Закон пустыни
Шрифт:
Ашер, весь покрытый пылью, дал команду отдыхать и неторопливым шагом направился к Пазаиру.
– Вам здесь не место, судья.
– Закрытых мест для меня нет.
Лицо полководца, напоминавшее мордочку грызуна, передернулось. Маленького роста, но с мощным торсом и короткими ногами, Ашер раздраженно поскреб шрам, пересекавший его грудь от плеча до пупка.
– Я иду помыться и переодеться. Идемте со мной.
Ашер и Пазаир вошли в санитарное подразделение, предназначенное для старших офицеров. Пока ординарец обливал полководца водой, судья пошел в атаку.
– Я
– По какой причине?
– Ваша информация неточна.
– Вы – гражданское лицо, и ваши оценки не могут приниматься в расчет.
– Речь идет не об оценках, а о фактах.
– Я их опровергну.
– Даже не ознакомившись с ними?
– Могу себе представить! Вы прогулялись по одной-двум казармам, где вам показали пару новеньких колесниц и всем довольных воинов. Вы наивны и некомпетентны – вам просто морочили голову!
– На ваш взгляд, верховный страж и верховный жрец Карнака тоже наивны и некомпетентны?
Этот вопрос смутил полководца. Отпустив ординарца, он принялся вытираться.
– Эти люди недавно назначены на свои посты, у них мало опыта.
– Слабый аргумент.
– Чего вы хотите, судья?
– Все того же – правды. Ваше донесение лживо, поэтому я направил визирю свои замечания и возражения.
– И вы посмели…
– Речь идет не о смелости, а о долге.
Ашер топнул ногой.
– Это глупо, Пазаир! Вы еще пожалеете о своем поступке.
– Пусть нас рассудит визирь Баги.
– В этих делах лучше всех разбираюсь я.
– Наша военная мощь вовсе не убывает, и вам это прекрасно известно.
Полководец надел короткую набедренную повязку. Он нервничал – это было видно по его резким движениям.
– Послушайте, Пазаир: детали не имеют особого значения, главное – это общий тон моего донесения.
– Поясните.
– Хороший полководец, чтобы обеспечить безопасность страны, должен видеть перспективу.
– И это дает ему право делать панические заявления без достаточных на то оснований?
– Вы не понимаете.
– Связаны ли ваши действия с деятельностью Чечи?
– Он здесь не при чем.
– Мне бы хотелось поговорить с ним.
– Невозможно. Он засекречен.
– По вашему приказу?
– Да.
– Мне жаль, но я вынужден настаивать.
Голос Ашера приобрел елейные интонации.
– Я позволил себе привлечь внимание фараона, визиря и двора к проблемам нашей армии лишь для того, чтобы их решить и добиться постановления о производстве нового оружия, которое сделает нас непобедимыми.
– Ваше простодушие удивляет меня, полководец.
Глаза Ашера сузились, как у кошки.
– На что вы намекаете?
– Ваше пресловутое оружие – это, надо полагать, сверхпрочный меч, сделанный из небесного железа?
– Меч, кинжал, копье… Чечи работает над этим постоянно. Я потребую, чтобы ему вернули то железо, что находится сейчас в храме Птаха.
– Следовательно, оно принадлежало ему.
– Металл необходим ему для работы.
– Есть легенды, в которые верят даже самые скептические умы.
– Что вы хотите этим сказать?
– Небесное
– Вы заблуждаетесь.
– Чечи или лжет вам, или ошибается сам. Специалисты из Карнака могут подтвердить мою правоту. Ритуальное использование редкого металла ввело вас в заблуждение. Вы хотите получить в свое распоряжение инструмент власти, причем с согласия правителей страны. Но у вас ничего не выйдет.
Крысиная мордочка полководца отражала глубокое раздумье. Может, до Ашера дошло, что сообщник морочит ему голову?
Как только судья покинул санитарное подразделение, полководец схватил глиняный сосуд с теплой водой и швырнул его об стену.
23
Сути снял пояс и расстелил циновку на плоском камне. Разбитый и обессиленный, он вытянулся на спине и принялся смотреть на звезды. Пустыня, горы, скалы, рудник, узкие душные галереи, где приходится ползать, обдирая кожу в кровь… Большинство его товарищей уже жалели, что ввязались в эту авантюру, которая отнимет у них больше сил, чем принесет денег. Но Сути был доволен. Иногда он даже забывал, зачем он здесь, – настолько завораживала его окружающая природа. Несмотря на то, что он любил город с его удовольствиями, этот суровый край неудержимо притягивали Сути, как может притягивать только родина.
Слева в песке послышалось характерное шипение. Рогатая гадюка скользнула рядом с циновкой, оставив за собой извилистый след. Первые ночи он не мог спать, следя за перемещениями рептилий, но затем страх сменился привычкой. Инстинкт подсказывал ему, что опасности нет: скорпионы и змеи не пугали его. Будучи пришельцем на их территории, он уважал привычки хозяев и боялся их меньше, чем песчаных клещей, этих кровопийц, изнурявших своими атаками некоторых рудокопов. Укусы были болезненны, укушенное место опухало и начинало нарывать. Но Сути повезло: этих насекомых он не интересовал, чего нельзя было сказать об Эфраиме, которому приходилось защищаться, распыляя настой календулы.
День был тяжелым, но молодому человеку не спалось. Он поднялся и медленно пошел в сторону русла пересохшей реки, освещенного луной. Гулять ночью в одиночку было рискованно: это был час, когда в пустыне воцаряются темные боги и фантастические существа. Они пожирают неосторожных, не оставляя даже костей. Если кто-нибудь хотел избавиться от Сути, лучшего места и времени было не найти.
Послышался шум. В низине, где во время сильных ливней бурлила вода, антилопа с рогами в форме лиры упорно скребла землю в поисках влаги. К ней подошла еще одна – с белой шерстью и очень длинными, но лишь чуть изогнутыми рогами. Эти изящные животные были воплощением бога Сета, подвижного и неутомимого. Антилопы не ошиблись: вскоре они ощутили на языке долгожданную влагу, сочившуюся между двумя валунами. Вслед за антилопами у водопоя появились заяц и страус. Зачарованный зрелищем, Сути тихонько присел. Наблюдать за животными, любоваться их достоинством и грацией, видеть их простодушную радость было счастьем, которое сохранится в душе.