Запределье
Шрифт:
— Да я так-то понимаю… — вздохнул я.
— Я потому тебя и найти хотел, запомнился очень. Ты такой же, как и я, — сказал он, — Только ты больше упирался в скиллы каждого в команде, в тактику «здесь и сейчас». Тут у тебя башка варит.
— Зато я знаю, где не варит, — прошептала рядом Марина.
Я возмущенно покосился на нее, а она как раз отвернулась рассматривая занавески. Поджав губы, я вернулся к разговору с Вестником:
— Ну, я карты изучал, самые оптимальные позиции. Классы я подобрал по максимальной отдаче.
— Вот,
У Марины в комнате звякнул планшет. Она встрепенулась.
— О, наконец-то.
— Это кто?
— Может, брат, а может, новости от «Свидетелей Хаммера».
— Кого?!? — я чуть со стула не сверзился.
Кажется, еще вчера вечером это был «Протест Хаммера». Микрофон в ноуте был включен, и раздался многоголосый смех.
— А ты думал, в сказку попал? — встав, Марина поцеловала меня в лоб и вышла из кухни.
Глава 5. Первые подвижки. Часть 2
Мы сидели уже в комнате, вооружившись ноутом и планшетом. Брифинг Гидры пока закончился.
«Свидетели Хаммера», как выяснилось, быстро распространили информацию обо мне по всему миру. Как пояснила Марина, сначала была куча спонтанных решений, то тут, то там возникали стихийные лидеры.
Поэтому-то Марина, взяв на себя «полнейшую ответственность»…
— Вообще-то, ты дрых без задних ног, а кто-то должен был это сделать, — она пожала плечами.
В общем, ночью от имени Хаммера она начала вещать по форумам, пытаясь собрать разрозненное движение. Там и флэшмобы планировали, и даже собрали мне эти «600 рублей», которые вылились в нехилую сумму около трехсот пятидесяти тысяч.
— Сколько? — просипел я, чуть ли не потеряв дар речи.
— Ой, не боись, их уже нет, — она засмеялась.
— В смысле? — возмутился я.
— В основном все на благотворительность отправила, а что-то на развитие движения. Ну, заказали принты ковриков для мышек с твоим символом, пытались в Патриаме организовать такие символы на оружие, на броню. Но там это быстро попало в «запретное»…
— Эээ…
— Антон, не тупи. Ты хочешь остаться должным этой массе? А так я повыкидывала скрины благодарностей и чеков от всяких организаций, и написала, что «я не ради денег это делаю».
— В смысле должным?
— Сегодня ты герой, а завтра? Потом, если кому надо будет, все так развернут, что окажется, ты просто собирал деньги…
Я поскреб голову. В принципе, я это понимал. Но, блин, это был, как минимум, новенький вирт, хоть и не последней модели.
— Антон, это политика. Когда все утихнет, берешь ситуацию, отбрасываешь причину, оставляешь следствие. Причины нет, поэтому ты автоматически получаешься козлом. А кто полезет разбираться, как все было? Процентов пять-десять, их
Я поднял ладони.
— Все, все, понял.
В общем, Марина быстро предотвратила эти потуги сбора средств, пробежавшись по форумам, и сразу напрямую оставляла ссылки. Мол, если кому надо, пусть жертвует сюда-то и сюда. И когда вместо кнопки «на борьбу Хаммера с руководством» появилась ссылка на какой-нибудь фонд, число желающих сразу уменьшилось.
Тем более, она предупредила, что начали появляться недобросовестные юзеры, которые просто пытались воспользоваться ситуацией. Марина довольно быстро осаждала их, предлагая выступить в Патрик-Ньюс «хоть сейчас», чтобы проверить, кто прав.
Естественно, ей пришлось бы будить меня, но до радио-дебатов не доходило.
— Так к чему мы сейчас пришли? — устало потерев лоб, спросил я.
— Появилась реакция из-за границы. Некие личности утверждают, что если Хаммер предоставит доказательства нечестной игры, Патриам могут выкинуть с международной арены. На несколько лет точно, пока «в команде руководителей не сменятся люди». Нынешним веры нет.
— Та-а-ак, — протянул я, — Звучит уже как-то по-взрослому.
— Вот и я о том же.
— А Вестник всем доверяет среди тех, кто был на брифинге?
— Да, остались самые стойкие, — кивнула Марина, — Я уже написала ему, чтобы предупредил остальных.
— Слушай, а ведь так хочется, — я потер руки, — Вот просто долбануть сразу по ним по всем…
Марина покачала головой.
— Нет, Антон, так нельзя. Лучше остаться на плаву среди слухов, чем рухнуть из-за правды. Потеряет Патриам репутацию, и вылезти обратно будет труднее.
Я скривился. Опять мне надо «кого-то понимать»… Но это уже не отдельный клан или админ, это весь Патриам.
— Тебя возненавидит куча народа, особенно те, кто сейчас поддерживает, понимаешь?
— Да, — я вздохнул.
— Не реви, — не отрывая взгляд от монитора, нахмурилась Марина, — Спокойствие, малыш, только спокойствие.
— Я и не реву.
— Вот и не реви, — она засмеялась.
Звякнул планшет.
— Брат пишет, — она нахмурилась, — А ты точно к Богу Крови сегодня летал?
— Ну да, — я тряхнул головой, — Я там уже как у себя дома.
Она пригладила волосы, удивленно глядя в экран:
— Он пишет, что у него надежных людей там не осталось, и он ничего не смог сделать. Попробует еще с кем связаться…
Я совсем уж растерялся:
— А как же…
— Может, кто из команды Тортуги балуется?
Тут мне пришлось кивнуть:
— Давай будем так думать. Так легче, а то в проснувшийся Скайнет мне не верится.
— Окей.
Мы провели за экранами еще полчаса, когда случилось чудо. Позвонил Диман. С нами связался официальный представитель руководства игры Патриам, он прислал письмо Патрику на сайт. В общем, просил выйти на связь.