Замусоренные
Шрифт:
— Н-да, дела! — тяжело вздохнул Андрей.
— Слушай дальше, — продолжал Мамонтов, нервно теребя в пальцах сигарету. — Васильковским шестеркам все сходит с рук. Недавно они вчетвером изнасиловали пятнадцатилетнюю девчонку. Мамаша ринулась в ментовку. Заявление мусора под каким-то предлогом не приняли, а вечером к ней домой явились васильковцы с помповыми ружьями (им менты без вопросов «разрешения на ношение» выдают) и популярно объяснили: мол, прикинься ветошью и не отсвечивай! Иначе пришьем.
— Голый [4]
— И-эх! — горестно махнул рукой Мамонтов. — Давай выпьем, братан, за твое благополучное освобождение…
Вернувшись утром домой, Андрей застал там опухшую от слез мать.
— Вчера убили Вадима, — мертвым голосом сообщила она. Андрей почувствовал, как у него подкашиваются ноги, перед глазами сгустилась черная пелена… Несколько минут он стоял, судорожно хватая ртом воздух, затем, немного опомнившись, позвонил Мамонтову…
4
В данном контексте — законченный, абсолютный.
— Менты, да и прокуратура тоже, не станут это дело распутывать. Изобразят видимость активной деятельности, составят ворох бумаг для отмазки, а потом потихоньку спустят на тормозах. — Мамонтов сидел в кресле напротив Михайлова, куря одну сигарету за другой.
Андрей молча слушал, механически прихлебывая давно остывший кофе. Лицо его осунулось, глаза ввалились. Они находились в квартире вдвоем. Мать в предынфарктном состоянии два часа назад увезли в больницу.
— Смерть Вадима мусорам на руку, — в голосе Володи слышалась нескрываемая ненависть. — Михай был для них костью в горле, хотя после убийства Варяга в районе не светился. Работал в бригаде Фрола. Ну того, из…
— Знаю, — хрипло перебил Андрей. — Но чем же Вадик им помешал? У Фрола ни одной точки здесь нет. Сфера его влияния на другом конце Москвы!
— Ты не понимаешь! — печально усмехнулся Мамонтов. — Менты вместе с замусоренными полностью подмяли под себя район. Любой нескурвившийся пацан для них словно бельмо на глазу!
— Суки рваные! — прошипел Андрей. — Узнаю, кто брата грохнул, — из-под земли достану!
— Как узнаешь-то?!
— Подумаю!..
После «приключения» в пансионате Валерий Лукин чувствовал себя отвратительно. Болели сломанные ребра и отбитые внутренности. Лицо превратилось в синюю, оплывшую маску. Однако хуже всего было душевное состояние. «Скоты паршивые! — в бессильной ярости думал Лукин. — Никакой управы на них нет! Совершенно обнаглели под крылышком у милиции! Уже не разберешь, где бандиты, где менты! Впрочем, нет! Назвать васильковцев бандитами — значит оскорбить последних! Волк шакалу не товарищ!»
Лукин кряхтя поднялся с дивана, принял таблетку темпалгина, [5] накинул на плечи дубленку и вышел на балкон покурить.
— Здорово, сосед, — услышал он тихий голос. — Неважнецки ты выглядишь.
Валера повернул голову. На
— Поздравляю с возвращением, — ради вежливости сказал Лукин, вспомнив, что Михайлов недавно освободился из мест заключения. — Как брат поживает?!
— Издеваешься?! — потемнел от гнева Андрей. — Или… не знаешь?!!
5
Сильнодействующее обезболивающее.
— Бог с тобой, какие издевательства?! — изумился Валера.
Михайлов с минуту испытующе смотрел на него.
— Убили Вадима, — наконец выдавил он. — Вчера утром…
— О Господи! — искренне расстроился Лукин. — Жаль парня!
— Кто тебя так обработал? — через некоторое время спросил Андрей. — Места живого не осталось!
— Васильковцы!
— За что?
— Хотели девчонку мою трахнуть, а я заступился.
— Козлы вонючие! — выругался Михайлов. — Пидорасы!.. Знаешь, сосед, заходи ко мне. Чайку попьем! Тошно одному, сил нет! Вовка Мамонт в похоронное бюро поехал, гроб заказывать, а потом на кладбище о могиле договариваться. Мать с сердечным приступом в больнице. Брат… в морге. — Андрей едва сдержал слезы.
— Хорошо, иду…
— Интересно, — выслушав обстоятельства гибели Вадима, задумчиво протянул Лукин.
Они сидели вдвоем на кухне. На столе дымились две почти нетронутые чашки с чаем.
— Похоже, Вадима подставили!
— С чего ты взял? — насторожился Андрей.
— Смотри сам. Убийцы знали, где и во сколько он появится. В том доме у Вадима были родственники, друзья или любовница?
— Насколько мне известно, нет.
— Тогда к кому он шел?
— Без понятия!
— Надо выяснить, с кем собирался встретиться Вадим. Именно эта гадина предупредила убийц!
— Необязательно, — неуверенно возразил Андрей. — Может, его пасли… [6]
— Вряд ли. Тогда б могли подобрать менее оживленное место или, на худой конец, просто расстрелять машину.
— Верно, — немного поразмыслив, сказал Михайлов-младший. — Ты прав! Спасибо!
— Хочешь, я попытаюсь навести справки о жильцах дома? — предложил Лукин.
6
Следили, держали под наблюдением.
— Как?
— У моей девчонки мать напротив живет. В доме всего один подъезд, а любопытные бабы преклонного возраста, к коим Олина маман относится, все про всех знают!
— А почему ты так для меня стараешься? — подозрительно покосился на Валеру Андрей.
— Тебе правда нужна?
— Разумеется.
— Мне кажется, тут не обошлось без замусоренных. После гибели Варяга они старательно уничтожают всех нескурвившихся.
«Парень прав, — подумал Андрей. — Мамонт говорил почти то же самое. А с ментовскими „шестерками“ у Валерки свои счеты. Изуродовали — смотреть страшно!!!»