Зараза (ЛП)
Шрифт:
Да, верно.
Как бы то ни было, он хороший парень, правда немного зеленый, если дело касается дел сердечных. Если бы у меня были друзья, то Рику определенно стал бы одним из них. Но, увы, у меня их нет.
Я беру два холодных пива из холодильника, открываю и даю одно из них Рику. Тот с радостью его принимает.
Все здесь знают, что, несмотря на то, что я выписывают им чеки на зарплату, я далек от босса насколько это возможно. Нет никакого мистера Дрейка. Никаких официальных выговоров или горящих обручей, через которые им приходится прыгать. Правила просты, если
– Чувственные Одиннадцать? Хмм ... не сильно отличаются от предыдущей группы. Как ты называл их? Горячая Семерка?
Рику смеется, прежде чем делает глоток пива и смотрит на этикетку.
– Кромбахер, да? Откуда у тебя это?
– Из Германии.
– Так вот, где ты провел это лето? Развращал стайку юных красавец в Берлине?
– В том числе, - отвечаю я, пожимая плечами.
– Просто тупо бродил по Европе. Амстердам, Брюссель, Прага, даже в Испанию заскочил ненадолго.
Рику качает головой, на его губах появляется самодовольная ухмылка.
– Ты так об этом говоришь, будто у тебя был пеший тур, и ты каждую ночь спал в общежитиях. Будь честен, чувак. Ты как обычно провел свой отпуск в стиле плейбоя. Может даже нашел себе собственную Хайди Клум? (прим. Хайди Клум - фотомодель из Германии)
– Не-а. Никогда.
Рику знает всего лишь пол правды. Я действительно разъезжал по Европе со свойственным мне размахом, даже заскочил на побережье Монако. Каждый раз я останавливался в самых роскошных курортах, наслаждаясь изумительной европейской кухней. Ну и разумеется отменными европейскими кисками, не без этого. Но, эй, я был в отпуске.
– Конечно, конечно, - говорит он, словно не замечая мою отчужденность. Он уже знает, что конфиденциальность для меня превыше всего, и я редко говорю о личном. – Просто дай мне знать, когда наиграешься с этими ангелочками Виктория Сикретс, которых ты прячешь у себя.
Одна модель. У меня была всего лишь одна модель, рекламирующая купальники. И я тут же превратился в Хью Хефнера со свеженьким дополнением к пачке виагры.
Я молча допиваю свое пиво, слушая его жалобы по поводу безумно разочаровывающих требований наших гостей.
– Никакого масла. Никакой клейковины. Никакого молока. Никакого жира, никаких калорий, никаких специй. Что, черт возьми, эти пташки хотят есть? Воздух?
– Если бы ты мог положить его на тарелку и украсить зеленью петрушки, это блюдо стало бы хитом.
– Да ну на хрен!
– говорит Рику, качая головой.
– Я хочу женщину, которая ест. Женщину, которой я смогу готовить и кормить её, пока она, свернувшись калачиком, лежит у меня постели. Что, черт возьми, я буду делать с мешком костей? Ты видел их? Да если они повернуться на бок, то блядь, исчезнут. На этом скелете ни сисек ни задницы не найдешь.
Я киваю, но думаю, что Рику не совсем прав. Конечно, эти женщины хотят поесть. Им хочется нормальной
Я допиваю свое пиво прежде, чем пересечь внутренний двор главного дома. Сегодня теплее, чем обычно, и я решаю искупаться под темным покровом ночи, чтобы очистить свою голову. Сняв костюм и галстук, я ныряю в бирюзовую воду, позволяя вечерней прохладе утолить жар, сжигающий меня изнутри.
В этот раз все по-другому. Я уже несколько лет в этом бизнесе, но, несмотря на это, я чувствую себя, как это ни странно, неподготовленным. Сейчас всего лишь конец второго дня, а я уже ощущаю сексуальное напряжение, искушение так и подталкивает меня к краю пропасти. Похоже, на этот раз я не продержусь. Если так и дальше будет продолжаться, я точно не выдержу.
Ладно, признаюсь, я солгал. Ну не прямо солгал, а просто не рассказал всей правды. Когда я говорил, что терплю шесть недель без секса, то имел в виду, что я пытаюсь терпеть шесть недель без секса. Конечно, почти всегда мне это удается, но должен признаться, сбои случаются. Вот почему я всегда держу девочку в режиме ожидания. Мало кто знает, где находится эта особая часть моей собственности, только "избранным" сообщается эта конфиденциальная информация и то в исключительных случаях. Ничего серьезного, ни обязательств, ни бессмысленных ожиданий, просто кое-кто, способный унять мою пресловутую похоть, чтобы я мог сосредоточиться исключительно на работе.
Я проплываю весь бассейн до конца, чувствуя, как растягиваются мои мышцы, и совершенно иное пламя охватывает мои бедра, икры и бицепсы. Я снова отталкиваюсь от бортика бассейна, чувствуя, как мое тело преодолевает сопротивление водной глади. Черт, как же хорошо. Я собираюсь продолжать плавать до тех пор, пока не буду слишком измотан, чтобы даже думать о том, чего я действительно жажду. Я хочу почувствовать боль в собственных мышцах, чтобы она наконец потушила пожар, разгорающийся у меня внутри.
Многие думают, что я помешен на здоровом образе жизни. Они видят, как я нарезаю круги с бешеной скоростью, бегаю и отжимаюсь. Но это только маска. Все это помогает сдерживать мои истинные желания. Да, именно тренировки позволяют удерживать то дерьмо, что рвется из меня наружу. Ничего утешительного.
– Вот это да, неудивительно, что в этом месте нет вредной еды. Владелец – настоящий Райан Лохте (прим. Райан Стивен Лохте - американский пловец, пятикратный олимпийский чемпион).
Я оборачиваюсь и вижу бледные ноги, скрытые слоем цветастого шелка чуть ниже колена. Мой любопытный взгляд преодолевает путь от изгиба мягких бедер до узкой талии и округлой груди.