Западня
Шрифт:
Ведро все еще валялось на полу. Я забросила его в море, напрягаясь изо всех сил, вытащила на палубу.
Так, теперь надо разжечь огонь. Но как?
В голове тут же вспыхнуло: огниво. Оно осталось в моей каюте, я бросилась туда и застыла у лестницы. Пройти было невозможно: тяжеленная парусина все же провалилась в проход и перегородила его. Я попыталась потянуть ее на себя, но даже не сдвинула с места и вернулась обратно.
Стоп! Без паники! У кока тоже должно быть огниво.
В том развале, в котором находился камбуз, разыскать его было практически
Я разобрала бочки и кастрюли, подняла железные кружки, миски и ложки, сложила все на стол. Теперь в камбузе был относительный порядок. Я смогла открыть дверки прикреплённых к стенам шкафчиков и в одном из них нашла огниво и свечи.
Ещё целый час пыталась разжечь огонь. Я вспотела, устала, от голода сводило спазмом желудок, но я упрямо шла к цели. И когда робкие язычки пламени охватили лучину, я чуть не расплакалась.
Но реветь было некогда.
Абсолютно некогда. Появилось ощущение, что вот-вот к кораблю подойдут лодки, и местные жители застанут меня в таком неприглядном виде.
Я затащила на плиту бочок, даже устала, посидела немного, отдышалась, стала наливать в него воду. Каждый подъем полного ведра требовал невероятных усилий, но я упрямо готовила себе помывку.
Еще поставила небольшой котелок для каши. Все эти дни я питалась только кусочками вяленого мяса. Сейчас мне хотелось чем-то солидным наполнить желудок.
Когда вода согрелась, я помылась. Содрала с себя грязную одежду и брезгливо бросила её в печь. Я нашла в шкафу кока его брюки и рубашку. В них и переоделась. Нижнее белье постирала, развесила сушиться. Теперь почувствовала себя обновлённой и по-настоящему живой.
Каша закипела котелке, заправила её солью и съела, даже не доварив зерна. С эти делами провозилась остатки дня и так устала, что заснула, едва добравшись до матраса.
* * *
И сразу услышала почти забытый голос Димки и очутилась в свадебном салоне.
— Анюта, ты сегодня такая красивая! — прицокивал языком жених, обходя меня по кругу. — Полный аллес просто!
— Правда? Тебе нравится? — спрашивала я, сама тая от восторга.
Это платье Димка заказал мне из Парижа и сам настоял, чтобы присутствовать во время примерки.
— Не должен жених видеть невесту в свадебном платье, — ворчала моя мама. — Плохая примета.
— Ой, мам, для кого? Не те время сейчас, — отмахнулась я и закружилась перед зеркалом.
— Ань, я жду тебя в машине, — сказал любимый и послала воздушный поцелуй.
Переодевшись, довольная и счастливая, я вышла из салона и побежала к машине. Димка припарковался на противоположной стороне улицы.
Он помахал мне издалека рукой, я ответила, нетерпеливо подпрыгивая на тротуаре в ожидании, пока загорится зеленый свет светофора.
И он загорелся, я бросилась бежать. Скрип тормозов резанул по ушам так внезапно, что я впала в ступор. Обернулась: и тут толчок, падение, удар, темнота…
* * *
Я
И вот теперь снова. Я опять невеста, жениха не видела ни разу, зато в новое приключение угодила. Может, на мне венок безбрачия?
Я сжалась, обхватила голову руками.
— Мамочка, Димка, как вы без меня? — слезы закипели в глазах, обожгли щеки.
Но сразу встряхнулась, выглянула в окно: красные лучи солнца показались над горизонтом. Я тут же побежала на палубу: некогда предаваться унынию, надо вытаскивать свою задницу из передряги.
Увы, аборигены не торопились спасать меня из корабельного плена. И вообще, вершина горы была скрыта в тумане, и нигде я не видела признаков жизни.
От неприятного предчувствия засосало под ложечкой. Неужели это не тот остров, куда отправляли невест? А он вообще обитаемый?
Порыв сильного ветра растрепал волосы и залепил ими лицо. Я встряхнулась. Оставаться на кривом корабле, в днище которого, возможно, пробоина, не вариант. Значит все равно надо выбираться на сушу.
Корабль плавно покачивался на волнах, а берег по-прежнему был хорошо виден, мне даже показалось, что он стал ближе.
Я побежала к якорю: точно, цепь натянулась — прилив. Уже зная, что делаю, я нажала на рычаг, раз, другой, третий, с каждым разом все больше наматывая цепь на бобину. Наконец показался якорь. Я закрепила его на борту и выдохнула: оставалось только ждать, когда прилив подтащит корабль ближе к берегу.
Не теряя ни минуты, я затопила печь, сварила побольше каши, на этот раз бросив в нее мясо. Неизвестно, когда еще удастся приготовить еду. Сделала себе с запасом чай из сушеных ягод и листьев, которые нашла на камбузе, налила его в кожаную флягу. Поела, и сразу почувствовала, как силы наполнили тело.
— Что ж, — я огляделась. — Спасибо этому дому, пойдём к другому.
Я вышла на палубу. Уже знакомая ворона сидела на мачте и встречала восход.
— Привет, — я помахала ей рукой и поставила на пол миску с зернами.
Она тут же слетела вниз и начала клевать, а я подошла к борту. Почти неуловимо, но берег приблизился.
Я заметалась по судну, собирая необходимые для выживания вещи. Неизвестно, сколько мне придется идти к людям. Раз до сих пор никто не появился, значит первое поселение далеко отсюда.
Я боялась даже представить такой вариант, что остров необитаем. Да и выбора у меня особого не было. Опасно выходить на сушу в неизвестность, но и оставаться на борту тоже опасно.
Нашла заплечный мешок и начала собирать его. Огниво, лучина для розжига, ломтики вяленого мяса и рыбы, крупа, соль, рыболовные принадлежности, которые обнаружила в кубрике матросов, какие-то прочные шнурки и веревки, кожаные фляги для пресной воды — все пошло в ход.