Западня

Орлов Алекс

«Все познается в сравнении…» — пошутил он про себя и горько усмехнулся. Какое положение, такие и шутки. Решили подзаработать, теперь ни аванса, ни зарплаты — только возможный тюремный срок. Неужели ради этого стоило бежать с Чиккера?

— Не забудьте наши вещи, — напомнил Барнаби, когда их повели к выходу.

— Не забудем, не беспокойся, — буркнул капитан Твидл.

— Кэп, надеюсь, окурков на полу не будет? — прозвучал из динамиков голос пилота.

— Нет, Пауль, как можно, — ответил Твидл и, сделав последнюю затяжку,

бросил окурок на пол, а затем и с удовольствием раздавил его подошвой.

Арестованных провели по закрытой территории комплекса, такой же заброшенной и пустынной, как и спецотсеки на орбитальном терминале. На улице их ждал полицейский фургон.

Джек не удивился, увидев обитые изнутри металлом стены и два светильника, прикрытых колпаками из бронестекла. Это напомнило десантные отсеки «сарацинов», в которых им с Барнаби приходилось кататься сотни раз. Но в «сарацине» было как-то уютнее. Может, потому что он защищал пехоту. И еще — в «сарацине» не воняло старым куревом. Там иногда курили, но этой вони не оставалось, а здесь как будто пепельницу забыли вынести.

— Кого притащил, Кэп-Странник? — спросил водитель, высунув нос из узенького окошка кабины.

— Сегодня «мясники», Билл, — похвастался Твидл. — Четверых человек буквально на куски порвали. Не люди, а доберманы какие-то…

Последнюю фразу Твидл произнес, глядя на Джека с Барнаби. Он любил пугать арестованных, однако эти парни не пугались. Они досадовали на ситуацию, но не пугались.

«Ничего, когда начнут бить — размякнут. Поначалу многие мнят себя героями, потом ломаются, признаются во всем, что было и чего не было», — сказал себе Твидл и улыбнулся. Чтобы достойно встретить юбилей Управления, ему предстояло постараться, впереди светило повышение. Майор Твидл… Это звучало неплохо.

— А трупы кто повезет? — спросил водитель.

— Какая тебе разница, Билл, ты отродясь на труповозках не работал. Позже их доставят, прямо на экспертизу. Поехали…

35

Машина резко стартовала, будто была не арестантской, а гоночной.

Твидл снова закурил, и весь фургон затянуло дымом. Вентиляции здесь не было.

У Джека запершило в горле, он кашлянул. Твидл с ухмылкой пустил струю дыма прямо на него.

— Ты плохо выглядишь, — разозлившись, сказал Джек. — Давно был у врача?

Барнаби неодобрительно посмотрел на Джека. Подобных вещей полицейским, в особенности таким, как Твидл, говорить не следовало.

Лицо капитана сделалось желтым, вокруг глаз проступили серые тени.

— Возможно, я выгляжу плохо, сынок, но уже сегодня ты будешь выглядеть куда хуже…

Джек перевел взгляд на сидевших возле двери полицейских. Им капитан тоже не нравился, однако они молчали и просто смотрели в пол.

Машина ехала долго. Капитан успел выкурить две сигареты, потом от скуки стал рассматривать собственные ногти.

Наконец

фургон остановился. Арестанты спустились по неудобной лесенке и обнаружили, что находятся в закрытом дворе, с четырех сторон огороженном высотными зданиями в десятки этажей. На мгновение Джеку показалось, что он в жерле гигантского орудия и им вот-вот выстрелят прямо в небо.

На некоторых окнах зданий были заметны решетки, рядом с другими торчали блоки кондиционеров.

— Управление. Следственная часть, — с гордостью сообщил капитан Твидл. — Конвой, вперед!

И снова Джека с Барнаби повели по бесконечным коридорам, командуя то «Стоять!», то «Вперед марш!». Спускали на лифтах, подгоняли на крутых лестницах.

Вскоре арестанты оказались в длинном коридоре с множеством одинаковых дверей. Двери то и дело открывались и закрывались, выпуская в коридор людей с папками, ордерами и вещдоками. Здесь все друг друга знали, кивали при встрече и переговаривались:

— Привет, как твой?

— Да не колется, сволочь.

— А в рыло дать?

— После обеда, сейчас неохота…

Твидл шел впереди конвоя, расталкивая встречных и коротко отвечая на приветствия. Было видно, что на этом этаже он в большом авторитете.

Наконец Джека и Барнаби доставили к кабинету, который принадлежал капитану Твидлу. Дверь была приоткрыта, и изумленный капитан, зайдя внутрь, обнаружил там своего начальника и незнакомого человека, одетого так, как одеваются те, кому правительство платит несравненно больше, чем полицейскому убойного отдела.

— В чем дело, сэр, почему вы в моем кабинете? И что это за рожа сидит на моем столе?

— Это не «рожа», Твидл, это майор Гастон из контрразведки. Мы решили подождать тебя прямо здесь.

— А у двери нельзя было подождать?! — начал выходить из себя капитан. Он уже понимал, что появление надменного контрразведчика сулит одни только неприятности.

— Нам удобнее было подождать здесь, Твидл! — тоже повысил голос начальник. — И не забывай, что ты пока еще мой подчиненный и не тебе указывать, где мне и майору Гастону лучше ждать!

— Хорошо, сэр… Прошу прощения, погорячился. Что я должен сделать для майора Гастона — почистить ему ботинки?

— Нет, капитан, — слезая со стола, ответил контрразведчик. — Вы должны передать мне двух арестованных, которых привезли с орбиты.

— Да ну! — Капитан воинственно вскинул голову. — А что еще я должен? Это мои, это мои задержанные! Я обещал им веселую жизнь, и я им ее устрою!

— Прекрати, Твидл, — одернул его начальник. — Мы ведь одно дело делаем…

— Дело одно, но все больше нашими руками!

Капитан кричал, не подозревая, что весь этот спектакль видят Джек и Барнаби. Рядовые полицейские стояли рядом и злорадно улыбались. Они даже не подумали отвести арестованных в сторону.

— Зачем мы понадобились контрразведке, Джек? — тихо спросил Барнаби.