Закон триады
Шрифт:
Паня оставили в больнице, хотя его жизнь была уже вне опасности. Доктор определил пищевое отравление.
– Еще бы час, – сказал он, – и мы уже не смогли бы его спасти.
Результат анализа маринованного краба вызывал сильнейшие подозрения. В мясе краба были обнаружены бактерии – в количестве, намного превышающем допустимое. Этот краб был убит уже несколько дней назад.
– Странно, – сказала медсестра. – Здешние жители никогда не едят несвежего краба.
Более чем просто странно, размышлял Юй, ведя машину по ухабистой дороге. Где-то в лесу, позади него, ухал филин. Он инстинктивно
Вернувшись в гостиницу, он тут же направился на кухню.
– Нет, что вы! Мы никакой еды вам не посылали, – сказал перепуганный шеф-повар. – У нас вообще не предусмотрена такая услуга.
Юй порылся в рекламной брошюре гостиницы. О подаче пищи в номер и речи не было. Шеф-повар предположил, что ужин могли прислать из близлежащего деревенского ресторана.
– Нет, нет, у нас не было такого заказа, – категорически заявил по телефону владелец ресторана.
Возможно, они прислали заказ по ошибке и сейчас пытались спихнуть с себя ответственность? Вряд ли: человек, доставивший еду, попросил бы заказчика расплатиться.
Следователь Юй был уверен, что целью отравления был он сам. Если бы он был один и сам съел весь обед, сейчас он валялся бы в больнице или даже в морге. И никто бы и не подумал проверить остатки краба в судке. Так что мафия могла не волноваться за последствия. Такие вещи, как пищевое отравление, случаются чуть ли не ежедневно. Местная полиция даже не стала бы его расследовать. А тот, кто все подстроил, не мог знать, что Юй не ест сырых крабов.
Значит, кому-то он сильно действует на нервы, кому-то нужно обязательно его устранить. Для следователя Юя это было вызовом, и он решил вступить в схватку, хотя противник имел над ним явное преимущество: он прятался в тени, следил за ним и выжидал удобный момент для нанесения удара. Вроде сегодняшнего обеда…
Внезапно он увидел тревожную трещину в своей теории. Ведь бандиты не могли не видеть управляющего Паня, который вошел в гостиницу, поэтому должны были воздержаться от преступления. Или кто-то сообщил им недостоверную информацию – что следователь Юй один находится в номере?
Что же получается? О его планах на день знал только сержант Чжао: Юй сам ему сказал, что будет у себя в номере и займется своими делами. Ну да! И поднос с ужином был накрыт на одну персону – всего с одной парой палочек.
10
Покинув комнату Чжу Сяоин, инспектор Рон стала осторожно спускаться по лестнице следом за старшим инспектором Чэнем.
Они поговорили уже с несколькими одноклассниками Вэнь, которых назвал им Лихуа: с Цяо Сяодуном в школе Цзинлин, с Ян Хуэем в бакалейном магазинчике «Красный флаг» и, наконец, с Чжу Сяоин у нее дома. Никто из них не сообщил им ничего существенного. Недавняя встреча с одноклассниками, естественно, пробудила давние воспоминания, они были возбуждены и живо интересовались судьбой тех, кто не смог на нее прийти. Но затем снова наступили суровые будни с их насущными домашними и деловыми заботами, и они забыли о подруге, с которой давно уже потеряли всякую связь. Только Чжу по-прежнему посылала Вэнь поздравительные открытки к Новому году, но и она уже много лет не получала от нее никаких
Кэтрин собиралась шагнуть на очередную ступеньку, когда предыдущая внезапно провалилась у нее под ногой. Она споткнулась, потеряла равновесие и стала падать вперед, но налетела на спину старшего инспектора Чэня. Он остановил ее падение, с силой ухватившись за перила. Кэтрин с трудом выпрямилась, а он повернулся к ней и подхватил ее.
– Вы не ушиблись, инспектор Рон? – встревоженно спросил он.
– Нет, нет, не волнуйтесь. – Она высвободилась из его рук. – Наверное, я еще не пришла в себя после длинного перелета.
По лестнице сбежала Чжу с фонариком в руке.
– Ох, старые ступеньки совсем сгнили!
Одна из ступеней оказалась сломанной. Непонятно было, споткнулась ли сначала инспектор Рон, или ступенька внезапно треснула, когда она на нее ступила.
Чэнь хотел что-то сказать, но вместо этого машинально произнес:
– Извините, пожалуйста, инспектор Рон.
– За что, старший инспектор Чэнь? – сказала она, увидев его нахмуренное лицо. – Я бы наверняка разбилась, если бы вы снова не спасли меня.
Она сделала шаг и покачнулась. Чэнь обхватил ее за талию. Тяжело опираясь на него, Кэтрин медленно спустилась вниз. Добравшись до нижней площадки, она стала осматривать поврежденную ногу и тут же вскрикнула от неожиданно пронзившей ее боли в лодыжке.
– Вам нужно к доктору.
– Нет, нет, ничего страшного.
– Не стоило мне сегодня брать вас с собой, инспектор Рон.
– Но я же сама настояла, – с некоторой резкостью возразила она.
– Я придумал, что нам делать, – решительно сказал Чэнь. – Поедемте в аптеку, где продаются лекарственные травы. Она принадлежит господину Ма. Китайская медицина живо поставит вас на ноги.
Аптека господина Ма находилась в старом центре Шанхая. На золотой вывеске над дверью два больших иероглифа извещали клиентов: «Старый Ма», что также означало «Старая Лошадь».
– Любопытное название для аптеки, – заметила Кэтрин.
– Здесь намек на старую китайскую пословицу: «Старая лошадь знает дорогу» – нечто вроде вашей «Старый конь борозды не портит». Старый и опытный мистер Ма знает, что делает, хотя он не врач и не фармацевт в общепринятом представлении.
Навстречу им вышла пожилая женщина в длинном белом форменном платье и расплылась в радостной улыбке.
– Как поживаете, товарищ старший инспектор Чэнь?
– Спасибо, отлично, госпожа Ма. Это Кэтрин Рон, моя американская коллега. – Чэнь познакомил женщин, пока они направлялись в просторное помещение, обставленное как деловой офис. Вдоль белых стен стояли большие шкафы из дуба с множеством маленьких выдвижных ящичков, снабженных табличками.
– Каким ветром занесло вас к нам, Чэнь? – Господин Ма, благообразный старик с седой бородкой, в очках с серебряной оправой и с длинной ниткой резных четок, встал из кресла.