Закон семи

Полякова Татьяна Викторовна

— Оказывается, вы по утрам бегаете… — сказала я, потому что молчать сочла невежливым.

— Да, стадион напротив, грех не воспользоваться. — Он направился в душ. — Через двадцать минут будем завтракать.

Если б не хромота, он мог бы считаться эталоном мужской красоты. В шортах и футболке выглядел ничуть не хуже, чем в своих обалденных костюмах, но мне нравился больше, может, потому, что это привычнее, среди моих знакомых аристократов не водилось.

Я тоже отправилась в ванную, решив, что покинуть квартиру

могу после завтрака, а на работу мне и вовсе не стоит торопиться, раз уж я отпросилась на целую неделю. Потом вдруг подумала: что, если Прохоров не был у меня ночью в комнате, что, если мне его визит приснился?

— Как вы спали? — спросил Марк Сергеевич, появляясь за столом, а я едва не присвистнула: на сей раз он облачился в джинсы и трикотажную рубашку.

— Я думала, это не ваш стиль, — все-таки сказала я.

— Не мой, — кивнул он. — Но я заметил, что вы немного комплексуете из-за…

— Я комплексую? — вытаращила я глаза.

— Я ошибся? — загрустил он. — Вечером у вас было такое выражение лица… Если честно, я хотел скупить все платья в этом городе, лишь бы доставить вам удовольствие.

— Не уверена насчет удовольствия. Вряд ли мне понравится то, что выберете вы.

— Вот как? — склонил он голову набок. — Ладно, сам напросился.

— Зачем вы приходили? — нахмурилась я, хотя и дала себе слово о ночном происшествии не спрашивать. — В самом деле подумали, что я сбежала среди ночи, что-нибудь прихватив?

— Прихватив? Нет, это, пожалуй, слишком, — наливая мне кофе, вздохнул он.

— Пригласили в дом малознакомого человека, а теперь не спите по ночам…

— Вас моя бессонница удивляет? — усмехнулся он.

— Нет, почему же. Вы действительно меня совсем не знаете, а в такой квартире, как ваша…

— А другой версии у вас нет? — перебил он. Теперь я на него уставилась в недоумении. — Да-а… — хмыкнул он, взял меня за руку и подтащил к зеркалу. Впрочем, я не упиралась, но не могла понять, что он задумал. Зеркало было огромным, и в нем я отражалась в полный рост. Прохоров привалился к стене рядом с зеркалом, сложив руки на груди и усмехаясь. — Ну, что вы видите?

— Себя, естественно, — пожала я плечами.

— А нельзя ли поконкретнее?

— Что вы дурака валяете?

— Мне теперь не до этого, — засмеялся он. — Не знаю, что там видите вы, а я наблюдаю красивую молодую женщину с дерзким лицом и неуживчивым характером. Есть от чего забыть про сон по ночам.

— Да пошли вы… — обиделась я и вернулась за стол.

— Как жестоко это прозвучало, — направляясь следом за мной, покачал головой Марк Сергеевич. — Я вам совсем не нравлюсь? — Судя по выражению его физиономии, он в этом очень сомневался.

— Можете не верить, но так оно и есть, — в свою очередь усмехнулась я.

— Почему же, очень даже могу поверить, — кивнул он.

— Вы мне были вполне

симпатичны, пока не стали валять дурака, — буркнула я.

— То есть интерес мужчины к женщине вы считаете дуракавалянием? — развеселился он.

— Просто я очень сомневаюсь, что ваш интерес — не каприз на пять минут, — начала я оправдываться и, поняв, как глупо это прозвучало, едва не покраснела с досады. А может, и покраснела.

— Обещаю, наши отношения продлятся больше пяти минут, — серьезно ответил Прохоров, не выдержал и захохотал.

— Вам пришла охота надо мной поиздеваться? — ядовито спросила я.

— Ради бога, успокойтесь, я неудачно пошутил. Судя по выражению ваших глаз, вы собрались меня покинуть, а я этого не переживу. Напоминаю, у нас есть тайна, с которой не мешало бы разобраться. Ведь так?

— А вам не кажется свинством пользоваться моим скверным положением? — серьезно спросила я.

— Извините, — ответил он, и насмешка из глаз исчезла. — Ничего не могу поделать, — вздохнул Марк Сергеевич. — Вы на меня действуете…

— Как красная тряпка на быка?

— Скорее, как родник на измученного жаждой, — вновь усмехнулся он. — Я бы мог выразиться иначе, но вам это точно не понравится.

— Лучше бы вы напряглись и сделали что-то полезное.

— Кузьмин, официальный владелец «Жигулей», совсем не похож на того типа в парке, — огорошил вдруг меня Прохоров, резко сменив тему.

— Вы…

— Сегодня я стадиону предпочел Центральный парк, ну и заглянул на Гончарную. Машина стояла у подъезда, и вскоре появился хозяин, отправился, видимо, на работу. Я успел переброситься парой слов с соседкой.

— Но как же так?

— Кто-то воспользовался его машиной.

— И он об этом не знает?

— Возможно, и знает, но нам вряд ли расскажет.

— И что прикажете делать?

— Ждать, — пожал он плечами. — И, по возможности, сделать ожидание приятным.

— Так вы от безделья решили за мной приударить? — не удержалась я.

— Не пойму, что вас больше возмущает, сам факт моего интереса или…

— Или, — сурово отрезала я. — Довольны? Такие типы, как вы… В общем, умной женщине следует держаться от вас подальше, — чуть сбавила я обороты.

— Надо же! — вроде бы в большой печали произнес он. — А вам не приходило в голову, что внешность очень обманчива? Хрупкая девушка может оказаться железной леди, а мужчина, которого вы по странной прихоти отнесли к исчадьям ада, нежным любовником?

— Не сомневаюсь в ваших способностях, — все-таки покраснела я. — Но я жду от судьбы другого: мужчину, которому я буду дорога не пять минут, а всю жизнь. Может, это с моей стороны и нахальство, но…

— А я, по-вашему, на такие чувства не способен? — Прохоров нахмурился, его взгляд был пытлив и насторожен, а я растерялась. — Интересно, почему?