Законник
Шрифт:
– Вряд ли нам обоим, – пожал плечами Фобос, продолжая напряжённо вглядываться в лес.
Тень промелькнула вновь, но уже дальше.
– Монахи, может? – спросил Йеспер.
Ему не нравилось, что они остановились. Ему хотелось как можно скорее добраться до монастыря, разыскать там ублюдка Танго, прикончить его и найти свою дочь.
– Возможно, – медленно произнёс Фобос, пряча пистоль в кобуру. Они двинулись дальше.
Через некоторое время они добрались до небольшого плато, на котором раскинулось несколько акров пшеницы.
– Не-неужели? –
Даже здесь фермерские наделы были заброшены. Несколько покосившихся сараев стояло посреди полей с пожухлой пшеницей и овсом.
Законники дали лошадям шенкеля и отправились вперёд, туда, где узкая тропа поднималась всё выше и выше.
Как высоко они забрались? Дышать здесь было чуть труднее. Жаль, что густой лес скрывал тропу – с горы мог бы открыться прекрасный вид на Фронтир и ближайшие земли Лигии и Хафенбаума.
Дорогу перегородила каменная стена с тяжёлыми чугунными воротами. Чугунное литьё было выполнено в форме оскалившегося черепа. По виду, их не открывали давным-давно. Паутина разместилась по углам ворот, а на дороге перед ними лежали кучи прошлогодней перегнившей листвы.
– Нужно спрятать лошадей, – сказал Фобос, слезая с Бонки, – не стоит идти напролом. Перелезем через стену.
Одноногий лишь вздохнул.
Место, где можно было укрыть лошадей, находилось чуть ниже. Одноногий, по понятным причинам, туда не отправился, а остался следить за воротами.
Когда Йеспер и Фобос вернулись, взмокшие и тяжело дышавшие, он сказал, что к воротам кто-то подходил.
– Хорошо, что мы не наделали шума, – сказал командир, а затем двинулся вдоль стены направо от ворот. Законники последовали за ним.
За воротами и тропой стена резко уходила вниз, а потом – влево. После чего начала резко подниматься и упёрлась в навал камней и бурелома.
– Здесь не перебраться, – сказал Фобос, попытавшийся залезть на кучу. Та опасно зашевелилась. Ему вовсе не хотелось скатиться по склону горы и умереть от ушибов, а поэтому он повел свой поисковый отряд назад. Иронично пытаться убежать от Смерти в её святилище.
С другой стороны навалов не было, однако сразу за стеной начинался обрыв. Фобос с сомнением поглядел на Одноногого, но тот довольно ловко перебрался.
Зато сам Фобос едва не свалился в пропасть, в последнюю секунду зацепившись за какой-то уступ на стене. Сердце бешено билось.
Законники втащили его обратно и отправились дальше.
Через несколько минут идти стало труднее. Стена, прильнув к которой, они двигались, уходила вверх. Лес внизу расступился, и от увиденного у фронтменов перехватило дух.
– Ничего с-себе, – заворожено пробормотал Одноногий, глядя на потрясающую панораму, раскинувшуюся внизу.
Горные кряжи, мелкие деревни, реки и озёра, прерии Фронтира – всё было как на ладони. Вдалеке чёрным пятном на идиллической картине мира зиял Рубеж. Чёрные стены посреди сочно-зелёной степи выглядели как провал. Взгляд Фобоса на долю секунды оказался прикован к одной из стен Рубежа, где, как он помнил, располагалось кладбище.
Укол
Фобос резко встряхнул головой и поторопил напарников.
Вскоре они добрались до деревянного парапета, оставшегося, вероятно, со времён строительства стены. Вряд ли рабочие предполагали, что кто-то сюда доберётся. Тем более, что здесь будет показывать чудеса акробатики одноногий калека.
Парапет был крепко прибит к стене, а рядом с ним, запутавшись в ветвях деревьев, болтались леса. Фобос и Йеспер достали ножи и принялись распутывать ветви. Вскоре им удалось вытащить леса и втянуть на парапет. Пока всё шло неплохо.
– Мы тебя подсадим, – сказал Фобос Одноногому. Стрелок кивнул. Командир продолжил, – сильно не высовывайся. Заберись и посмотри, достаточно ли это укромное место. Если оно на виду у всей братии, то пойдём дальше.
– Дальше некуда, командир, – заметил Йеспер и указал рукой на обрыв вдалеке. Фобос чертыхнулся.
Одноногий, несмотря на свой недуг, проворно забрался на леса. Законники даже подивились его ловкости. Он распластался на верхнем настиле и взглянул поверх стены.
– Всё в п-порядке, – доложил он, – это задний двор какой-то каменной церкви. Сюда выходит глухая стена.
– Нас не увидят? – спросил Фобос.
– Не увидят.
Фобос приказал Одноногому спуститься. Нужно было надёжно примотать леса к стене и парапету, чтобы все смогли перелезть через них. Слишком неустойчивой была их конструкция.
Первым полез Фобос. Он перебрался через стену и соскользнул с неё, бесшумно рухнув в высокую и давно не кошеную траву.
Следующим был Одноногий. Кряхтя, он кое-как перевалился через уступ, после чего, не удержался, разжал руки и рухнул прямо в объятья Фобоса.
Затем показалась голова Йеспера. Он отвязал свой ремень от лесов и ловко, как кошка, перемахнул через стену, кувыркнулся, достигнув земли, и тут же достал пистоль. Выглядело эффектно.
***
Фобос выглянул из-за каменной стены церкви и увидел внутренний двор монастыря.
Это была просто зелёная поляна со скошенной травой. Кое-где имелись насыпные или вымощенные камнями тропинки. В некоторых местах стояли скамьи. Повсюду было разбросано довольно много каменных идолов. В центре двора находилась большая статуя, изображавшая Мортара, сидевшего на троне.
– Трое во дворе, – прошептал законник, заметив послушников в чёрных рясах с капюшонами. У каждого на груди был приколот небольшой серебряный череп. Фобос не разбирался в иерархии мортарианских монахов, а потому принялся изучать обстановку дальше. Высокая трава хорошо скрывала его.
Тишь да благодать. В дальнем углу монастыря виднелась лесопилка, где трудились в поте лица ещё двое послушников. Весь двор по периметру был окружён несколькими зданиями. Одно было одноэтажным и вытянутым, вероятно, там находились кельи монахов. Другое являло собой недавно сооружённый рультовый сруб. Из трубы валил дым. Трапезная?