Запасной
Шрифт:
Спустя долгое время я взял её за руку.
Затем, когда дорога стала более ровной, я решился на поцелуй.
Такой же, как мы оба его помнили.
Телохранители в 50 метрах от нас делали вид, что не замечают.
По мере того, как мы углублялись в заросли и приближались к Окаванго, фауна начала меняться.
Там! Смотри!
Боже мой. Это… жирафы!
А там, смотри!
Семья бородавочников.
Мы видели стадо слонов. Папы, мамы, малыши. Привет, ребята.
Да ладно, сказала она.
Что-то подсказало мне оглянуться назад. Конечно, мерцающий хвост. Я крикнул Майку, чтобы он остановился. Он ударил по тормозам, и грузовик дал задний ход. Вот — стоит прямо перед нами, большой парень. Папочка. А там четверо мальчишек бездельничают под тенистым кустом. С мамами.
Мы какое-то время любовались ими, потом поехали дальше.
Незадолго до сумерек мы прибыли в небольшой лагерь, который подготовили Тидж и Майк. Я отнёс сумки в палатку рядом с огромным колбасным деревом. Мы были на краю большого леса, глядели вниз по пологому склону к реке, а дальше: пойма, наполненная жизнью.
Меган, которую я теперь называл Мег, а иногда просто Эм, была ошеломлена. Яркие цвета. Чистый, свежий воздух. Она путешествовала, но никогда не видела ничего подобного. Это был мир до того, как появился современный мир.
Она открыла свой маленький чемодан — ей нужно было что-то достать. Вот оно, подумал я. Зеркало, фен, набор косметички, пушистое одеяло, дюжина пар обуви. Я постыдно думал стереотипами: американская актриса ведёт себя, как гламурная киса. К моему шоку и радости, в чемодане не было ничего, кроме самого необходимого. Шорты, рваные джинсы и закуски. И коврик для йоги.
Мы сидели в холщовых креслах и смотрели, как садится солнце и восходит луна. Я на скорую руку приготовил коктейли. Виски с примесью речной воды. Тидж предложила Мег бокал вина и показала, как обрезать пластиковую бутылку с водой и превратить её в кубок. Мы рассказывали истории, много смеялись, а потом Тидж и Майк приготовили нам прекрасный ужин.
Мы ели у костра, глядя на звезды.
Перед сном я провёл Мег через темноту к палатке.
Где фонарик? спросила Мег.
Ты имеешь в виду факел?
Мы оба рассмеялись.
Палатка была очень маленькой и спартанской. Если она и ожидала какой-нибудь поездки в глэмпинг, то теперь полностью избавилась от этой фантазии. Мы лежали внутри, на спине, чувствуя момент, сливаясь с ним.
Были и отдельные спальные мешки — результат большого беспокойства и многочисленных разговоров с Тидж. Я не хотел быть самонадеянным.
Мы расстелили их рядом и легли плечом к плечу. Мы смотрели на крышу, слушая, разговаривая, наблюдая, как лунные тени трепещут по нейлону.
Затем раздалось громкое чавканье.
Мег выпрямилась: Что это?
Слон, сказал я.
Всего один, судя по звуку. Снаружи. Мирно ест кусты вокруг нас.
Он не причинит нам вреда.
Правда?
Вскоре после этого палатка содрогнулась от громкого рева.
Львы.
Мы
Да. Не волнуйся.
Она снова легла и положила голову мне на грудь.
Поверь, сказал я. Я позабочусь о тебе.
7
Я проснулся незадолго до рассвета, расстегнул тихонько палатку и вышел на цыпочках. Тишина ботсванского утра. Я наблюдал, как стая карликовых гусей летела вверх по реке, смотрел, как антилопы пьют у кромки воды.
Пение птиц было невероятным.
Когда взошло солнце, я поблагодарил за этот день, а затем спустился в главный лагерь за тостом. Когда я вернулся, Мег, растянувшись на коврике, занималась йогой у реки.
Поза воина. Собака мордой вниз. Поза ребенка.
Когда она закончила, я объявил: Завтрак подан.
Мы ели под акацией, и она взволнованно спросила, какие планы на день.
Я приготовил пару сюрпризов.
Всё началось с утренней прогулки. Мы запрыгнули в старый бездверный грузовик Майка и рванули в зелень кустов. Солнце на щеках, ветер в волосах, мы мчались по ручьям, прыгали по холмам, выгоняли львов из густой травы. Спасибо, что устроили вчера такой шум, мальчики! Мы наткнулись на большое стадо жирафов, обдирающих верхушки деревьев, их ресницы напоминали грабли. Они кивнули , будто пожелав доброго утра.
Не все были столь дружелюбны. Проходя мимо огромного водопоя, мы увидели впереди облако пыли. Это нас встречал угрюмый бородавочник. Он отступил, когда мы остановились.
Бегемоты тоже воинственно фыркнули. Мы помахали им, отступили и запрыгнули обратно в грузовик.
Мы спугнули стаю диких собак, пытавшихся стащить дохлого буйвола у двух львиц. Это вряд ли бы закончилось добром. Мы оставили их в покое.
Золотистая трава качалась на ветру. Сухой сезон, объяснил я Мег. Воздух был тёплым, чистым, дышать было приятно. Мы устроили пикник, запивая еду сидром из Саванны. После этого мы пошли купаться в устье реки, держась подальше от крокодилов. Держись подальше от тёмной воды.
Я рассказал ей, что это самая чистая вода в мире, потому что она отфильтрована папирусом. Даже слаще, чем вода в древней купальне в Балморале, хотя... лучше не думать о Балморале.
До годовщины оставалось всего несколько недель.
В сумерках мы лежали на капоте грузовика и смотрели в небо. Когда появились летучие мыши, мы пошли искать Тидж и Майка. Мы включили музыку, смеялись, говорили, пели и снова поужинали у костра. Мег рассказала нам немного о своей жизни, о взрослении в Лос-Анжелесе, о том, с каким трудом стала актрисой, о быстрых поездках по прослушиваниям в ветхом внедорожнике, двери которого не всегда открывались, и приходилось лезть через багажник. Она рассказала о своём растущем портфолио в качестве предпринимателя, о своём веб-сайте, посвящённом образу жизни, у которого десятки тысяч подписчиков. В свободное время она занималась благотворительностью — особенно яростно относилась к женским проблемам.