подготовьте всех и в половину четвертого группой в медкабинет согласно спискам. С теми, кто отказался, посидят в группе с нянечкой, хотя… – она отвернула лист в своем блокноте, – у вас же все согласны.

– Да, у нас все, – подтвердила Зоя. Она была рада, что проведенная беседа с родителями, на подготовку к которой она затратила почти неделю, дала результаты. Из пяти категорически несогласных родителей не осталось ни одного. Она по праву гордилась собой.

– Вы, Зоя Викторовна, молодец. Всех уговорили. Пожалуй, выпишу вам премию, за эти прививки нас больше всего муштруют и ваша третья группа – единственная, где все прошло как по маслу.

– Сначала пятеро были против, – сказала Зоя.

– Может вам и в других группах провести собрание… – задумчиво сказала Елена Петровна. – Ладно. Сейчас тихий час, потом постарайтесь не задерживаться. Специалист из института будет точно в половину четвертого.

– Хорошо, – отозвалась Зоя. – Мы будем вовремя.

Дети, которых грозный вид заведующей заставил притихнуть, а голос, прокуренный и грубоватый, и вовсе вселял ужас – столпились у спальни. Молча они смотрели на разговаривающих взрослых, а кто-то позади, в последних рядах уже начал всхлипывать. Одно дело – игрушечный медкабинет, веселый шприц с шариками внутри, хоть и большой, но совсем не страшный и совсем другое – настоящий, пусть и одноразовый, с длинной, очень длинной и очень тонкой иглой. Такой иглой можно насквозь проткнуть. Одним словом, ничего хорошего они не услышали и хотя половину из разговора вообще не поняли, самую важную суть уловил каждый – ПОСЛЕ ТИХОГО ЧАСА.

– Дети, ну вы что? Неужели испугались? Сколько раз мы с вами повторяли, и я вам рассказывала, – обратилась Зоя к притихшей группе, когда заведующая ушла. Даже вечные драчуны и задиралы приуныли, если не сказать больше: в их глазах застыл ужас. – Каждому из нас, и мне тоже нужна помощь, чтобы бороться с плохими маленькими вирусами. Для этого к нам внутрь должны попасть добрые и отважные ребята, которые дадут отпор плохим ребятам. Если этого не сделать, плохишам ничего не стоит устроить нам температуру, кашель, сопли и тогда дети, которые сделали прививки – здоровые и веселые пойдут гулять, а остальные будут лежать дома и пить горькие лекарства. Маленький укольчик – сущий пустяк, о котором даже не стоит вспоминать.

– Это как Фиксики, что ли? – спросил Петр, который подошел вместе с Сашей. Голова у него была чистая и немного взъерошенная.

– Точно, – сказала Зоя. – Хороший пример, молодец, Петя. Они делают свою работу, пока мы спим, кушаем, гуляем – незаметно для нас, и эта работа очень-очень важная.

– Конечно, – сказала Саша. – А еще они любят играть и спорить.

Дети немного расслабились. Они вспомнили беседы, которые Зоя проводила с ними, к тому же она пообещала, что сделает прививку вместе со всеми. А раз Зоя, любимая воспитательница пошла на такой шаг, значит это совсем не страшно. Одно дело, когда взрослые обманывают, завлекают, но сами ни за что этого не делают, и совсем другое, когда говорят правду и первые показывают, что бояться не нужно.